Читать книгу - "Таинственный рыцарь и грустная курица - Андрей Николаевич Усольцев"

утро, дорогая», — вошёл в спальню. Да, кстати, он не забыл прихватить сигары и пепельницу. Всё-таки его «любимая» дама была курящая.

Афродита лежала красиво, волосатой писькой кверху, громко храпела и чмокала губами. Видимо, ей снилось что-то приятное. Услышав голос полковника, она перестала храпеть, громко пукнула и открыла глаза. Перед ней стоял ночной кавалер. Лицо Афродиты озарила улыбка. Она вспомнила ночные шалости. Боже правый, что он с ней вчера делал… И спереди её, и сзади, и снизу, и сверху, и сбоку, и даже с разбегу из кухни. А потом она взяла «управляющий жезл» в руки, и не только в руки… ну, и тут вообще такое началось, что ни в книге написать, ни знакомым рассказать…

Ну что же, как в народе говорят: «Делу время, а после потехи опохмелиться не забудь». Афродита подняла граненый стакан с коньяком, понюхала и, обращаясь к Пронину, сказала:

— Путь столоф, люпофничек!.. Я чуфствую нас сдут феликие тела! В опщем, са нас с топой (вы не забыли, ко всем своим уродствам эта как бы дама не выговаривала шесть букв).

Афродита подняла стакан и не морщась, залпом осушила его… откусила соленый огурец и вкусно захрустела… Своей грязной волосатой мужской рукой вытерла рот и взасос поцеловала Пронина. Из её рта воняло свиным навозом… Ой, простите, хотел написать перегаром и вчерашними сексуальными извращениями.

Итак, Афродита опохмелилась, набралась сил и приступила к «вербовке». Я уже говорил об этом: она не узнала помолодевшего полковника Пронина. И, конечно, полковник решил ей подыграть и с арестом не спешить.

А в это время на другом конце города в своей квартире за компьютерным столом сидел писатель. Он задумчиво ковырял в носу указательным пальцем и, подняв глаза, таращился в потолок. Он глобально мыслил! Он писал «вирши»! Создавал бессмертное произведение для потомков!

Все писатели всегда пишут для потомков. А потомкам на хрен не нужны книги писателя и вообще любые книги.

А что нужно потомкам?

Слава!.. Деньги!.. Секс!.. И чтобы как Ивана Александровича Хлестакова все вокруг «их уважали и любили, искренне».

Позвольте, а как же комфортные путешествия на яхте, престижные гаджеты, фирменная одежда от какого-нибудь Версаче или от этих… как его… педиков (всё время забываю их фамилию)… Вспомнил! Модельеры Доменико Дольче и Стефано Габбана итальянского дома моды «Dolce & Gabbana»… Это всё тоже нужно потомкам… то есть нашей молодёжи.

Слушайте, а не так уж мало набирается, что нужно потомкам… Да, им нужно всё, кроме книг (даже если они и очень интересные).

А ещё молодёжи требуется то, что они больше всего любят… Нет… не пиво, а Родина. Знаете, как в песне: «Забота наша такая. Жила бы страна родная»… «Не нужен нам берег турецкий и Африка нам на хрен не нужна».

Да, кстати, вот о стране и поговорим, и напишем. Чтобы потомки, прочитав новую книгу писателя, одновременно и гордились и грязно ругались: «Ну и времена были, чтоб твою мать!». А страна у нас самая лучшая, это правда, с красивым именем Россия. О!.. А какие прекрасные люди проживают в ней…

А тем временем, пока писатель философствовал и признавался в любви к своей Родине прекрасной России, отщепенец и предатель Родины по кличке Засранец (он же Афродита) закончил вербовку Ферапонта Анемподистовича Пронина и решил везти его на другой конец города, на «Красный треугольник».

(Это памятник промышленной архитектуры между Старо-Петергофским проспектом, Обводным каналом и улицами Розенштейна и Ивана Черных. Ансамбль из более чем ста пятидесяти заводских корпусов и вспомогательных построек). Нет… Не на экскурсию, конечно. Там у предателя был склад биологических материалов, собранных у россиян в виде женских трусов, баканализов, заборов крови, мужской спермы и женских яйцеклеток. Всё это предатель собрал и хотел передать на Украину для создания биологического и химического оружия в военных биолабораториях американских пиндосов, в городах Киев, Одесса, Херсон, Винница, Львов, Харьков. И только блестящее проведение специальной военной операции Российской Федерации на Украине сорвало эти коварные планы США и укрофашистов. Да, как изменились наши единокровные братья хохлы. Они превратились в настоящих «нациков». У них теперь даже национальная одежда — вышиванки расшиваются не просто крестиком, а фашистским крестиком. А людей они стали сжигать живьём, как например в Одессе в Доме профсоюзов.

Поехали наши герои на метро. Был час пик, народу было много, и все… почти все… были лица «коренной питерской национальности», то есть интеллигенты… Как я определил, что они коренные питерцы?.. Да очень просто.

Помните тексты плакатов «Давайте говорить как петербуржцы», которые в размещались в вагонах петербургского метро и на рекламных щитах вдоль крупнейших магистралей Санкт-Петербурга? Сам я их не видел… врать не буду. Хотя, уже давно живу в Петербурге… почти год. Соседи называют меня «старожил» и даже интересуются прошлым Петербурга…

— Скажите, а какое место в Питере самое романтическое?

— Не знаю, господа, об этом история умалчивает… А вот на окраине Сестрорецка есть шалаш, там некто Ульянов на охапках сена «спал» с Григорием Зиновьевым в июле тысяча девятьсот семнадцатого года. Кто они такие, никто не знает. Видимо, кто-то типа Ромео и Джульетты или Дэвида Ферниша и Элтона Джона… Да! Как романтично… Там один из них, видимо, под влиянием любовного тумана, как говорят в народе, «моча в голову ударила», написал работу «Государство и революция» и совершил Октябрьский переворот.

Сейчас там (в Сестрорецке) даже музей есть и памятная доска… молодожёны и гомосексуалисты туда приезжают и цветы приносят…

Ну, давайте вернёмся к коренным питерцам и плакатам «Давайте говорить как петербуржцы», которые размещались в вагонах петербургского метро… Помните? Там было написано, как правильно говорить.

Бадлон (птб) — водолазка (мск). Булка (птб) — белый хлеб (мск). Галоши (птб) — калоши (мск). Греча (птб) — гречка (мск). Дама (птб) — женщина (мск). Парадная (птб) — подъезд (мск). Поребрик (птб) — бордюр (мск). Шаверма (птб) — Шаурма (мск). Ас-саляму алейкум (птб) — здравствуйте (по-русски сейчас так никто не говорит). А такие слова как фалафель, самса из тандыра, конечно, знает каждый петербуржец с высшим образованием.

Итак, Ферапонт (он же полковник Пронин) едет в метро, изображая