Читать книгу - "Москва-Сити - Фридрих Незнанский"

– Верю, конечно, – понимающе улыбнулся он. – Пойдемте, я вам покажу, где у нас курят. – Он повел ее к лестничной площадке, где было место для курения, спросил на ходу: – И кто же это на вас так подействовал, Анастасия Янисовна?

– Да есть тут у вас такой… Калинченко, знаете?

Якимцев кивнул. Неужели Калинченко начал тихой сапой какое-то собственное расследование? Вот это будет номер!

– Он что, вызвал вас повесткой? – осторожно спросил Якимцев.

– Никто меня не вызывал. Я пришла сама, чтобы помочь следствию. Просто хотела хоть что-то сделать для Топуридзе, чтобы поймали тех, кто на него покушался…

– Анастасия Янисовна, я понимаю, вы на нас обижены, вам не нравится с нами иметь дело. Но, пожалуйста, вы можете мне рассказать то же самое, что рассказали начальнику следственной части Калинченко? А также и про то, что за конфликт у вас с ним приключился?

– Идиотизм какой-то! – словно не слыша его, продолжала возмущаться Величанская. – Пообещал, что посадит меня, понимаете? Меня, заслуженную артистку России, пугает, как какую-нибудь девчонку с панели!…

– У вас сейчас есть время, Анастасия Янисовна? – деловито спросил Якимцев. – Вы почему не уходите, вы еще кого-то ждете? Что вам сказал Калинченко?…

– Да никого я не жду… Просто этот, блин, настоящий полковник… он хочет, чтобы я подписала протокол допроса, или как там это у вас называется. Вот я и стояла, решала – уйти или нет. И тут вы…

В следующий момент они оба увидели бегущую по коридору немолодую секретаршу, что сидела в приемной у Калинченко. Увидев их, она радостно взмахнула рукой и замедлила шаг:

– Господи, Анастасия Янисовна! Я уж боялась, что вы ушли! Пойдемте скорее, Юрий Степанович ждет вас, уже все готово.

…Настя широко шла за семенящей секретаршей, Якимцев не отставал. Еще раз спросил на ходу:

– Ну так зайдете потом ко мне, Анастасия Янисовна? Мой кабинет…

– Я знаю, какой ваш кабинет. Я вас уже ждала сегодня битых полчаса, следовало бы вообще-то проучить вас… Но уж так и быть: освобожусь – зайду. Только вы никуда не отлучайтесь. Слышите? – спросила она, перед тем как скрыться в «предбаннике». – А то обижусь!

Естественно, оба они, и Якимцев, и Величанская, и знать не знали, что, расставшись с Анастасией Янисовной, Калинченко, вдохновленный той редкостной удачей, которая сама свалилась ему в руки, тут же позвонил своему высокому покровителю, чтобы похвастаться – еще бы, практически один раскрыл дело, находящееся на контроле у генерального прокурора! Но покровитель, как ни странно, его прыти не обрадовался.

– Не зря тебя у нас Трактористом звали! – перво-наперво сказал он, выслушав Юрия Степановича. Тот обиженно засопел, но покровитель продолжал, словно не слыша этой обиды: – Какого… ты ее трогал-то, эту певицу? А?! Да ты знаешь, как к ней Сам относится? Ты что, Жорик, хочешь неприятностей на свою… шею?

Калинченко как сел, разинув от изумления рот, так и сидел, забыв его закрыть.

– Да я думал, – начал оправдываться он, – думал, обычная блядешка… Думал, прижму – она все что надо и выложит…

– «Прижму»! – передразнил покровитель. – Вот и расхлебывай теперь! Да чтобы сразу, чтобы не понесла куда-нибудь на хвосте! Ты ей, надеюсь, матюков-то еще не насовал, хватило ума? А то я тебя знаю!

– Да ты чего, Володь, – обиделся такой несправедливости Калинченко. – Она сама меня обложила, как… Как сапожница, в натуре!…

Покровитель довольно хмыкнул:

– Ну и правильно сделала! С тобой по-другому и нельзя, парень. Сколько уж я тебе объясняю, как в Москву перебрались: не трогай ты здешнее дерьмо – оно и вонять не будет. И все никак не втолкую!… Чего она тебе хоть выложить-то успела? Есть что стоящее?

– Как тебе сказать, Володь, – немного взбодрился Калинченко. – Пьянствовали они в тот вечер: она, Топуридзе, еще двое каких-то жуликов и – упадешь сейчас – Рождественский.

– Уже дело! – одобрил покровитель. – Я ж говорю тебе, они там одна шайка-лейка, масквичи эти долбаные. Ишь ты, умники! На людях вроде грызутся, а втихаря за одним столом сидят!… Давай, Жорик, рой дальше! Мы им еще глаз-то на ж… всем натянем!