Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

ответил он. — Но если это случится, я планирую сгладить свою боль двадцатиоднолетней текилой, которую ты от меня прячешь.

Мой муж непринужденно рассмеялся, словно это не было правдой, как будто он не припрятывал бутылку Fuenteseca каждый раз, когда к нам приходили гости.

— Давай откроем ее сегодня. У меня есть предчувствие, что она тебе понадобится.

Я смотрела, как Мэтт уводит Уильяма в гостиную.

— Еда пахнет потрясающе, — сказала Кэт. — Мы не обедали, так что мы умираем с голоду. И… — Она достала завернутый подарок из своей громоздкой дизайнерской сумки, такой же, что красовалась на руке каждой знаменитости. — Я принесла тебе это. С днем рождения.

Я потрясенно замерла.

— Откуда ты узнала, что у меня день рождения?

— Это было в твоей заявке в клуб. Мой социальный координатор следит за всеми днями рождения и присылает мне напоминания. Извини, что на день позже. — Она уселась на барный стул, поставив сумку на гранитную столешницу.

Уильям тоже знал? Намеренно ли он ничего не сказал в пятницу? Видел ли он огромный букет роз, который Мэтт прислал в офис? Конечно, да. Я поставила их на низкий шкафчик для документов возле моего стола, на виду из коридора.

— Тебе не нужно было ничего мне дарить, — беспомощно сказала я, принимая красиво завернутую коробку, которую она мне протягивала. — Я ничего не подарила тебе на день рождения.

— Ой, замолчи и открывай, — улыбнулась она и сбросила свое тонкое пальто. Она была одета по-зимнему, в сочетании с кремовым шарфом и такими же перчатками. — Ну же. Я ждала несколько недель, чтобы тебе это подарить.

Я оторвала взгляд от ее ярко-красного платья на запа́хе, ярким цветом подчеркивавшее все ее достоинства. На мне красный выделил бы мою бледную кожу, но с ее оливковым загаром и темными чертами, дополненными такой улыбкой, как из рекламы зубной пасты… она выглядела на миллион.

Подарок был маленький, и я попыталась угадать содержимое. Может, часы? Я взглянула на свою подделку Cartier, найденную на распродаже много лет назад, затем сняла кремовую оберточную бумагу и обнаружила красную коробку.

— Встряхни ее, — посоветовала она. — Угадай, что там.

Я послушалась и почувствовала себя ребенком, когда что-то загремело внутри.

— Эм… — Я нацелилась на что-то консервативное. — Пресс-папье?

— О, ты ужасна в этой игре, — радостно присвистнула она. — Просто открой.

Отложив бумагу, я открыла крышку, обнажая фирменную коробку на красной подкладочной бумаге. Мои мысли замерли при виде изображения спереди. Однозначно не часы. Я посмотрела на нее.

— Это…

— О, Господи, тебе понравится, — затрещала она, украдкой оглянувшись на мужчин. — Мы называем это «шестиминутный оргазм».

— Мы? — Я перевернула коробку с ручным устройством, больше похожим на массажер для лица, чем на источник удовольствия. — Кто «мы»?

— Ну, ты знаешь. — Она забрала у меня рваную обертку и подарочную коробку, пока я глазела на вибратор, пытаясь сформулировать подходящий ответ.

К тому времени, когда я посмотрела на нее, все еще ничего не придумав, она уже сняла первую перчатку и принялась за вторую. Мой взгляд привлекла блестящая вспышка, и я схватила ее запястье, получше разглядывая гигантское кольцо на ее пальце.

— Вау. Это что-то новое.

— Неожиданный подарок, — зарумянилась она. — Уильям подарил мне его вчера вечером.

Я подумала об отсутствии сообщений от него. Его чувстве вины. Я повернула ее руку, изучая новое обручальное кольцо на свету. В центральном камне было по меньшей мере десять карат. Идеально ограненный, с покрытым брильянтами ободком.

— Что ты сделала со старым кольцом?

— Думаю, найду такой же камень и сделаю из него серьги, — пожала плечами она.

Сказано небрежным тоном женщины, у которой брильянтов больше, чем ей нужно. Зависть заворочалась у меня в животе, и я подавила желание спрятать свое кольцо. В камне на нем едва было два карата — размер, которому я когда-то радовалась, но со временем он казался все меньше и меньше.

— Красиво. — Я смотрела на камень и пыталась думать о положительном — каждый раз при виде его я буду вспоминать, что стало причиной его покупки. Его чувство вины за секс со мной. Это был маленький трофей в нашей битве. Я просто не могла понять, на нем ее имя или мое. Мне нужно чувствовать триумф или поражение?

— Он сделал мне предложение, когда подарил его. Попросил выйти за него снова. — Она моргнула, и я с удивлением увидела слезы, собравшиеся на ее нижних ресницах.

Я сдернула салфетку со стопки и протянула ей: — Вот.

Он сделал ей предложение? Это дурной знак. Я быстро это обдумала, пытаясь понять его нынешнее душевное состояние.

— И я хотела тебя поблагодарить, — продолжила она, взяла мою руку и пожала ее, что было неловко, потому что я все еще держала коробку с секс-игрушкой. — Я не знаю, что ты ему сказала, но он согласился на усыновление.

— Правда? — Мое сердце упало. Может, она врала? После того, что Уильям и я недавно сделали, он никак не мог говорить с ней о детях. Тошнота подступила к моему горлу при мысли о том, как она берет на руки младенца, а он смотрит на это с гордостью.

Он стал бы прекрасным отцом. Заинтересованным. Любящим. Веселым. Дети обращались бы к нему за всем, что им хочется, и он бы давал им все. Они никогда не знали бы от него оскорблений и насмешек, не чувствовали бы вес его тела, когда он толкал их в стену.

Тот разговор не должен был к этому привести. Когда я на прошлой неделе упомянула усыновление, я намеревалась указать на ее бесплодие, поселить в его голове мысль о другом будущем, которое у него могло быть со мной — вынашивающей его собственного ребенка. Настоящего Уинторпа, а не нежеланное отродье какой-то дрянной девки.

— Я должна признать, ты проделала потрясающую работу, — вздохнула Кэт. — И с командой, и с ним.

Что-то здесь было не так. Кэт была слишком доброй, слишком принимающей, и мне не нравился резкий скачок поддержки моей работы. Не нравилось то, что она начала ее активно восхвалять, хотя раньше чуть ли не смеялась. Может, это из-за кольца? Или новой возможности завести семью?

Она сжала меня в объятиях, и я прибавила новый вариант — она была пьяна. Когда она отстранилась, я почувствовала себя нетвердо на ногах от того, что к игре прибавилось слишком много факторов.

— В общем… — Кэт промакнула свои ресницы на нижнем веке и махнула на вибратор. — Мне действительно нравится мой, так что я подумала, тебе тоже захочется. Сама знаешь. — Она ухмыльнулась. — Когда Мэтт куда-нибудь уедет.

— О, — я снова