Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

У самой двери он остановился и оглянулся через плечо: — Детектив, вам стоит заглянуть в наш сейф.

Я открыла рот, но не нашла, что сказать. Внутри меня все рвалось и переплеталось, мои самые глубинные страхи сконцентрировались в один медленный и беззвучный вопль агонии.

Мой муж, мой милый глупый муж меня предал.

Глава 44

Кэт

Мы были на кухне в окружении квартета прислуги, проделавшей двадцатиминутную поездку до нашего дома в полчетвертого утра без единой жалобы. У нескольких поваров была мятая униформа, а Гленда дважды зевнула за последние десять минут, но у нас уже потрескивали французские тосты на сковородках, холодильник в гостевом доме был наполнен, кровати застелены, а свежие цветы уже срезаны для букета. Я вдыхала запахи кофе, сливочного масла и роз, и на мгновение меня охватила ностальгия по тем ранним утрам, когда я была в старшей школе. Я тогда уходила из дома в пять тридцать, каждый день перед школой уделяя два часа кормлению лошадей и чистке стойл. Мой отец всегда заглядывал на кухню на несколько минут перед моим уходом, чтобы попить кофе и съесть тост с маслом, и его гордая улыбка всегда поднимала мне настроение по дороге к двери.

Я проделала большой путь от той поцарапанной кухни и слегка подгоревших тостов. Я поймала взгляд Уильяма с другого конца комнаты, и он улыбнулся, отложил свою вилку и направился ко мне. Притянув меня в объятия, он поцеловал меня в макушку.

— Я тебя люблю.

Я ответила тем же, обвив руками его талию.

— Это так дико, — тихо сказал он. — Что, если бы он вломился в наш дом, а не в их?

— Тогда наша сигнализация слетела бы с катушек и мы звонили бы в полицию из убежища еще до того, как он пробрался бы в дом. — Я поднялась на цыпочки и поцеловала его. — Если бы мне удалось удержать тебя, чтобы ты не попытался спуститься и повалить его.

— Я в этом очень хорош, — признал он. — Но прошло уже очень много времени с тех пор, как мне доводилось использовать при конфронтации что-либо еще, кроме своего острого языка.

— Что ж, у тебя очень талантливый язык, — поддразнила я, улыбаясь ему. — Я могу это лично засвидетельствовать.

Кто-то кашлянул, и мы повернулись к Мэтту, который стоял у открытой боковой двери, бессильно опустив руки. Уильям нахмурился и шагнул к нему.

— Ты в порядке?

— Между тобой и моей женой что-то есть?

Мой взгляд метнулся к молчащему Уильяму.

— Уильям? — спросила я, ощущая, как страх перед его ответом обволакивает мое сердце.

— Между нами с Ниной нет чувств, — наконец сказал он.

— Нет чувств? — Злость захлестнула меня, неожиданная и лютая, когда мои страхи и подозрения подтвердились его простым, но все же до ужаса уклончивым ответом. Я обошла стойку и встала рядом с Мэттом. — Что это значит?

— Ты когда-нибудь трогал мою жену? — спросил Мэтт, выдавливая каждое слово, будто ему трудно было дышать.

— Да.

Этот простой ответ Уильяма начисто оторвал мое внимание от темы здоровья Мэтта.

— Один раз. Это ничего не значило.

Это ничего не значило. У меня встал ком в горле от этих слов и я смутно осознала, что у нас были зрители, потому что прислуга притихла, пока мой муж признавался, что изгадил наш брак. Он рискнул нашей семьей ради чего-то, что не значило ничего? Что это говорило о нас? О нашей жизни? О ее ценности для него? Я схватилась за край столешницы, чтобы не рухнуть на пол, и мой ответ заглушили слова Мэтта: — Тебе стоит сказать об этом моей жене. — Верхняя губа Мэтта приподнялась в оскале, таком чужеродном выражении на его вечно радостном лице. — Может, для тебя это ничего не значило, но из того, что я только что видел, совершенно ясно — для нее это значило и значит очень много.

* * *

— Поверить не могу, что он не сказал нам, что было в их спальне. — Уильям стоял у ряда боковых окон в нашей столовой, уперев руки в бока, и наблюдал, как машина Мэтта объезжала фургон криминалистов и двигалась по дорожке.

Я стояла у входа в комнату, ожидая, что Уильям повернется, ожидая какого-то признания в том, что он сделал с нашей жизнью. Но пока машина не исчезла, он оставался у окна, упорно отворачиваясь и пряча лицо.

Раньше я боготворила его. Когда он пал? Когда мужчина, за которого я вышла, так поменялся? Правда ли он был таким слабым и беспомощным перед базовыми человеческими желаниями? Это ничего не значило.

— Я не ожидал, что ты так об этом узнаешь. И что вообще узнаешь. — Он повернул голову в сторону так, что я видела его профиль, но он все еще отводил взгляд. — Мне жаль, что тебе пришлось так об этом услышать.

— Значит, ты… что? Переспал с ней? — Я знала. Я знала это еще до того, как он открыл рот. Я чувствовала это в воздухе. Чувствовала ее в воздухе, ощущала ее присутствие, словно оно забило вентиляцию. — Скажи, что нет.

— Кэт. — Мое имя прозвучало ломаным слогом на его губах, и когда он повернулся ко мне, на его лице отображался целый спектр эмоций.

— Пожалуйста, — взмолилась я.

— Извини.

Может, я ошиблась. Может…

— Это просто случилось. Она…

Я схватила ближайший предмет, стеклянную миску, которую мы привезли из Южной Африки, и швырнула ее через стол. Такой удар заставил хрупкое изделие разлететься на мелкие кусочки. Было приятно что-то уничтожить.

— Она что?

— Она была неугомонна. Я пытался ее сдержать, но…

— Я тебе говорила, — прошипела я, тыча в него пальцем и повышая голос. — Говорила, что она одержима нами. И ты сказал мне довериться тебе. Ты вел себя так, будто я сумасшедшая. Ты позволил ей сделать это с нами.

— Я облажался, — тихо сказал он, пытясь потянуться ко мне. — Мне нет оправдания. Я…

Я в отчаянии толкнула его в грудь.

— Она пыталась убить Мэтта. Ты понимаешь это или нет? И она отравила меня у них дома. Я могла умереть. Ты знал, что она чокнутая?

Он присел на подоконник и обхватил руками голову.

— Я ничего не знал, Кэт. Я вел себя эгоистично, неуверенно и глупо.

— И рискнул нами в процессе, — тихо сказала я. И тут мне в голову пришла новая мысль. — Скажи мне, что вы предохранялись.

Он не ответил, своим молчанием подтверждая то, что я уже знала. Он был внутри нее без ничего. Что, если она беременна его ребенком? Подумал ли