Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

убить Мэтта. И если не она… Я посмотрел в глаза Кэт через стол, наши взгляды сошлись, и я осознал, прежде чем она даже улыбнулась, что за всем этим стояла она.

Все было сыграно очень умело, почти гениально — она была словно кошка, затаившаяся в кустах и наблюдающая за мышами, идущими к своей смерти. Слава Богу, она исключила меня из этой схватки. Если бы хотела, она могла бы сжечь меня на костре вместе с Ниной.

Но она этого не сделала, и я любил ее еще больше за милосердие.

Я услышал, как открылась дверь кабинета, и повернулся к ней, вошедшей с сияющими глазами и широкой улыбкой.

— Я только вернулась со встречи с архитектором, — радостно сказала она, роняя сверток бумаги на мой стол и разворачивая его на поверхности. — Смотри.

Я пододвинулся на своем кресле и оглядел план проекта.

— Выглядит неплохо.

— Неплохо? — изогнула она брови. — Ну же. Скажи, что ты думаешь.

Я приложил больше усилий, встал на ноги и обошел стол, чтобы оказаться рядом с ней. Согнувшись над архитектурными чертежами, попытался представить себе пространство. На месте дома Райдеров — второй дом для гостей. Просторная наружная кухня и спа с видом на долину. Сады, простирающиеся между обоими участками, фонтаны, окаймляющие бассейн, и павильон для еды и вечеринок.

Нам не нужно было больше места, но также нам не нужно было постоянное напоминание о наших старых соседях, чтобы раздражение и тревога Кэт расцветали с каждой новой парой, присматривавшейся к дому. Еще мне показалось, что ей понравилось буквально уничтожить дом, которым Нина так и не успела насладиться по-настоящему.

— Новая яма для костра будет здесь, — указала она. — И они расширят наш бассейн, добавив линию бесконечности… Мы оставим маленькое джакузи на нашем участке, но это… — Она провела пальцем туда, где раньше была беседка Райдеров. — Это будет наше новое джакузи с вытекающим из него неглубоким бассейном с подогревом.

— Я хочу знать, сколько все это будет мне стоить? — улыбнулся я.

— Нет, — она улыбнулась в ответ и уселась на стол, обхватив руками мою шею, чтобы притянуть меня между своих коленей. — Тебе нравится?

— Очень, — прошептал я. — Я тебя люблю.

— Навечно? — спросила она, поднимая голову в ожидании моего ответа.

— Навечно, — пообещал я, ринулся вперед и поцеловал ее, спеша доказать это.

Кэт

Я стояла на краю парковки магазина электроники и наблюдала, как Нина толкала ряд тележек. Она была одета в ярко-голубой топ с воротником и дешевые штаны хаки, свободно болтавшиеся у лодыжек. Она остановилась, потуже затянула волосы в хвост, а потом вернулась к своему занятию.

Когда она прошла мимо меня, я окликнула ее по имени. Она взглянула в мою сторону и замерла. Замотав головой из стороны в сторону, она поискала кого-то, кто может прийти на помощь, а потом осторожно оглядела меня.

— Не подходи ближе, — крикнула она. — Ты не можешь подойти ближе.

Я шагнула вперед, подняв руки, и она вся напряглась.

— Я здесь не для того, чтобы создавать тебе проблемы. Я подхожу к тебе на работе, и камеры на парковке могут это доказать. Это не нарушает твоего судебного приказа не приближаться к нам.

— Чего ты хочешь? — Ее челюсть задрожала, и я отвела глаза от этого проявления слабости, фокусируясь на ее ослепительно-голубых глазах.

Год назад меня бы потешил ее страх, но теперь, со всем, что я знала, я чувствовала лишь вину. Вину за то, что издевалась над женщиной, которая была явно психически неуравновешенна. Вину за то, что разрушила ее брак с единственным мужчиной, который мог жить со всеми ее недостатками. Она намеревалась разрушить мой брак, но я преуспела в том, чтобы разрушить ее жизнь.

— Я хотела отдать тебе это, — ответила я и протянула золотой конверт, обмякший от использования, потому что я сотню раз читала документ внутри. Это было не просто завещание, а еще и признание в убийстве двадцатилетней давности. — Я никогда не делилась этим ни с кем и не собираюсь.

Сопротивление тут же исчезло, она обмякла, прислонившись к ближайшей тележке. Осторожно, почти благоговейно взяв конверт, она прижала его к сердцу.

— Я нашла дом, где ты выросла, и купила его. В конверте дарственная на твое имя вместе с завещанием. Если ты подпишешь ее и отправишь моему юристу, он доделает документы. Я думаю, он должен принадлежать тебе.

— Я не хочу этот дом, — прошептала она. — Ты не знаешь, какие у меня о нем воспоминания.

— И все же… — покачала я головой. — Слишком рискованно, чтобы им владел кто-то другой. Им нужно лишь решить построить бассейн, и они могут выкопать его тело.

Она подняла взгляд на меня, и это был первый раз, когда мы посмотрели друг другу в глаза с той ночи, когда в их дом забрался преступник.

— Ты видела Мэтта?

Я не знаю, чего я ожидала. Благодарности за щедрый подарок. Признания за то, что я помогла покрыть ее преступление. Впрочем, я могла ожидать чего угодно, кроме запинки в ее голосе, когда она произнесла его имя. Возможно ли, что она его любила? Когда-либо? Все еще?

— Мэтт переехал в Фостер-Сити. Я иногда говорю с ним, если он в городе.

В прошлый раз, когда он был в Пало-Алто, мы напились в мексиканском баре и он признался в своей бессмертной любви к Нине. Он также рассказал мне правду о ее отце, правду, противоречащую признанию в ее завещании.

Они не были влюбленными со школы. На самом деле Мэтт был соседом Нины — пухленьким парнем, на которого она никогда бы даже не взглянула; одиночкой, которому довелось слушать приглушенные звуки вербального и физического насилия над ней; парнем, который ничего не делал до той ночи, когда не смог сдержаться. До ночи, когда он ее спас. До ночи, когда он услышал ее крики о помощи, забил и задушил ее отца, найдя его пьяным и голым поверх нее.

Той ночью он стал ее героем и к тому моменту, как они вырыли яму и похоронили ее отца на заднем двое, посадив на могиле молодые розовые кусты, он был влюблен, а она была преисполнена благодарности. Достаточно, чтобы ездить с ним в школу. Достаточно, чтобы пойти с ним на выпускной. Достаточно, чтобы открыто встречаться с полным парнем с дурацкой прической. Потом она сама как-то незаметно влюбилась в него и даже вышла за него замуж. Взяла его кольцо и фамилию, а затем медленно и методично начала превращаться в женщину, попытавшуюся украсть моего мужа.

Я сглотнула горький привкус,