Читать книгу - "Искатель, 2008 № 12 - Журнал «Искатель»"

замолчала и, приподнявшись на локте, осторожно куснула будущую знаменитость за сосок, потом длинным ухоженным ногтем легонько провела ему поперек живота. Фрэнк неохотно открыл глаза и вымученно улыбнулся:

— Прекрати, щекотно.

Лорна еще раз, уже сильней, куснула его.

— Лорна, ну больно же.

— Врунишка, ты же говорил, что щекотно.

— Тогда было щекотно, а теперь больно.

— А сейчас? — Ее рука начала медленно блуждать по его телу...

— Сейчас приятно.

Лорна легла на него грудью, чувствуя под собой напрягшиеся могучие мышцы, и поцеловала в губы так, что у Фрэнка перехватило дыхание.

— А теперь?

— Теперь вкусно.

— Господи, словарный запас у тебя как у неандертальца: больно, вкусно, приятно. Ну, что ты решил с домом?

— Лорна, ну как ты не понимаешь, я не могу рисковать домом. Мои скульптуры, может быть, не купят. Чем я тогда погашу закладную на дом? Денег-то мне больше ждать неоткуда.

— Послушай, Фрэнк, ты мне веришь?

— Что за вопрос? Верю, конечно.

— Я не о том. Ты веришь, что если я обещаю достать для тебя много денег, то я их действительно достану?

— Пожалуй. Я уже убедился, что в делах ты можешь дать мне десять очков форы.

— Ну так вот, я даю тебе честное слово, что к этой осени у тебя будет столько денег, что их с лихвой хватит на погашение закладной, а на оставшиеся ты сможешь прожить, не работая, еще пару лет. Хватит тебе двух лет, чтобы встать на ноги?

— Два года плюс этот год? Да за это время я горы сверну. Будь я проклят, если через три года ты не найдешь мое имя в справочнике «Кто есть кто». А ты уверена, что сможешь достать эти деньги?

— Уверена, если будешь меня во всем слушаться. Ну что, согласен, наконец? Уф-ф! И я же еще должна убеждать этого здоровенного дурака, чтобы он помог самому себе.

В тот вечер Фрэнк не поехал домой: он позвонил Дэйл и невнятной скороговоркой сказал, что у него сломалась машина и ему придется заночевать на вилле Мэллорна.

— Не волнуйся, Дэйл, прими, как обычно, снотворное и ложись пораньше спать.

— Хорошо, милый, — ответила она безжизненным голосом, — я все сделаю, как ты скажешь.

Сердце Фрэнка мучительно заныло от жалости к жене, но рядом, насмешливо глядя на него, стояла Лорна, и он поспешил положить трубку. А через минуту телефон зазвонил, и Дэйл, захлебываясь рыданиями, пожаловалась Лорне, что у Фрэнка появилась другая женщина.

— Я не говорила тебе раньше, думала, мне это только кажется, но он сейчас позвонил и сказал, что не приедет ночевать.

— Он что, так и сказал, что останется ночевать у какой-то женщины? — деланно изумилась Лорна, успокаивающе гладя предмет их разговора по щеке.

— Нет, что ты. Он сказал, что у него сломалась машина и он останется у Мэллорна.

— Может быть, так оно и есть, дорогая. Почему ты ему не веришь?

— Не знаю, но он уже несколько месяцев какой-то мрачный, со мной почти не разговаривает, домой приходит поздно, да и вообще, Лорна, я же чувствую, что он ко мне изменился.

— И это все? Глупенькая, твой муж слишком ленив, чтобы затеять с кем-нибудь серьезный роман, а для легкой интрижки у него характер неподходящий. А мрачный он потому, что у него ничего не ладится с работой, он даже говорил мне как-то, что хочет из-за этого уйти из мастерской, чтобы больше было времени на лепку. Так что не придумывай глупости, никого у него нет, кроме тебя.

— Ох, Лорна, ты правда так думаешь? Ты меня просто возвращаешь к жизни. Не знаю, что бы я без тебя делала. Я тебя ужасно люблю.

— Я тебя тоже очень люблю, Дэйл. Спокойной ночи. — Лорна положила телефонную трубку, потушила свет и крепко обняла Фрэнка. «Мужчины легче совершают подлости в темноте», — со злой усмешкой подумала она.

По закладной на дом Фрэнк получил двадцать пять тысяч долларов и, предупредив заранее своего управляющего, уволился с работы. Дэйл удивилась его решению, но предпочла ни о чем не расспрашивать. В последующие недели жизнь в доме Кларков начала опять налаживаться. Фрэнк, насвистывая, целыми днями работал на втором этаже с молодым шведом Олафом Юханссеном, который буквально боготворил своего патрона. Работа ладилась, швед оказался способным учеником и помощником. Каждый вечер перед сном Фрэнк рассказывал Дэйл о том, как идет работа, что он сделал за сегодняшний день, и они, как раньше, вместе мечтали о будущем. Даже их интимные отношения, почти прекратившиеся за месяцы зимнего отчуждения, опять стали пылкими, как в первые дни после свадьбы. Дэйл, боясь спугнуть это счастливое время, старалась поменьше говорить, ни о чем не расспрашивала мужа, хотя часто почему-то со страхом думала о будущем. С Лорной Фрэнк почти не виделся, он полностью был поглощен работой, и она, изредка бывая у них и видя их счастливые лица, сжимала от бешенства кулаки под столом, повторяя про себя: «Подожди, дорогой мой любовник, летом я преподнесу тебе такой сюрприз, что настроение у тебя ухудшится».

Лето подошло как-то неожиданно. Весна была ранней и дружной. Буквально через пару недель в городе стало душно, и надо было думать о том, куда поехать отдохнуть. Преодолевая сопротивление Фрэнка, не желавшего бросать работу, Лорна и Дэйл настояли на поездке к морю, в то самое место, где они отдыхали в прошлом году. Собственно, инициатива исходила от Лорны, а Дэйл присоединилась к ней, помня, как хорошо ей было в тех местах прошлым летом.

Лорна взяла на себя все организационные хлопоты: заказала билеты на самолет и два номера в отеле, где ни ее, ни Кларков никто не знал. Так требовал ее план, согласно которому их отдых на море должен стать в жизни подруги последним.

2

План убийства родился в голове Лорны прошлой осенью и за эти месяцы был отшлифован ею до мельчайших подробностей. Она так часто мысленно представляла себе его осуществление, что иногда ей казалось, что Дэйл мертва и никто не мешает ей полностью завладеть Фрэнком. Но Дэйл была жива, и предстояло уговорить, убедить, заставить, в конце концов, Фрэнка решиться на убийство жены. Лорна начала исподволь готовить скульптора к этой мысли. Не раз в минуты близости, когда он (она чувствовала это) принадлежал ей, спрашивала:

— Хорошо тебе со мной?

— Да, очень.

— Если бы твоя жена умерла, как бы мы счастливо с тобой жили...

Фрэнк обычно после этих слов замыкался в себе, но Лорна, ничуть не смущаясь этим, продолжала:

— Я бы все сделала, чтобы ты стал знаменит и твои работы