Читать книгу - "Золото Ариеля - Элизабет Редферн"

Мальчик смотрел на него нетерпеливо, глаза нездорово блестели.

— Я попытался запомнить, — сказал он, — что в точности сказал мастер Тобиас, когда отобрал его у меня. Он был уверен, понимаете, что ваше письмо написано доктором Ди, как я вам и говорил. Он сказал, что Лев — это знак доктора Ди. Вот тут — видите?

Он наклонился, чтобы указать на знак.

— А латынь…

Нед произнес:

— «Qui non intelligit aut discat aut taceat».

— Да. И опять же, мастер Тобиас сказал, что это девиз Джона Ди. «Тот, кто не понимает, должен либо понять, либо молчать». Я видел, что рука у моего хозяина дрожала, когда он читал это.

— Кто-нибудь кроме тебя слышал, как он все это говорил?

— Констебль был рядом, — ответил Робин и голос его дрогнул. — И Уилл Фревин. Это подмастерье, который подсматривал за мной…

«Тот, что лежит мертвый, — подумал Нед, — тот, что кричал, пытаясь выбраться из дома».

— Но никто из них, — продолжал Робин, — не смог бы понять…

Нед поднял письмо повыше, чтобы поймать гаснущий дневной свет. Если бы только сам он понимал содержание письма.

— Робин, — сказал он, — я знаю, что уже спрашивал у тебя. Но что еще может означать в алхимии слово «Скорпион»?

Лицо у Робина посветлело.

— Я знаю, что слово Скорпион используется некоторыми старыми алхимиками как символ процесса разделения. Понимаете, знаки зодиака могут быть использованы, чтобы обозначать разные стадии превращения. И Скорпион, означая разделение, идет следом за Либрой, что означает возгонку.

Нед кивнул, как будто что-то понял, но на самом деле он не понял ничего. Он провел пальцем дальше по мелкому неразборчивому почерку.

— А что же тогда вот это? «Когда эмблема моруса распространится по всей стране, тогда настанет время для возрождения…» У тебя есть какое-то представления о том, что означает «морус»?

Робин нахмурился.

— Я не встречал такого ни в одной книге хозяина. Но я знаю, что «morus» на латыни означает тутовое дерево.

Нед сказал:

— Нет. Этого не может быть.

Робин посмотрел на него, удивленный его пылкостью.

— Но это так. Я в этом уверен.

Нед сказал настойчиво:

— Ты не знаешь случайно, твой ученый мастер Тобиас не упоминал кому-нибудь, что алхимический смысл содержится в названиях судов или верфей?

— Судов?

Робин в недоумении покачал головой.

— Нет. Почему суда и верфи должны иметь что-то общее с алхимией?

— Нипочему. Совсем нипочему.

Но ведь Ловетт занимается тутовыми деревьями. Он платит золотом за них. И жена Ловетта сказала: «Церемония спуска займет его теперь, когда тутовые деревья увезли…»

— Робин. Я хочу, чтобы ты узнал для меня все, что можешь, о смысле этого письма. Я хочу, чтобы ты дал мне все возможные алхимические толкования каждого слова до единого. Можешь ты это сделать?

Робин сник.

— Я не уверен, что смогу без помощи книг мастера Тобиаса.

— У меня есть кое-какие книги. И еще есть те, которые взял ты, чтобы показать мне.

— Они погибли при пожаре.

— Нет, не погибли. Они были в пекарне. Они и сейчас там. Сходи и принеси их сюда, ладно? Мне нужна твоя помощь.

Робин встал.

— Я могу посмотреть, все ли в порядке с тиглем.

— Можешь делать с тиглем, что хочешь. Но не задерживайся. И помни — ни слова обо всем этом никому, в том числе моему брату и его нечистым на руку друзьям.

Робин кивнул и поспешил к двери. Глаза у него горели от нетерпения.

Нед лежал, устало откинувшись на подушки. Варнава умер. У него болит нога и обожжены руки. Кто-то пытается убивать каждого, кто соприкоснется с этим письмом. Нед поднес листок письма к быстро тающему свету. «Когда эмблема моруса распространится по всей стране, тогда настанет время для возрождения…»

Тутовые деревья. Он подумал о вкрадчивом Ловетте, который, судя по словам его жены, тайком превращает тутовые деревья в золото.

Возможно ли, что причастность Ловетта к махинациям в доках и даже его знак на оружии, оплаченном золотом тутовых деревьев, также скрыты в письме к Ариелю? Но зачем? И зачем бы стал Джон Ди писать об этом? Откуда ему было знать?

Вдруг он вспомнил, что Пелхэм только что начал работать на Дептфордских верфях. Он положил письмо. В голове застучало; ему показалось, что он все еще ощущает запах горящих вокруг него бревен. Ему не хватало Варнавы.

Позже Льюк, еще относительно трезвый, пришел осмотреть его раны и посоветовал использовать табак как лечебное средство.

— Вдыхание дыма смягчает мозг, — объяснил он, — и уменьшает количество телесной жидкости.

Он разжег свою трубку и добродушно протянул ее, говоря при этом:

— Можешь попробовать мою, если хочешь. Дикари Перу курят общую трубку по вечерам после еды. Они считают, что втягиванье дыма вызывает райские видения и в то же время продлевает активную жизнь.

Нед закашлялся и замахал руками, чтобы разогнать дым.

— Возможно, в другой раз. Льюк, мальчик выздоровеет? Его шрамы заживают как надо?

Тот нахмурился.

— Это воистину варварское наказание, верно? Что он натворил? Украл пару монет у хозяина, который, судя по его виду, морил парня голодом?

— Что-то вроде.

— С ним все будет хорошо. Конечно, вид у обрубков противный. Но прижигание обычно бывает очень эффективно. Они заживут, если он будет держать их в чистоте. Ему нужно бы чем-то заняться, и не будет никаких проблем.

Он посматривал на дверь, явно торопясь в таверну, но Нед сел на кровати и сказал:

— Льюк, еще одна вещь. Не знаешь ли ты какой-либо причины — из области медицины, или из области суеверий, вообще из какой бы то ни было — по какой у мертвого человека отрезают палец? Особенно мизинец?

Льюк нахмурился.

— Не знаю в точности. Конечно, есть люди, которые считают прикосновение к повешенному лекарством от многих болезней. Посмотри, как больные толпятся вокруг мертвого тела, когда его снимают с виселицы. Но мизинец? Никакого медицинского значения этого я не знаю. Хотя есть одна забавная вещь — астрологи верят, что мизинец управляется ртутью, то есть Меркурием.

Меркурий. Планета, которая правит принцем Генрихом, по словам Хэмфриза, и планета, под знаком которой процветают тутовые деревья. Еще недавно он пропустил бы это мимо ушей, как суеверный вздор.

— Значит, каждым пальцем управляет определенная планета?

— Ну да. В соответствии с традицией, большой палец принадлежит Венере, указательный — Юпитеру, средний — Сатурну, безымянный — Солнцу. Если ты веришь в такие вещи. Многие верят.