Читать книгу - ""Зарубежные детектив 2026-27". Компиляция. Книги 1-11 - Салла Симукка"

Наконец он осмелился додумать эту мысль до конца. Или нет? Может быть, ничего другого не оставалось. Андреас сказал, что Педер Расмуссен – ложный след. Но в тот момент никто не знал, что Расмуссен мертв. Кроме того, кто его убил.

Что еще он говорил? Что иногда монстр под кроватью действительно существует. Поэтому заглядывать опасно. Потому что тогда Фредрик сможет найти труп Расмуссена. И тогда монстр придет. Придет и заберет его.

К горлу подступила тошнота. Неужели им действительно нужно оружие, чтобы арестовать даму средних лет на инвалидной коляске? Стоит ли выходить в темноту и давать заряженный пистолет человеку, который не далее как сегодня утром угрожал ему?

Он скользнул рукой в карман куртки. Магазин с холостыми патронами по-прежнему там лежал, с того дня, когда они ходили на стрельбище. Андреас успел выстрелить дважды, прежде чем Фредрик произвел свой первый выстрел.

Глава 83

Им пришлось постучать несколько раз. Агнес Усе сидела в коляске, когда открыла дверь. Между ними качалась толстая дверная цепочка. Через щелку сочился едкий запах горелого пластика.

– Уже поздно, – сказала она.

– Вы солгали нам об Акселе Тране. Вы общались с ним, – сказал Фредрик. – Вы солгали вашему врачу, чтобы получать дополнительный инсулин, и отдавали его Акселю.

Холодный ветерок снаружи заставил Агнес Усе застегнуть верхнюю пуговицу на блузке. Она, прикусив нижнюю губу, посмотрела на Фредрика, остановив взгляд на пистолете.

– Вы меня арестуете?

Фредрик не ответил.

– Тогда поднимайтесь.

В гостиной потолочный свет был приглушен до полумрака. За винтовой лестницей в стену был встроен камин, в котором полыхало желто-оранжевое зарево. На полу у камина лежали картонные тубусы, в каких обычно хранят большие фотографии.

– Вы сжигаете свои фотографии?

– Хм, – только ответила она.

Агнес Усе откатилась к камину, открыла дверцу и наклонилась. Достав до пола, взяла фотографию и не посмотрев на нее, скормила ее огню. Пламя полыхнуло, и Фредрик узнал снимок девушки с обожженными руками.

Затем Агнес Усе развернула коляску к ним и запустила одну руку под плед, лежавший у нее на коленях.

– Хотите поговорить об Акселе? – сказала она, на самом деле не ожидая ответа. – Ну давайте поговорим об Акселе.

В слабом свете казалось, что она прикрыла глаза.

– Он не был ни на каких учениях. Это была военная операция. Пятеро солдат были направлены вглубь российской территории.

Вдыхаемый воздух стал казаться Фредрику тяжелее. Казалось, что время замедлилось. Норвежский десант на российской территории. Так обычно начинаются войны.

В то время Агнес Усе было чуть за двадцать. Аксель переехал в Рамсунн в Нурланне, где располагалась база морских егерей. У нее была там врачебная практика. Большую часть времени она работала в кабинете врача во Фьелльдале, деревне в нескольких километрах к северу от базы, но иногда ее забирали на базу, чтобы обеспечивать спецподразделению регулярный медосмотр, а также во время операций.

– Это было зимой или ранней весной. Не помню. Нам только сообщили, что проходит операция, и нужно соблюдать готовность. Быть трезвыми и рядом с телефоном, – добавила она, сухо засмеявшись.

Как-то ночью ее разбудили. Не телефон, а военная полиция. Они стучали в дверь. Еще не рассвело, когда самолет «Орион» приземлился в аэропорту Киркенеса, всего в миле от границы с Россией. Там их встретил младший лейтенант. Она запомнила, что он курил. Да, в то время это не было редкостью, но он затягивался какими-то длинными, черными сигаретами. С желтым фильтром.

Оттуда они отправились на восток. На пограничную станцию Корпфьелль.

– Они перевозили нас на гусеничных машинах. Там была я и еще трое военных врачей. Ни у кого не было таблички с именем. Никто не говорил своих имен. В ту ночь бушевал шторм, и когда мы добрались, в предрассветных сумерках, все было просто белым. Мы едва видели, что впереди нас. Группа солдат, морских егерей, занималась установкой полевого госпиталя.

Усе провела рукой по короткой челке. На лбу от руки остался влажный след.

– Нам сообщили, что нужно готовиться к приему пациента с оспой.

Воздух окончательно сгустился. Фредрику показалось, что он слышит, как пузырится фотобумага в камине. Он почувствовал сердечную мышцу в груди, сжавшуюся и замершую. Пот выступил на спине, и он бросил взгляд на Андреаса. Андреас посмотрел в ответ. Два человека, один и тот же взгляд.

Фредрик многое знал об оспе. Слишком многое. Он видел человека, умирающего от этого вируса. Это делало из Фредрика весьма редкого человека. Потому что этой болезни больше не существует. В 1980-м Всемирная организация здравоохранения объявила мир свободным от оспы.

Это случилось полтора года назад, во время расследования бойни в Сульру. Один из пасторов в Маридалене, где располагалась община, Берре Дранге, в прошлом был биохимиком. Дранге работал над безымянным тайным проектом в Вооруженных силах, пока его отец однажды не получил сообщение, что сын погиб. Но он не погиб. Он просто лег на дно. Позже выяснилось, что у него случилось религиозное пробуждение. С ним говорил Бог, как он считал, и Бог сказал, что конец света близок. Дранге нужно было подготовиться. Он тайно тестировал вирус оспы. На людях. Именно Фредрик и нашел зараженного. Но Берре Дранге снова исчез. Расследование завершили, и на дело повесили замок. Фредрику дали понять, что с точки зрения полицейского начальства он охотился за призраком. Что нужно забыть и идти дальше. Принесшим эту весть был Себастиан Косс, и Фредрик никогда этого не забудет.

Он неосознанно провел рукой по груди. Тихо зашуршала серебристая фольга на блистере с таблетками, но почувствовал он больше чем услышал. Селективные ингибиторы обратного захвата серотонина. Гадкое лечение, которое он