Читать книгу - "Золото богов - Артур Б. Рив"

я заказал еще несколько книг по Перу прямо сюда, их пришлют позже. Нет, я не удивлен, что ты получил это… Ты можешь описать посыльного? – спросил он у Томми.

– Думаю, да, – ответил тот. – На нем не было униформы. Он не был посыльным.

Не было смысла расспрашивать дальше. Томми, очевидно, рассказал все что знал, и в конце концов нам пришлось отпустить его, велев на прощание держать глаза открытыми, а рот закрытым.

Затем Кеннеди продолжил изучать записку.

– Знаешь, – задумчиво заметил он через некоторое время, – насколько я могу понять по той скудной информации, которой мы располагаем, с этим кинжалом, который украли у Нортона, связаны весьма мрачные суеверия. Не удивлюсь, если это дело приведет нас в древнее смутное прошлое исчезнувшей цивилизации инков Перу со всем ее варварским великолепием…

Он помахал листом бумаги для выразительности и продолжил:

– Возможно, кинжал здесь изобразили в знак устрашения. А может, он символизирует тайну «большой рыбы», кто знает? Никто из авторов и исследователей никогда не писал ничего конкретного про эту «рыбу». О ней рассказывали только то, что ее тайна может передаваться от отца к сыну через многие поколения. И эта тайна, похоже, была надежно сохранена, ведь никто так и не нашел сокровище. Согласись, довольно странно, что сейчас, по прошествии стольких веков, тема этого проклятия снова всплыла…

– Кеннеди, это дело уже действует мне на нервы, – пожаловался я.

Тем временем дверь лаборатории неслышно открылась, на пороге показался Нортон. Он подождал, пока Кеннеди закончит, и лишь после этого заговорил:

– В моем почтовом ящике скопилось несколько писем, я забыл просмотреть их раньше и вспомнил об этом, только когда собрался уходить. И вот посмотрите, что я нашел.

Археолог положил на лабораторный стол простой конверт и листок бумаги с надписью, сделанной печатными буквами, – точно такой же, как тот, что сегодня получил я, только вместо моего имени на конверте значилось имя Аллана. На листке было написано:

ОСТЕРЕГАЙТЕСЬ ПРОКЛЯТИЯ МАНСИЧЕ НА ЗОЛОТЕ БОГОВ.

Мы с Кеннеди переглянулись. Аллан заметил в руке Крейга записку, которая была адресована мне.

– Ничего не понимаю, – продолжил Нортон в сильном волнении. – Сначала у меня крадут кинжал. Затем вы говорите, что его использовали для убийства Мендосы. Теперь это… Если кто-то смог проникнуть в музей, чтобы взять кинжал, то он сможет влезть и ко мне, чтобы осуществить любую угрозу мести – неважно, настоящую или выдуманную.

Взглянув на это под таким углом, я решил, что Аллан волнуется не зря. Но потом до меня дошло, что моя ситуация не лучше. Я нес ответственность за то, что рассказал эту историю читателям газеты. Может быть, некая невидимая рука поразит меня даже раньше, чем Нортона?

Кеннеди взял обе записки и внимательно рассмотрел их. Как раз в этот момент к лаборатории подъехал автомобиль, и мгновение спустя мы услышали стук в дверь, которую Крейг запер после появления Нортона. Я открыл ее.

– Профессор Кеннеди здесь? – спросил меня вновь прибывший. – Я один из санитаров городской больницы, что рядом с моргом. У доктора Лесли там своя лаборатория. У меня сообщение для профессора Кеннеди, если он дома.

Крейг взял у него конверт со штампом отделения полиции, где работал коронер, и вскрыл его.

– «Мой дорогой Кеннеди, – прочитал он вполголоса. – Я был занят исследованием крови, извлеченной из раны Мендосы, в которой, вероятно, был яд. Но пока мне нечего сообщить. Это, несомненно, малоизвестное вещество. Кроме того, прилагаю к этому сообщению письмо, которое прислал мне какой-то чудак. Стоит ли мне отнестись к этому серьезно или можно не обращать внимания? Лесли».

Когда Кеннеди развернул сообщение коронера, на пол упал небольшой бумажный листок. Я машинально поднял его и держал в руке. Когда Крейг закончил читать, я взглянул на листок и обнаружил там еще одну копию знакомой угрозы.

Не успел санитар уйти, как снова раздался стук в дверь.

– Ваши книги, профессор, – сообщил студент, который работал в библиотеке за скидку в оплате обучения. – Бланки на них я заполнил, сэр.

Он прижимал к себе огромную стопку книг, доходившую ему до подбородка, и пытался водрузить ее на стол. Стопка развалилась, и из книги под названием «Новый и старый Перу» вылетел простой белый конверт. Кеннеди увидел его раньше любого из нас и подхватил.

– А вот и угроза для меня, – сказал он, открывая конверт.

Там, конечно же, тоже оказался маленький листок бумаги с надписью, сделанной грубыми, корявыми буквами:

ОСТЕРЕГАЙТЕСЬ ПРОКЛЯТИЯ МАНСИЧЕ НА ЗОЛОТЕ БОГОВ.

Мы молча смотрели друг на друга и на нарисованный под надписью кинжал инков, красноречиво свидетельствовавший о намерениях автора письма.

Что это значило? Кто послал эти предупреждения?

Один Кеннеди, казалось, отнесся к этому делу как к чисто научной проблеме. Он взял все четыре листка бумаги и разложил их перед собой на столе, еще раз осмотрел, а затем внезапно поднял глаза.

– Они идеально подходят друг к другу, – тихо сказал Крейг, собирая их. – Все края по линиям разрыва бумаги совпадают: это четвертушки одного и того же листа. Четыре предупреждения, адресованные тем, кто может выяснить что-то касающееся этой тайны.

К этому времени к Нортону, похоже, вернулось самообладание.

– Ты собираешься бросить это дело? – напряженно спросил он.

– Теперь меня ничто не заставит прекратить расследование, – угрюмо заявил Крейг.

– Тогда нам следует держаться вместе, – медленно произнес Аллан. – Мы все, похоже, в одной лодке.

Он поднялся, чтобы уйти, и пожал нам на прощание руки.

– Я продолжу расследование, – повторил Кеннеди, глядя на послания тем особенным цепким бульдожьим взглядом, который я так хорошо знал.

Глава IV. Охотники за сокровищами

Вскоре после ухода Нортона дверь лаборатории снова мягко приоткрылась.

Это была сеньорита де Мендоса, выглядевшая еще прекраснее, чем когда-либо, в простом черном траурном платье, неестественно бледная, отчего ее чудесные, хотя и испуганные глаза казались еще более блестящими.

– Надеюсь, у вас ничего не случилось? – спросил Кеннеди вместо приветствия, предлагая сеньорите сесть в мягкое кресло. – В любом случае я рад оказанному мне доверию.

Девушка с уважением оглядела множество приборов, собранных Крейгом за время борьбы с преступностью. Она вряд ли понимала их назначение, но они явно произвели на нее сильное впечатление.

– Нет, – пробормотала она, – ничего нового не произошло. Но вы просили меня сообщить, если я еще что-нибудь вспомню.

Она произнесла это с таким видом, словно признавалась в чем-то дурном. Было очевидно: о чем бы ни шла речь, сеньорита знала это все время, но только теперь, не без борьбы, заставила себя