Читать книгу - "Искатель, 2008 № 12 - Журнал «Искатель»"

пожухли, казалось, что растение лишилось жизненных сил, стало похоже на человека, опустившего руки и склонившего голову перед неизбежным. По идее, слева вне кадра остались Надежда Федоровна, повторявшая, как она на минуту оставила Сергея Викторовича, а когда вернулась, кресло стояло пустое, и как он мог исчезнуть, когда все заперто, не через стену же перелез, а Лида тихо сказала: «Пожалуйста» — и тетя Надя замолчала на полуслове, Колодан отчетливо вспомнил этот момент. Конечно же, кроме них, в саду никого не было, а сейчас в кадре стоял спиной к объективу мужчина в легких светлых шортах, коричневых сандалиях на босу ногу и широкой, защитного цвета, майке навыпуск. Мужчина слегка повернул голову влево, видно было ухо и темное родимое пятно — конечно, это был Чистяков, но почему так странно одет? И еще было что-то в его облике... Да! Седая шевелюра, но с тремя темными прядями, будто специально покрашенными, так, во всяком случае, казалось, хотя Колодан и был уверен в том, что пряди настоящие. Когда-то у Сергея Викторовича действительно были такие волосы, а потом поседели окончательно. Молодое лицо или старое — не разглядеть, но...

Игорь ощутил, как Лидины ногти впились в кожу его локтя.

— Он? — спросил Борщевский.

— Одиннадцать лет назад, — прошептала Лида. Почему-то она боялась повысить голос, будто и сейчас дед мог невидимым находиться здесь и все слышать. — Эту майку я ему купила, когда... Мы здесь только обустраивались. Жара была, а дед ходил, как на приеме у президента. Я его заставила надеть что-то такое... легкое. На майке спереди — рисунок: сталкивающиеся галактики с фотографии «Хаббла», дед только потому и согласился надеть эту майку, а то никак...

— У него действительно были такие пряди? — спросил Борщевский Лиду, но ответил Колодан:

— Да. Красивые пряди были, помню. Весной волосы были темными, почти черными, а к осени он стал совсем седым, очень быстро. Когда я приехал на похороны... Извините, Лида. Да, точно... Тридцать первый год.

Лида всхлипнула, Борщевский бросил на нее короткий взгляд и спросил:

— Сколько кадров с разными Чистяковыми?

— Двести семьдесят четыре, — сообщил Колодан. — Скорее всего, очень много пропущено из-за недостаточного разрешения во времени.

— И что это все значит?

— Пусть Лида объяснит, — сказал Колодан. — Лида, вы понимали все с самого начала, верно?

Он повернулся к Лиде. Если ты понимала, то почему морочила мне голову? Лида подняла на него измученный взгляд и сказала:

— Да, я думала, что все понимала. Мне так казалось. Я не хотела тебя обманывать, но как я могла сказать правду, ты бы не поверил, ты тоже не говорил всей правды, я думала, что ты журналист, я не знала, а если бы и знала, то, наверно, все равно не сказала бы, ты бы не понял, есть вещи, в которые невозможно поверить, пока не увидишь своими глазами, а когда увидишь, то веришь, хотя это неправильно, ведь глаза могут лгать, видишь ты не всегда то, что происходит на самом деле, я не хотела, чтобы ты мне верил или не верил, ты должен был убедиться, и я на самом деле не знала, что с дедом, честное слово, я и сейчас...

Что-то прервалось, Колодан перестал слышать тихий Лидин голос, звучавший в мозгу, как мелодия без слов, но смысл этой мелодии он понимал точнее, чем мог бы понять слова.

— Можно посмотреть еще? — спросила Лида.

— Есть ли там будущие изображения, а не только прошлые? — перебил девушку Игорь. — Мне тоже интересно. Это, собственно, самое главное.

Он перещелкнул кадр. Входная дверь со стороны сада, чуть приоткрытая, была видна часть прихожей, а на ступеньках лежала тень, Игорь вспомнил: это была его тень, он бежал, он только что услышал, как вскрикнула Надежда Федоровна, и бросился на крик... В дверях, так, что не столкнуться было невозможно, стоял Чистяков. Он немного наклонился и внимательно рассматривал что-то, лежавшее на крыльце, но там ничего не было, разве что-то мелкое, надо будет увеличить изображение...

— Приблизьте, — сказал Борщевский. — На что он смотрит?

Изображение увеличилось, Игорь показал ноги Чистякова и то место, куда он смотрел — деревянное крыльцо, крашеные доски, краска облупилась, между досками выглядывали стебельки травы и какой-то мелкий цветок, несколько муравьев тащили ветку... На что тут смотреть?

Изображение дернулось, теперь Колодан видел Чистякова в полный рост. Тот был в черном костюме-тройке, брюки суженные, пиджак распахнут, жилетка застегнута на все пуговицы, белая рубашка, только галстука не хватает, кто же надевает такой костюм без галстука? И лицо у Чистякова... старое лицо, морщинистое, изрезанное, как долина Шпеера на Марсе, где множество оврагов и расщелин перекрывают друг друга, лет восемьдесят ему, если не больше, а взгляд молодой, пристальный, на что же он все-таки смотрит так внимательно? Карие глаза, конечно, карие, а не голубые и не зеленые; почему в прошлом кадре у Чистякова были зеленые глаза? А почему в этом кадре у Чистякова такое старое лицо?

— Костюм, — пробормотала Лида. — Никогда не было у деда такого... Он терпеть не может костюмы. А жилетка...

— Это будущая картинка, Лида, — сказал Колодан.

Лида оттолкнула Игоря и медленно пошла к экрану, поднимая руки. Хотела потрогать изображение? Нет, остановилась в двух шагах, что-то привлекло ее внимание...

— Деду здесь лет восемьдесят, — сказала она тихо. — Значит, все будет хорошо.

— Гм, — хмыкнул Игорь. — Да... Конечно.

Похоже, он не был в этом уверен.

— Еще, — сказала Лида. — Два-три кадра.

На следующем кадре был коридорчик, который вел к кладовой. Слева окно, пыльное стекло, свет падает косо, на полу тень от рамы, а справа стена, две полки с какими-то банками, странно, Игорь помнил, как они в этот коридор вбежали, как увидели следы на полу, сейчас не видно, камера не показывает пол, зато видно другое — Чистяков стоит у правой стены, на нем та самая пижама, что была утром, когда Колодан пришел брать интервью, это точно тот Чистяков, и рубаха на нем та же, утренняя, он отлично ее запомнил, и легкая небритость, взгляд рассеянный, никуда Чистяков не смотрит, ничего вокруг не замечает, думает о чем-то или, наоборот, ни о чем?

— Еще, — сказала Лида.

Еще был Чистяков на фоне раскрытой двери в кладовку, этот момент Игорь тоже помнил, конечно. Он хотел войти, заметил мелькнувшую тень, обернулся, женщины обернулись тоже и увидели призрак. А Чистяков в это время, получается, выходил из кладовой? Это был другой Чистяков, виден он был по пояс, аккуратная синяя рубаха с закатанными рукавами, две верхние пуговицы расстегнуты, тощая шея делает его похожим