Читать книгу - "Бессовестно прекрасная 1 - Натали Палей"

чем я сейчас нуждаюсь, — прошептала она, не отводя от его застывшего лица глаз — золотисто-голубых. — Моя семья разорена, Кен. В Сент-Эдмундсе пока об этом не знают. Знает лишь леди Дарлин. Спасти родных от позора и нищеты могу только я. Как ты понимаешь, если выйду замуж. А Себастьян Рой… — Бель замолчала, криво усмехнулась. Неужели она призналась лучшему другу, что собралась замуж по расчету?

— … наследник рода, — завершил за нее фразу Кеннет. — В отличие от меня, — добавил как-то задумчиво.

Белла кивнула. Он положил свою большую теплую кисть сверху её руки на его щеке, прижимая её ладошку к своему лицу.

— Поэтому ты решила вернуть внешность?

— Поэтому.

— Если я найду выход, ты станешь моей леди?

— Кен, нужна сумма, равная стоимости Харрис-Холла. — Голос девушки был полон горечи.

— Это большая сумма, — медленно проговорил он. — Но найти её возможно. Хорошо, что она не равна стоимости королевского дворца.

— Я не могу рисковать судьбами сестер, — качнула головой Белла.

— Однако можешь рисковать своей? — грустно усмехнулся он.

— Могу, — вздохнула Бель. — Она же моя.

— А должна стать нашей общей, — вдруг страстно произнес Кеннет. — Магия мира не может ошибаться. Я один из тех, с кем ты можешь стать счастливой, а я могу стать счастливым только с тобой. Мне больше никто не нужен. Я найду выход, чтобы вытащить твоих из долговой ямы.

Он наклонился к ней, обнял ладонями плечи, но не поцеловал.

— Выходи за меня замуж, — прошептал настойчиво, яростно. — Без тебя мне не будет жизни, а я сделаю тебя счастливой.

Он ждал.

Ждал её решения.

Ждал, чтобы она доверилась ему.

Независимо от того, что Бель ответит, для себя он уже решил, что сделает все возможное и невозможное, чтобы вытащить Харрисов из долговой ямы. Хотелось потрясти девушку, узнать, почему она так долго молчала о своей беде, но сейчас важным стало другое.

Кеннет видел, как сомнение плещется в темных зрачках, а теплое золото яростно переливается в голубой радужке, у которой цвет менялся с бледно голубого до синего; как белые зубы безжалостно впиваются в искусанные губы. Он понимал её сомнения, ведь решалась не только её судьба, но судьбы тех, кого она очень любила. Кто ей доверился.

Его самообладание трещало по швам, безумно хотелось смять в поцелуе желанный рот, сжать девичью фигурку в объятиях и шептать, как она дорога ему, что он не мыслит своей жизни без нее, что слишком поздно осознал свои чувства.

Но он понимал — если сейчас Бель потянется к нему, доверится, её сердце примет его навсегда. Тогда никакие соперники ему не страшны, пусть даже Магия мира выберет для Бель еще десяток истинных. А он ради этой хрупкой девушки перевернет весь мир, сразится со всеми демонами и королями вместе взятыми.

— Бель, я нуждаюсь в тебе, родная. Каждый день. Каждую минуту. Нуждаюсь в твоем голосе. Улыбке. Смехе. В твоих дивных глазах. Нуждаюсь в том, чтобы держать твою узкую нежную ладонь в своей, слышать твой хрипловатый голос в артефакте связи. В том, чтобы бродить с тобой по городу, смотреть уличные представления, ловить восторг в твоих глазах, вместе есть мороженое и ездить в омнибусах. Я буду вызывать на бои всех, кто посмеет тебя обидеть, и буду вытаскивать тебя из темных историй. Без тебя я не представляю свою жизнь. Я просто… сдохну на пороге твоего дома, если ты не будешь со мной.

Её взгляд застыл, зрачок и радужка слились в черное золото, она уставилась на него так странно, что Кен ещё сильнее почувствовал беспокойство, но уже через мгновение чернота её взгляда рассыпалась яркими искрами.

Бель в изумлении выдохнула:

— Все эти годы… Это всегда был ты? Рядом со мной? Не… Джереми? Ты?

Она вдруг вцепилась пальцами в куртку на его груди, затрясла. Вернее, попыталась. А он понял, что её так возмутило.

— Я. Почти всегда, — шепнул он.

— Зачем ты выдавал себя за брата? — воскликнула Бель, и столько возмущения было в её голосе, что Кеннет поразился.

— Тогда не понимал… Сейчас могу ответить на твой вопрос. Похоже, я обманывал сам себя. Не хотел, чтобы ты догадывалась, как важна для меня. И сам не хотел… это замечать.

— Какой же ты глупый.

Тонкие руки взлетели вверх, прохладные ладони обняли мужское лицо, теплое прерывистое дыхание согрело мужские губы.

— Я же все время думала, что ты это он. Джереми. Считала, что я… а выходит… все совсем не так, — последнее слово она прошептала уже так тихо, что Кен Дарлин еле расслышал.

Время будто остановилось.

Были только она, он и неловкие признания. А ещё нежность, страсть и что-то волшебное и невероятное, отчего внутри у обоих все переворачивалось, пело, дрожало и тянулось друг к другу. Он жадно пил её дыхание. Она с наслаждением выпивала его.

— Тогда в экипаже… после «Рога изобилия»… тоже был ты? — с такой уверенностью в голосе прошептала Белла, что он не смог отрицать правду. Но и признаться не мог.

— Я узнала твои губы. И твои руки — тоже, — прошептала она, целуя уголок улыбающегося рта, позволяя вновь себя поцеловать, растрепать белокурые волосы, снова пить её дыхание.

— Но тогда… — Белла слегка отстранилась. — После взрыва в академии, в госпитале… — В её голосе одновременно звучали уверенность, возмущение и радостное недоверие.

Кен молчал. Но его глаза говорили с ней. Бель смотрела в них и чувствовала, как счастье затапливает каждую клеточку тела, горячей лавой растекается по венам, наполняет сердце. Но это чувство лишь ненадолго захватило её, уже через мгновение она поняла, как они далеки от счастья.

— Я очень хочу довериться тебе, Кеннет Дарлин, — прошептала девушка. — Потому что… без тебя я тоже не представляю свою жизнь, — девичий голос задрожал. — Но сейчас на кону судьба моих сестер, их благополучие и счастливое будущее для меня важнее моего счастья. Тем более я знаю, что смогу вытащить их. Путем удачного замужества, конечно. Поэтому у тебя есть несколько недель, чтобы помочь нам. Тогда мы с тобой сможем стать счастливыми. Но я не перестану искать мужа. Возможно будет помолвка с другим мужчиной. Однако… я буду ждать тебя. До конца. До последнего дня того срока, который есть у нашей семьи, чтобы выплатить долг.

Глава 37

Белла Харрис тяжело ворочалась в постели, ночная рубашка из тончайшего хлопка плотно облепила худенькую фигуру девушки и сковала движения, доставляя ещё больше беспокойства.

Мисс Харрис то хмурилась во сне, то усмехалась, сердце её то замирало, то пускалось в бешеную пляску