Читать книгу - "Глаз в пирамиде - Роберт Антон Уилсон"

— Не спрашивай меня, -пожал плечами Барни. — Когда мой брат излагает историю сатанизма, я еще как-то могу следить за ходом его мысли. Но когда он пытается объяснить мотивацию сатанизма, увы... Он употребляет специальные богословские термины, вроде"имманентизации Эсхатона", но я понимаю лишь то, что это имеет какое-то отношение к приближению конца света.

Сол побледнел, как мертвец.

— Барни, — воскликнул он, — о Боже. Фернандо-По.

— Но ведь проблема улажена...

— То-то и оно! Их обычная техника маскировки. Реальная угроза появится откуда-нибудь еще, и они намерены на этот раз исполнить задуманное.

Малдун покачал головой.

— Но не психи же они!

— Каждый человек — псих, — терпеливо сказал Сол, — пока ты не понимаешь мотивов его действий. — Он взялся рукой за галстук. — Представь, что ты прибыл в летающей тарелке с Марса или с Вулкана, как это сделали иллюминаты, если верить одному из наших предположительно достоверных источников информации. Ты видишь, как я поднимаюсь сегодня утром и по какой-то неясной причине завязываю вокруг шеи вот эту тряпку, несмотря на жару. Какие объяснения этому факту ты можешь придумать? Например: я фетишист, иными словами — псих. В основном человеческое поведение складывается из таких же несуразностей, оно нацелено не на выживание, а на соответствие некой системе символов, в которую верят люди. Длинные волосы, короткие волосы, рыба по пятницам, не употреблять свинину, вставать, когда судья входит в зал: сплошные символы, символы, символы. Конечно, иллюминаты — сумасшедшие, с нашей точки зрения. С их точки зрения, сумасшедшие — мы. Если мы сможем выяснить, во что они верят, что для них значат их символы, мы поймем, почему они хотят убить большинство из нас или даже всех нас. Барни, позвони брату. Вытащи его из постели. Я хочу узнать как можно больше о сатанизме.

(— Дьявол! — орал президент 27 марта. — Ядерная война по такому ничтожному поводу, как этот Фернандо-По? Да вы что все, спятили? Американскому народу осточертело, что наша армия играет роль всемирного полицейского. Пусть Экваториальная Гвинея сама ловит рыбу в мутной воде, или как там говорится...

— Подождите, -сказал директор ЦРУ, — разрешите показать вам аэрофотосъемку...)

А в Уотергейте Джи Гордон Лидди тщательно прицеливается и стреляет из пистолета в уличный фонарь: он вспоминает старый особняк в Миллбруке, штат Нью-Йорк, где он рьяно искал голых женщин и не сумел найти ни одной. Рядом с ним стоит профессор Тимоти Лири, который с доводящим до бешенства спокойствием произносит: «Но самое экстатичное во всем этом — познание. Разум галактики открывается в каждом атоме, в каждом гене, в каждой клетке». Мы его вернем, — в ярости думает Лидди, — даже если придется перебить все швейцарское правительство. Этот человек не должен оставаться на свободе. Возле него нервно переминается Бернард Баркер, пока в перпендикулярном времени будущий президент превращает водопроводчиков в чистильщиков выгребных ям. Но сейчас, внутри комплекса Уотергейт, жучок иллюминатов не замечен теми, кто устанавливает жучок комитета по перевыборам президента Никсона, хотя оба жучка впоследствии обнаружены техниками, устанавливавшими жучок БАЛБЕС. «Один и тот же Разум бесконечно создает исполненные глубокого смысла картины», — воодушевленно продолжает доктор Лири.

(— Ко мне, кис-кис, — в сто девятый раз повторяет Хагбард.)

— Дьявол? -повторил отец Джеймс Огастин Малдун. — Хм, это довольно долгая история. Хотите, чтобы я начал с самых истоков, с гностицизма?

Сол, слушая разговор по параллельному телефону, энергично закивал.

— Начинай, откуда сочтешь нужным, -ответил Барни. -Мы здесь пытаемся разобраться в одном сложном вопросе.

— Ладно, я постараюсь помнить, что вы не студенты-богословы на моей лекции в Фордхэме, и постараюсь говорить покороче. — Голос священника пропал, потом снова появился; наверное, он поднялся с кровати и пересел в кресло вместе с телефоном, подумал Сол.

— Существовало много вариантов гностицизма, — через мгновение послышался голос, — и во всех главным был гнозис, непосредственное познание Бога как противоположность простого знания о Боге. Поиск гнозиса, или просветления, как его иногда называли, принимал множество причудливых форм. Часть из них, вероятно, напоминала разные варианты восточной йоги, а другая часть основывалась на употреблении тех же наркотиков, которые заново открыли современные бунтовщики, восставшие против долгого пути познания в ортодоксальной религии. Естественно, при таком разнообразии подходов к гнозису разные пилоты приземлялись в разных аэропортах, причем каждый уверял, что именно он нашел настоящий Новый Иерусалим. Что не удивительно, так как все мистики немного чокнутые, — цинично добавил священник, — и поэтому церковь закрывает их в психиатрических лечебницах и для приличия называет эти учреждения монастырями. Но я отклонился от темы.

Как я догадываюсь, вас интересуют каинизм и манихейство. Каинисты считают Каина особенно святой личностью, ибо он был первым убийцей. Нужно быть мистиком, чтобы понять такую логику. Существовало представление, что, принеся в мир убийство, Каин создал для людей возможность отказаться от убийства. Но затем другие каиниты пошли дальше: ведь парадокс всегда порождает новые парадоксы, а ересь — новую ересь. Так вот, эти каиниты кончили тем, что начали прославлять убийство наряду со всеми прочими преступлениями. Они придерживались убеждения, что должны как можно больше грешить, чтобы затем покаяться и заслужить право на действительно тяжкое искупление собственных грехов. Кроме того, это давало Богу шанс проявить особое великодушие и даровать им прощение. Примерно в это же время родственные идеи прослеживаются в тантрическом буддизме, и до сих пор остается загадкой, какая группа психов, восточная или западная, оказывала на другую влияние. Ну что, это вам хоть чем-то полезно?

— Не слишком, — отозвался Барни.

— Вот насчет этого гнозиса, — спросил Сол, — это позиция ортодоксального богословия, что все просветления и видения на самом деле исходили от Дьявола, а не от Бога?

— Да. И вот как раз здесь на сцену выходит манихейство, — сказал отец Малдун. — Именно с таким обвинением в адрес ортодоксальной церкви выступили манихейцы. Они считали, что Бог ортодоксального христианства и ортодоксального иудаизма был Дьяволом. А тот бог, с которым они общались во время своих манихейских ритуалов, был настоящим Богом. Так вот, этого учения до сих пор придерживаются сатанисты.

— Ну, — Сол уже интуитивно догадывался, каким будет ответ, — и как все это связано с атомной энергией?

— С атомной энергией? Никак... по крайней мере, насколько я могу судить...

— Почему же тогда Сатану называют Светоносцем? — продолжал наседать на него Сол, убежденный, что напал на верный след.

— Манихейцы отрицают физическую вселенную, — медленно произнес священник. — Они говорят, что истинный Бог, их Бог, никогда не унизится до того, чтобы возиться с материей. Бога, который создал мир, — нашего Бога, Иегову, — они называют panurgia, то есть некой слепой, глупой и грубой силой, а вовсе не истинно разумным существом. Их Бог обитает в царстве чистого духа и чистого света. Поэтому его называют носителем света, а эта вселенная всегда называлась царством тьмы. Но в то время ничего не знали об атомной энергии... не так ли? — Последнее предложение началось с утверждения, а закончилось вопросом.