Читать книгу - "Что скрывает прилив? - Мария Орунья"

не в состоянии сдержать улыбку. – Он еще несколько дней пробудет в больнице, но доктор меня заверил, что с ним все в порядке.

Ривейро пристально смотрел на нее пару секунд.

– Помнишь, что я тебе говорил? Боль никуда не денется, но нельзя, чтобы она гнила у тебя внутри. Этот парень так тебя любит, ты бы подумала…

– Единственное, о чем стоит думать, – это о том, чтобы он был счастлив, – перебила она, – и я тебя уверяю, что именно этим я и занимаюсь.

Валентина говорила совершенно искренне. Чувство, что Оливеру будет лучше без нее, без ее тьмы, переросло в убежденность. Рано или поздно он ее забудет, это лишь вопрос времени. Сама того не заметив, она произнесла последние слова вслух.

– Это лишь вопрос времени. Он забудет меня, начнет новую жизнь. Так будет лучше.

– По-моему, это так не работает, – возразил сержант. – Или ты тоже все забудешь?

Лейтенант выдержала его взгляд, но промолчала. Потом отвернулась и вылезла из машины. Сержант, понимая, что продолжать разговор она не настроена, последовал ее примеру. Но у него сложилось впечатление, что его аргумент стал для нее неожиданностью и даже слегка пробил ее броню. Если она так уверена, что Оливер может начать все заново и оставить печаль в прошлом, почему бы и ей не поступить так же? Или одним дан дар забвения, а другим нет? А может, она считает, что ее боль темнее, глубже и непоправимее, чем у простых смертных?

Валентина поняла все, что подразумевали простые слова Ривейро. Нет, она не в состоянии сейчас об этом говорить. Это слишком сложно. Она осмотрелась вокруг, оценила количество машин, припаркованных на территории усадьбы в Маталеньясе, и невольно подумала, что эта толпа должна быть частью того странного оркестра жизни и соболезнований, который часто появляется сразу после смерти.

Хулиан Рамос наблюдал за тренировкой сына с заметной тревогой. Пабло недостаточно отдохнул после вчерашнего вечера, когда вернулся домой с новостью о том, что произошло во дворце Ла-Магдалена. Неужели снова убийство? Разве не должен отец интуитивно чувствовать, когда ребенку грозит опасность? Хулиану было странно думать, что они с женой сидели дома и спокойно смотрели телевизор в то самое время, когда их сын находился рядом с убийцей.

Когда Пабло рассказал, что Маргариту Родригес, возможно, отравили, они с женой чуть с ума не сошли. Кем бы ни оказался этот таинственный убийца, он же мог убить и их сына! Единственного сына, на долю которого и так немало выпало. Его парализовало, а потом бросила любимая девушка, и с тех пор он больше ни с кем не встречался. По крайней мере, насколько им известно. Он даже о самоубийстве задумывался. Хулиан знал об этом. Сын всегда был таким заботливым и внимательным, а главное – достойным человеком. Теперь он живет в Барселоне, совсем один, лишь бы иметь возможность заниматься тем, что помогает ему реализоваться, ощутить себя полноценным человеком. Один – и так далеко от дома! Ах, вот если бы та ужасная женщина, Юдит, пожелала содействовать начинаниям Пабло… Тогда сын смог бы вернуться в Сантандер. Хулиан Рамос не собирался горевать о смерти Юдит Помбо и тешил себя надеждой, что даже если ее преемник окажется последним мерзавцем, он все-таки не будет настолько бессердечным и поддержит планы Пабло, и тогда сыну откроется путь домой, в Сантандер.

– Надо признать, у вашего сына просто отличный бэкхенд.

Хулиан обернулся на голос и с удивлением узнал Василя Раллиса. Тот опять щеголял в козырьке и солнечных очках, тщетно надеясь остаться неузнанным.

– Спасибо, – сказал Хулиан, подходя к нему. Контраст между ними особенно бросался в глаза, когда Хулиан стоял рядом с высоким и подтянутым экс-теннисистом. – Я не знал, что вы еще в городе.

– Да, самолет только сегодня вечером. К тому же мне позвонили из гражданской гвардии, хотят опять поговорить, на этот раз о том, что произошло вчера с секретаршей клуба. Ну вы наверняка сами знаете.

– Да, ужасная история.

– Если бы я мог предположить, что эта конференция по теннису так обернется, я бы жизнь застраховал, – рассмеялся Раллис. – А ваш сын разве не собирается назад в Барселону?

– Пабло решил воспользоваться случаем и побыть с нами до конца недели. Естественно, будет тренироваться.

– Удивительное дело – мы с ним живем в одном городе, оба сотрудничаем с Федерацией, а виделись до этого только мельком, – заметил Раллис. – Я глазам не поверил, когда увидел, как он тренируется. – И искренне похвалил Пабло: – Он отличный теннисист.

Хулиан ощутил прилив гордости. Когда они вчера познакомились, знаменитый Василь Раллис не произвел на него особенно приятного впечатления, но теперь Хулиан решил, что теннисная звезда, возможно, совсем не плохой человек.

Тут к ним подкатил Пабло, заметивший, с кем беседует отец.

– Сеньор Раллис, доброе утро!

– Доброе утро, юноша. Я как раз говорил твоему отцу, что у тебя отменный бэкхенд.

– О, благодарю, – улыбнулся молодой человек. – От вас это высочайшая похвала.

– Должен признать, я раньше не уделял особого внимания теннису на колясках, но ты меня удивил, мальчик. И обращайся ко мне на “ты”, а то я чувствую себя старой развалиной. – И Раллис подмигнул Пабло. – Ты уже закончил тренировку?

Молодой человек вытер пот со лба и пригладил темные волосы.

– Строго говоря, осталось еще несколько минут, но я, если честно, уже очень устал. Странные выдались дни. Сначала Юдит, теперь Маргарита… Безумие какое-то.

– Да, – согласился Раллис, – женщины в этом клубе мрут как мухи.

Пабло улыбнулся – больше тону экс-теннисиста, чем шутке, которая его консервативного отца лишила дара речи. Раллис заговорил, уже более серьезно:

– Честно говоря, я тоже немного выбит из колеи – сразу две смерти. И обе насильственные, похоже… – И тут же снова перешел на ироничный тон: – Но сегодня я тут не за этим.

– Выдалось свободное утро и тебе больше нечем заняться? – спросил Пабло, заставив себя обратиться к Раллису на “ты”.

– Отчасти, – усмехнулся тот. – Но главная причина в том, что я, как мне кажется, могу тебе помочь. Хочу поговорить в Федерации насчет твоих проектов по развитию тенниса на колясках. Знаешь, то, что ты мне рассказывал вчера на вечеринке, прямо перед тем как… В общем, перед тем как умерла бедняжка Маргарита. По-моему, это не просто интересные и перспективные идеи, у них есть и рыночный потенциал, как мне видится. Надо будет обсудить детали, но позже, в спокойной обстановке, ладно? Когда ты вернешься в Барселону.

Лицо молодого человека просияло. Он не верил своим ушам – его идеи одобрил сам легендарный Василь Раллис! Он помахал тренеру, давая понять, что на сегодня все, и попросил Раллиса подождать, пока он переоденется, чтобы вместе отправиться куда-нибудь выпить кофе и побеседовать. Взволнованный и возбужденный, Пабло посмотрел на отца с широкой улыбкой совершенно счастливого человека. Хулиан Рамос не нашел что сказать, но почувствовал, как в душе крепнет надежда.

Младший лейтенант Сантьяго Сабадель обливался потом. Он знал, что надо бы наконец заняться спортом и немного растрясти жирок, но сроду не видел, чтобы кто-то отжимался, обмирая от счастья, а потому мысли о нагрузках так и оставались мыслями. Но сейчас он потел не от физических усилий, а из-за нависшей над ним необходимости звонить в Англию по поручению лейтенанта. Какого черта она сама им не может позвонить, у нее же прекрасный английский! Конечно же, она просто