Читать книгу - "Любовницы по наследству - Вячеслав Школьный"

Красные от слез глаза девушки внимательно посмотрели на меня. Ее лицо неожиданно озарилось легкой, еле уловимой улыбкой.

— Вы вправду так думаете? — несмело поинтересовалась она.

— Вправду, Вероника, вправду. У вас с ней ведь общий интерес, — вы обе любите папу, только каждая своей, особой любовью, поэтому вы обе должны его поддерживать и быть помощницами в его нелегком деле.

— Вы считаете, что то, чем занимается мой папа, все-таки имеет какой-то смысл? — снова задала вопрос девушка. По всей видимости, с предвыборной программой своего отца она была знакома далеко не понаслышке.

— Думаю, имеет, — уверенно ответил я, хотя, если честно признаться, совсем так не думал. — Он старается ведь не только для себя и своей семьи, а в целом для всего народа. Он пытается сделать так, чтобы все люди жили лучше, чтобы по возможности меньше было несправедливости. Ведь ты дружишь с другими детьми и ясно видишь, что далеко не все они живут так хорошо, как ты. У некоторых людей в наше время не хватает денег даже на хлеб, и происходит это не потому, что они ленивые и не хотят работать, — просто условия жизни такие создало наше правительство.

— Это правда, — как-то несколько виновато усмехнулась Вероника. — Обычно, если мы с Вадиком идем куда-то в кафе или на дискотеку, то за все плачу я. Не хочу сказать, что он у меня совсем нищий, просто обыкновенный. А я живу побогаче, — почему бы в таком случае мне за него и не заплатить? Знаете, Андрей Иванович, вам непременно нужно встретиться с моим отцом и поговорить с ним. Думаю, как собеседники, вы бы были очень интересны друг другу.

— Ты, Вероничка, просто читаешь мои мысли, — в такт словам девушки сказал я, довольный тем, что мне ее все-таки хоть немного удалось успокоить. — У меня, признаться, тоже подобное желание возникло, еще во время нашей первой встречи. Только ведь твоего отца поймать дома никак невозможно.

— А я позвоню вам, как только он здесь появится, — неожиданно предложила Вероника, — вы только оставьте мне свой номер телефона.

— Ради Бога. — Я охотно вытащил из кармана свою записную книжку, черкнул в ней несколько цифр и, вырвав листок, протянул его девушке. — Только, пожалуйста, звони по возможности в первой половине дня, потому что по вечерам, сама понимаешь, я практически всегда занят.

— Договорились! — весело воскликнула моя юная собеседница. — Спасибо вам за моральную поддержку. У меня до вашего прихода была такая страшная депрессия, а сейчас почувствовалось какое-то облегчение.

— Настоящее облегчение ты почувствуешь только после того, как помиришься с мачехой. — Я поднялся с кровати и быстро собрал свой дипломат. — Постарайся это сделать как можно скорее, не откладывай в долгий ящик. Только без фокусов, договорились?

— Ладно постараюсь, — дружелюбно махнула рукой девушка, провожая меня до двери своей комнаты. — До свидания, Андрей Николаевич, я вам обязательно позвоню. Возможно, даже на этой неделе.

Общение с Вероникой меня вполне устроило. Накаленная в этой квартире атмосфера, казалось, начинала понемногу разряжаться.

Елена сидела в зале на диване и смотрела по телевизору какой-то очередной латиноамериканский сериал. Создавалось впечатление, что за все те три часа, которые я отсутствовал в соседней комнате, она совсем не сдвинулась с места. Увидев мое сияющее выражение лица, женщина даже сама немного повеселела.

— Ну, и как вы там, сладили? — поинтересовалась она.

— Вроде бы все в порядке, — сдержанно пожал плечами я, — Вероника готова начать с тобою переговоры, и, если ты окажешься хорошим дипломатом, она, возможно, даже объявит капитуляцию.

— Сомневаюсь, — пессимистически покачала головой женщина, — не очень то хорошо ты ее знаешь. Я, кажется, слышала оттуда какие-то не очень уж тихие крики. На подготовку к перемирию это никак не похоже.

— Последний этап войны всегда отличается особой громкостью, — не без определенной доли иронии заметил я.

— Ну, если ты так в этом уверен, тогда будем надеяться на лучшее. А как там дела насчет ее учебы?

— Лучше и не спрашивай. — Мое лицо приняло несколько измученный, почти страдальческий вид. — Ее учебу я считаю только лишней тратой времени и денег.

— Неужели нет никакой надежды на просветление? — вопросительно взглянула на меня Елена.

— Не то слово, — полный провал спектакля! Думаю, лучше будет, если мы с вами контракт разорвем, — ничего хорошего из данного мероприятия не получится.

— Нет, — решительно заявила Елена, — об этом не может быть и речи. Пока что будешь сюда приходить и учить ее. А как оно повернется дальше, — жизнь покажет. Ведь одно занятие погоды в доме не делает.

— Как скажешь, — снова пожал плечами я. — Значит, в следующий вторник буду здесь, как штык. А сейчас мне пора уходить.

— Что, даже чаю не попьешь?

— Думаю, не стоит даже заводиться насчет чая. Вероника и так слишком щетиниться на тебя за твои ночные похождения. Может, тебе следует успокоиться ненадолго, пока отношения с нею войдут в нормальное русло.

— Знаешь, Андрей, — недовольно скривилась Елена, элегантно поднимаясь с дивана, — мне кажется, что отношения с ней у нас не наладятся никогда.

Она прошла вслед за мною в прихожую и тоже начала одеваться.

— Куда это ты собираешься? — удивленно спросил я.

— Как это куда? Тебя домой отвезти естественно.

— Нет, дорогуша. — Я отрицательно покачал головой. — Сегодня ты никуда со мной не поедешь. Я с таким трудом уговорил Веронику наладить с тобой контакт, и теперь единым махом все мои старания пойдут насмарку? Лучше уж останься сегодня дома, потерпи несколько дней, ничего с тобой не случится. Зачем нам лишние неприятности?

Елена посмотрела на меня с некоторым недоумением, но, призадумавшись, все ж согласилась с моей точкой зрения.

— Знаешь, а может быть ты и прав, — после небольшой паузы сказала она, — может быть и правда какое-то время стоит переждать? А то ведь действительно я что-то обнаглела ни на шутку. Все-таки у Николая предвыборная кампания, мало ли какие казусы могут произойти.

— Вот видишь, — насмешливо заметил я, — все то ты отлично понимаешь, а значит — голова еще может руководить всеми другими органами.

— Иди ты со своим остроумием, охламон чертов. — Слегка покраснев, Елена как бы невзначай толкнула меня в плечо. — Так и ищет причину, чтоб человека задеть за живое. Ладно, уговорил, проваливай отсюда, пока я добрая, только, смотри, дорогу навсегда не забывай.

— Да уж придется когда-нибудь вернуться, — сказал я, тяжело вздыхая. — Что поделаешь, такая у меня работа.

Выскочив на лестничную площадку, я не стал дожидаться, пока Елена захлопнет за мною дверь, и стремительно исчез с ее глаз в кабине лифта.

Ехать на такси обратно было слишком для меня жирно, — хватало уже того, что пофорсил немного по пути сюда, и так порядочную сумму загрыз. Общественный транспорт пока еще ходил, но мне все же стоило на него поспешить, — время то было довольно позднее.