Читать книгу - "Гелен Аму. Тайга. Пеонерлагерь. Книга 1 - Ира Зима"

Смотрю на себя в зеркало: волосы тусклые, земля в них въелась, они потеряли цвет и свечение, лицо стало резким, скуласто-очерченным и эти пакли ему совсем не идут — пора все срезать! Взяла прядь и чиркнула ножницами, медицинские, острые как лезвия резцы обрубили мою последнюю рефлексию и недоверие к себе, и я прошлась так по всему затылку, он проявился темным подножным цветом, не видевшим прежде солнца. Посмотрела внимательно на то, что вышло, прочесала косой пробор от макушки и резанула челку, оставив ее длинной до подбородка, так прятать глаза будет легче, а мне есть что прятать, мое намерение «убить» вызрело, и глаза у меня теперь черные временами, синева уходит в такую невидимую глубину, что и мне не по себе. Челка, освободившись от длины, стала легкой и воздушной, она почти выбелена солнцем, получился парадоксальный контраст: «темное» нижним слоем и «светлое» наружу, такая теперь и я. Оделась в чистое, натянула новую, почти идентичную моей прежней майке толстовку, смотрю на перевоплотившуюся себя и испытываю удовлетворение, стала я похожа на героев мультяшных комиксов, только меча не хватает, а меч бы мне пригодился, не дрогнув, готова отрубить голову выродку-маньяку! Но ошибиться никак нельзя, мне точно нужно знать, кто «он», невинного убить не смогу, так что будет даже лучше, если он нападет снова, у меня есть скальпель, и маньяк не знает, что я готова. А иначе, сколько мне еще его искать и проверять, насколько верны мои догадки и видения? Пусть нападает — это четкая, однозначная, освобождающая меня на действие ситуация! Пусть так и будет! Пока же маньяк зализывает раны, вряд ли с побитым лицом в лагерь сунется, даже если он считает что я мертва, такому конспиратору не нужно лишнее внимание, и это значит, в город мне надо ехать сегодня!

Пришла Тая, увидела меня в боевой готовности, не удивилась, я попросила ее принести кое-что из моих вещей; не могу пока ни с кем общаться, мне нужно сначала осознать все поглубже, не растрясти это состояние, может, даже попытаться войти в соприкосновение с «ощущениями» выродка, я должна его чувствовать после такого «контакта», мне нужно его узнать хотя бы изнутри…

— Тая, ты не знаешь, Маслов уехал в город? Может, он сегодня поедет на выходные? Было бы здорово, неохота одной болтаться, спроси его, пожалуйста! — я прошу, потому что понимаю, что и Тае моя затея не понравится.

— Не опасно? — спрашивает скорее потому, что так положено.

— Наверно нет, маньяк может еще и не знает, что я выжила? Значит, есть время, все-таки я сильно его зашибла, так что не могу упустить случай, позарез надо в город, а Егор не даст спокойно уехать, ну и я взяла тут кое-что, вооружилась немного, так что не опасно, ну я так думаю, — я показала Тае то, что взяла в кабинете. — Возьму у тебя это «напрокат», пока все не утрясется.

— Вряд ли это достойное оружие против монстра, я тут думала, почему о гибели девушек не чувствую ничего, так это все из-за того, что деревню нашу разорили, погибли многие, тут такой духман стоит, что и не разберешь, это в чистой энергии отголосок смерти сразу слышен, а тут давно смрад, еще со строительства рудников. Держать тебя не могу, мне эта твоя затея не нравиться, но, конечно, все сделаю, а прическа классная, сразу видно что ты сорванец, не кисейная барышня, характер теперь виден, но тебе против такого зверя тесак нужен, а не булавка, — и, качая головой скорее для самоуспокоения, мол, даже пыталась повлиять на меня, Тая ушла и быстро вернулась с новостями.

Женька и правда собирался в город, накануне просто не готов был уехать, тоже за меня волновался, ползал под елками вместе с Егором, а потом отсыпался, так и не попал на выходные как положено, и моя просьба через Таю была принята вполне кстати. Мы встретились уже у вездехода, а я машинально еще раз обшарила грузовой отсек, вдруг Аленину сумку я в прошлый раз просто не заметила за наваленным бардаком, но ничего не нашла, уселась на пустые коробки от продуктов. Женька сел напротив и таращится на меня странными глазами:

— Ты мой вид не одобряешь? Такая я тебе уже не нравлюсь? — я потрепала себя по загривку демонстративно, и легкость в голове, почему я раньше этого не сделала, никогда не была собой больше, чем сейчас; челка живо соскользнула на пол лица, скрыв мое совсем не игривое настроение.

— Одобряю, даже слишком одобряю, совсем другая, то есть как раз такая, как есть… Егор с меня три шкуры сдерет, когда узнает, что я с тобой в город поехал! Вот куда ты ломишься, тебе, наверно, еще лежать нужно?

— Во-первых, ты не знал, что я поеду, правильно, это чистое совпадение. Что, я у тебя разрешения спрашивала? Нет! Мы же тут с тобой встретились, верно? И потом, я представляю, какой был шум с моими поисками, не готова я «на горяченькое» в отряде появляться, а капельницы мне как видишь уже не нужны, только душевный покой, я, знаешь ли, сплетен боюсь больше, чем мартовских медведей! — забрала челку за ухо, от Женьки можно не прятаться, нутром он меня и без челок вскроет, а как парень он дико наивный и пялиться на меня напрямую до сих пор стесняется.

— Почему мартовских? А, они особенно голодные после зимы и спячки, понял… Ну, да, слухов достаточно, — глаза опустил на коробки, подпинывает их ботинком, вот не дают мне покоя эти картонки…

— Поделись: оповещен, значит, вооружен, — внутри меня все напряглось, сплетни — это невыносимо.

— На самом деле я сразу и не понял, что случилось, ливень начался ни с того, ни с сего, а ведь ни облачка не было, и все засобирались. Валевский вдруг начал бить со всей дури Егора и орать, что он тебя потерял, и побежал видимо обратно к «крестам». Ванька за ним. Егор стал дергаться и орать на всех. Полина просила его успокоиться, мол, ты всегда так себя ведешь, что ты сумасшедшая, и все это знают. Егор послал Полину, и она ушла в лагерь, все девицы ушли, а парни остались тебя искать, и Маринка осталась. Сначала прочесывали лес у костра, потом оказалось, что я тебя последний и видел на горе с крестами, но я ничего плохого тогда не заметил, что могло случиться? И действительно, почему все в этот раз переполошились, если в прошлый за мной тебя искать в тайгу никто не пошел? — вскинулся на меня взглядом и снова уткнулся в чертовы коробки.

— Не знаю, чего все всполошились, поэтому на помощь я особо и не рассчитывала… Да, упала я и правда неудачно, подскользнулась на росе и голову пробила — все как обычно, от ливня очнулась и в лагерь пошла! — беспечно так рассказываю, а саму крутит внизу живота нестерпимо.

— Так и осталась бы там, это ж надо через тайгу в таком состоянии переться, Валевский и Ванька быстро бы тебя нашли, сразу к крестам побежали. А если бы рухнула не пойми где, то все? В общем, мы прочесывали лес поблизости, а потом услышали звуки вертолета и решили в лагерь возвращаться, вертолет просто так не вызывают, тут, конечно, стало совсем не по себе, вернулись, ты в изоляторе и вроде как все хорошо уже. Полина с Егором разругались вообще, она в город кажется насовсем уехала, чуть ли не уволилась, а твоя «троица», пока ты в себя не пришла, около изолятора так и дежурила. Тая к тебе не пускала никого, и это пугало еще больше. Но главное, все обошлось, а то болтали о каких-то увечьях и все такое, у некоторых прямо-таки зуд: версии одна страшнее другой предлагать. Маринка с Пенкой почти подрались из-за этого! Так что ты права, сплетен скопилось уже много, но они точно в мгновение отвалятся, как только все увидят такую тебя, реально не узнать, только это и будут обсуждать, и думать о происшествии забудут!