Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс"

вопросы, требующие развернутых ответов. Что нужно делать с убийцами? Что вы почувствовали, когда вас побили в школе? Как вы поступили в этой ситуации? Почему то, почему это. Чертовски важно то, чертовски важно это. Вопросы были сформулированы таким образом, чтобы в результате получился психологический портрет. Например: «меня однажды побили в школе, но мой любимый цвет голубой, отсюда следует, что я не могу быть голубым. Правильно?» М-да, конечно.

Пропускаю вопросы и перехожу непосредственно к результату. В общем и целом Тэйлор был среднестатистическим нормальным человеком. Больше никаких объяснений. «Ненормальные» идут работать парковщиками на автостоянки.

Продолжаю читать его биографию, описание карьеры, от полицейского до детектива: совершенные им аресты, раскрытые преступления. Этот парень потратил немало личного времени на свои расследования. Эти часы не оплачиваются, зато помогают заслужить некоторое уважение. Личное дело свидетельствует о том, что этот человек предан как своей работе, так и семье. Не знаю, как он умудрился уловить этот тонкий баланс, но, похоже, пока ему удается его сохранять.

Это не исключает его из списка подозреваемых. Насколько я понимаю, ему так не хватает жены, что его воображение и мозоли на ладонях уже не могут его удовлетворить. Может, он ищет сексуальной разрядки с незнакомками. Я этого не знаю. Я только знаю, что, несмотря на то, что у преступлений, связанных с кражами, процент раскрытия низок чрезвычайно, Тэйлор довел до конца практически каждое свое дело. Вот почему он здесь. Он лучший в этой команде.

Фотографии, прилагающейся к делу, лет десять, на ней ему чуть больше тридцати. В этом возрасте волосы у него пепельно-серые, на лбу большие залысины — угроза полного облысения в будущем. Никаких жгучих черных глаз закоренелого маньяка. Вместо этого — дружелюбные голубые глаза скрывают живой ум, что не многим детективам свойственно. Его лицо покрыто морщинами от возраста и солнца. Кожа обветренная и смуглая, поэтому легко представить его на серфинговой доске посреди океана.

Фотография в личном деле цветная, и Тэйлор одет по моде, по которой все мы тогда одевались. Мне лишь остается надеяться, что моих фотографий в похожей одежде не существует.

Кладу его папку на место. Зеваю. Потягиваюсь. Бросаю взгляд на часы. Каким-то образом я пробыл дома целых три часа. Куда только время девается?

Если бы я только знал. Мои внутренние часы молчат.

Сегодня пятница, вечер. Праздничный вечер. И вот я сижу, запертый в своей тесной квартирке, мысли мои где-то гуляют, а глаза скользят по информации, которая мне не помогает. Ставлю на место чашку с кофе. Даже не помню, когда я успел его сделать, но он еще теплый. Вся эта информация здорово меня утомила. Думаю, она утомила бы кого угодно. Снимая комбинезон, вынимаю бумажку с номером Салли из кармана и уже готов смять ее в маленький шарик, но потом все-таки решаю оставить. Приятно иметь чей-то телефонный номер, помимо маминого и рабочего. С помощью магнита в форме маленького банана прикрепляю записку к холодильнику. Как будто у меня есть друзья; довольно неплохое ощущение.

Возвращаюсь к дивану, чтобы взять полотенце, свисающее с одной из его ручек, но вместо этого беру следующую папку. Я полуобнажен, из подмышек у меня воняет как от бомжа, но я все равно сажусь на диван и продолжаю читать.

Детектив Роберт Кэлхаун. Пятьдесят пять лет. Женат. Фотография сделана где-то за год до того, как его сын попал в большой дом для самоубийц на небе — повесился в гараже в возрасте четырнадцати лет, десять лет назад. Кэлхаун нашел его. Отчет здесь же. Тимоти Кэлхаун. Малыш Тимми. Не представляю, каково это, иметь отца полицейского. Наверное, поэтому он и повесился. А может, его отец играл с ним во врачей и медсестер?

Хочешь фокус покажу, Тимми, малыш?

Кэлхаун пришел в полицию в возрасте двадцати двух лет и вкалывал десять лет, пока не стал детективом. Родом он из Дунедина, перевелся в Веллингтон, провел там пару лет, после чего был переведен в Окленд. В полиции всегда так. Они дадут тебе работу, обучат тебя, а потом разлучат с семьей и друзьями, предоставив новый дом в той точке страны, где ты никого не знаешь.

Кэлхаун расследовал серьезные преступления, включая изнасилования, в течение двенадцати лет. После этого ему дали шанс поработать с убийствами. В этой стране не существует специальных отделений, которые занимались бы исключительно убийствами. Пока не существует. Когда кого-то убивают, для расследования привлекаются опытные детективы, специализирующиеся в других областях: в изнасилованиях, иногда на кражах с взломом. Так что даже после того, как эти ребята поработают с убийствами лет пять или около того, они остаются в первую очередь спецами по кражам или мошенничеству, пока им не представится счастливый случай. Я думаю, что двенадцать лет работы с изнасилованиями и другими нападениями в кого угодно заронят определенные идеи. Вполне возможно, что Кэлхаун просто обучился тому искусству, которым я обладаю от природы.

Смотрю на его фотографию. В последнее время у него каждый год шел за три. Его когда-то черная густая шевелюра сегодня поседела и поредела. Лицо у него длинное и вечно усталое, а глаза и рот окружены маленькими морщинками. Глаза темно-карие. У него все такой же узкий подбородок, только теперь он всегда покрыт седой щетиной.

Что мы имеем? Мертвый сын. Жена, которая, скорее всего, с тех пор к мужу не притронулась. Нападения. Все эти изнасилования, с которыми он работал…

Изучаю психологический портрет Кэлхауна. Никаких особых отличий от Тэйлора. Просматриваю его оценки в колледже. Ничего выдающегося, но вполне прилично. Входил в лучшие по успеваемости двадцать процентов в группе. Он не раскрыл все расследуемые им преступления, но это почти никому не удается. Масса нераскрытых нападений с целью изнасилования, и у меня огромное искушение думать, что Кэлхаун их и совершил, но я знаю, что не могу себе этого позволить — слишком рискованно. Если полицейский занимается подобными вещами, он должен быть уверен, что его жертва потом его не опознает, а для этого есть только один гарантированный способ.

Время летит незаметно. Голова идет кругом. Смотрю вниз и понимаю, почему кровь отлила от головы. Все эти описания изнасилований здорово меня возбудили. Я встаю, беру полотенце и обматываю его вокруг талии, спрятав под ним «малыша Джо». Впереди ночь, и у нее есть, что мне предложить. Душ — это всего лишь горячая вода и пар, но я выхожу оттуда освеженным, чувствуя себя новым человеком. Затыкаю свой «глок» за пояс, убедившись, что моя кожаная куртка надежно его