Читать книгу - "Над темной площадью - Хью Уолпол"

Я не слышал, как вскрикнул Пенджли. Меня поглотили тишина и мрак. Из последних сил цепляясь за остатки сознания, я водил рукой по воздуху… И наши руки встретились — моя и Хелен…

Позже во дворе театра были найдены два тела. Их уже успело замести снегом. Мы с Хелен придумали историю, будто они, увидев открытую дверь, смеха ради залезли на крышу, не удержались на ногах, так как было скользко, попытались друг друга спасти, но сорвались и рухнули вниз.

Еще я помню такой эпизод: после того как были обнаружены тела, мы с Хелен и с двумя полицейскими пересекали площадь, и в это время я увидел, как маленькая оборванная женщина уводила домой слепого нищего. Она приостановилась и начала осторожно извлекать монеты, накопившиеся у него в кружке. Я слышал, как они звенели.

Таков был конец.

А на следующее утро, помнится мне, все было так, как будто дверь в ту комнату бесшумно и плавно закрылась, чтобы не открыться никогда. Пережитый ужас и страсти остались за сценой. И все случившееся уместилось в двух коротеньких параграфах лондонских газет. В первом репортер описывал случай с Хенчем, а во втором сообщалось о гибели двух неосторожных (скорее всего подвыпивших) гуляк. Я больше никогда не встречал Буллера, и по сей день мне неизвестно, как он умудрился избавиться от тела Пенджли-старшего.

А была ли та комната в действительности? И может, были миражами те прекрасные вещи: секретер с клеймами из слоновой кости, прелестный старинный триптих — творение мастеров Лиможа, серебряные канделябры и золотистые ковры восточной работы? А что если все это было лишь плодом усталого воображения голодного бродяги, которым мне, к счастью, не доведется больше быть благодаря удачно сложившимся в дальнейшем обстоятельствам? Нет уж, позвольте вас заверить, что все это было на самом деле. Достаточно сказать, что мы с Хелен, пребывая ныне в счастливом браке, храним и будем всегда хранить в своих сердцах память о Джоне Осмунде. И сейчас, когда я пишу эти строки, передо мной на письменном столе стоят те самые пять томиков моего любимого «Дон-Кихота».