Читать книгу - "Хроника смертельного лета - Юлия Терехова"

– Да ты что?! – Юрка, хоть и пьяный вдрабадан, способность соображать еще не утратил: – Меня же посадят!

– Ну не знаю, – он снял Юркину руку со своей шеи. – Тогда не ной.

– А у тебя в долг нельзя перехватить? – с надеждой заглядывая ему в глаза, спросил Юрий. – Я отдам, честное слово!

Он недоверчиво смерил взглядом бывшего одноклассника:

– Из каких таких доходов? Ты сколько зарабатываешь?

Смолин сник. Он действительно зарабатывал немного. Стало даже чуть жаль его.

– Ладно. Поехали ко мне. Подумаем, чем тебе можно помочь.

…У него дома нашлось немного кокаина, и он отдал его Смолину. Через несколько минут взгляд у того прояснился. Тогда они и договорились. Он дал Смолину пять тысяч баксов, а тот утащил для него с работы первую партию морфина. За первой – вторую, затем еще и еще. И сам начал там «подъедаться». Он неплохо заработал тогда на Юрке. Купил новую машину – ту, о которой давно мечтал.

Юрка действительно был благодарен, не понимая, что это стало началом его конца. Ничего удивительного, что скоро Смолиным заинтересовались правоохранительные органы, а точнее – отдел по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. Слишком много маркированного морфина и фентанила стало всплывать в Центральном округе. Когда Смолина арестовали, он не сомневался, что тот его сдаст. Не сдал. И тем самым подписал себе смертный приговор. Рисковать было нельзя.

…Действительно, Зимин пришел в удачное время. Во всяком случае, те, кто еще не переехал на дачу или же не имел таковой, вернулись с работы домой. Зимин начал обход с верхних квартир девятиэтажного одноподъездного дома. На девятом он застал только одну старушку. Она поведала, что остальных соседей нет с начала лета, и все они оставили ей ключи, чтобы она поливала цветы. К сожалению, она ничего сообщить не смогла, так как из дома почти не выходит: боится, что спустится, а лифт сломается – и что она будет делать? А продукты ей девушка с нижнего этажа приносит – много ли ей, старой, надо?

На восьмом этаже Зимин встретил длинноногую девушку, заходившую в квартиру. Посмотрев удостоверение, она позволила ему войти, кокетливо представившись «Лара». Она уже слышала об убийстве, и Зимин предположил, что девушка вполне могла быть знакома с Вешняковой.

– Да, я ее знала. Не очень близко. Но иногда мы забегали друг к другу на чашечку кофе. Болтали о том, о сем. Она была милая, но немного глуповата.

– Глуповата? – Жене хотелось уточнить, что Лара имеет в виду.

– Я знаю, она окончила МГУ. Мне кажется, это обязывает. Но иногда она могла такое ляпнуть – хоть стой, хоть падай. Правда, английский знала блестяще. Я к ней порой обращалась за помощью в переводе. Надо отдать ей должное – она никогда не отказывала. И даже денег не брала.

– У нее был постоянный мужчина? – спросил Зимин.

Лара кивнула:

– Да, я последний год видела их вместе. Богатый мужичок.

– Мужичок? – переспросил капитан. – Он что, в возрасте?

– Как сказать… – задумалась девушка. – Ольга и сама не первой молодости, ей за тридцать уже. Было, – словно спохватилась она. – А ему – около сорока или чуть больше. А мужичок – это я выразилась неудачно. Он ухоженный и симпатичный. Ольга обмолвилась как-то, что его зовут Михаил, и у него рекламное агентство.

Без сомнений, речь шла о приятеле Ольги – Михаиле Доренко, о том самом, который нашел ее тело.

– Какие у них были отношения? – спросил он. – Он содержал ее? Ведь Ольга нигде не работала, так?

– Содержал? Да нет, это вряд ли. Бывший муж платил ей приличные алименты – вполне достаточные, чтобы жить безбедно и при этом не работать. Ее экс-владелец сети супермаркетов, очень богатый.

– А как он к Ольге относился?

– Да прекрасно! Они часто встречались, он водил ее ужинать или же в театр, на какую-нибудь премьеру. Это при том, что он снова женился на молоденькой девочке, у них ребенок родился…

– А любовник Вешняковой не ревновал?

– К кому? К бывшему мужу? – удивилась девушка. – Да что вы! С бывшим у нее все протекало в формате «было и прошло». А что касается любовника, то может, страстной любви она к нему и не чувствовала, но, думаю, не изменяла. Он дарил ей красивые дорогие вещи, она принимала их с достоинством. Но если говорить о деньгах – он мог оплатить их совместный отдых, но не более того.

Зимин подумал: судя по рассказу Лары, она знает Вешнякову гораздо лучше, чем считает нужным признаваться. И особой симпатии к ней не испытывает. Что это – зависть к подружке, которая неплохо устроилась?

Лара пытливо вглядывалась в его лицо, ожидая следующего вопроса. Затем как бы нехотя сказала:

– Знаю, знаю, о чем вы сейчас думаете… Говорю – еле знала ее, кофе, пустая женская болтовня… И это действительно так. Все что мы с ней обсуждали – обычные житейские дела – и никаких секретов. Да их у нее, по-моему, и быть не могло. Благополучная праздная женщина.

– А почему у нее не было детей?

– Мы об этом не говорили. Не думаю, что она хотела детей. Зачем они ей?

– Да, да, – покивал Зимин, – понятно… А сердечные дела? Как вы сказали, к Михаилу Доренко она страстных чувств не испытывала. Но, может быть…

– Я не знаю, – Лара покачала головой, – ее сердце оставалось для меня закрытой книгой. Со мной она ничем подобным не делилась.

Зимин посмотрел на часы. Почти одиннадцать. Надо сворачиваться. Последний вопрос.

– Вы видели Ольгу двадцать второго июня?

– Я ей звонила, – оживилась Лара. – Первый раз – около полудня, на домашний, она не ответила. Второй раз – около четырех, на мобильный. Она заявила, что занята и сама перезвонит мне. И не перезвонила. Но такое и раньше бывало. Я не обиделась и не удивилась…

…Зимин неторопливо спускался по ступенькам и высчитывал. В четыре часа у нее находился Орлов, и ей явно было не до Лары. И потом она не перезвонила, так как занималась любовью с Орловым. А позже, около полуночи, ее убили.

Он долго бродил по этажам, натыкаясь то на запертые двери, то на людей, которые ничего не видели и не слышали. Пару раз ему повезло. Сначала он нашел свидетельницу, видевшую, как в половине третьего к дому подкатила Ольга в сопровождении мужчины, по описанию – Орлова. Бабулька, днем коротавшая время на лавочке возле подъезда, сказала, что они вроде как ужасно торопились: мужчина зажимал между пальцами горлышки шампанского, в подъезд они шумно влетели, и Ольга даже машину около подъезда бросила, хотя стоянка – вон, во дворе. Они были веселы, обнимались и целовались. Мужчина чуть не уронил одну из бутылок, но ловко подхватил ее.

– А вы не заметили, больше никакие машины во двор не въезжали? – спросил ее Зимин.

– Нет, милый, не заметила. Я сразу за ними увязалась, – бабулька заметно смутилась, а потом хихикнула, – очень мне любопытно стало. А потом домой пошла…