Читать книгу - "Доктор Фальк и убийства под парусом - Игорь Евдокимов"

– В таком случае они должны были попытаться убить и князя.

– А вот и нет! – торжествующе воскликнула Лидия. – Им не нужно было его убивать. Вместо этого они решили подставить его, сделав подозреваемым в убийстве! И даже поставили пьесу, чтобы навести полицию на нужный след. Но, как назло, у него оказалось алиби!

– Неплохо, – согласился Фальк. – Но ты забываешь, что пьесу написал фон Бек. В таком случае он должен был оказаться одним из заговорщиков. А раз так, то версия с местью рассыпается.

– А если… – начала было Лидия, но, не найдя нужных слов, замолчала и задумалась. – Черт, ты прав! Не сходится!

– Есть еще один вариант, который мог бы многое объяснить, – сказал Фальк, мрачно покосившись на Несвицкого, который как раз любезно беседовал с редактором Шевцовым. – За убийствами действительно стоит князь. Фон Бек, как мы и предполагали, шантажировал его, а потому Константин Михайлович решил избавиться от всех участников той истории. Он нанял убийц. Подготовил себе алиби. Нашел в театре актера – того же Чернова, например, – который должен был изобразить его перед свидетелем в яхт-клубе, а затем убедительно развенчать его показания и снять с себя подозрения. Логично?

– Почти. – Настал черед Лидии портить его версию. – Только как друзья князя взяли с собой вместо него незнакомого актера?

– А вот и нет! – азартно возразил Фальк. – Фон Бек был знаком с Богомольцевым-Донским и его труппой. Они с Черновым вполне могли дружить.

– Ты прав! – признала Лидия и не менее мрачно покосилась на князя. – Значит, это он?

– Пока у нас нет доказательств, – ответил доктор. – Но версия выходит куда более стройная, чем раньше.

– Мы поделимся ею с Сидоровым и этим вашим следователем?

– Обязательно, – подтвердил Фальк. Они описали полный круг и практически вернулись обратно к буфету. Василий Оттович легонько задержал Лидию и произнес: – Но сначала я хотел бы поговорить о нас.

– А что, есть о чем говорить? – с интересом посмотрела на него Лидия.

Фальк собрался с мыслями и уже открыл было рот, но его прервал громкий голос князя, обратившегося к гостям:

– Господа, благодарю вас за оказанную мне честь.

Собравшиеся прервали свои разговоры и посмотрели на хозяина усадьбы. Василий Оттович был вынужден сделать то же самое, дабы не прослыть исключительно бестактным.

– Я очень рад, что вы все нашли время посетить меня сегодня. Род Несвицких долгое время жил здесь, рядом с Зеленым лугом, сущими отшельниками. На мой взгляд, настала пора, в традициях нашего прогрессивного века, исправить это упущение. Именно поэтому я решил открыть усадебный парк для дачной публики. Надеюсь, вы успели оценить мастерство приглашенных поваров, потому что далее я хотел бы пригласить вас присоединиться к игре в крокет – как вы, возможно, знаете, я несколько лет пробыл в Англии, а потому прошу простить мне пристрастие к этой игре.

Сопровождаемый смехом и аплодисментами, Константин Михайлович поклонился и предложил гостям следовать за ним. В отличие от стандартного крокета, в который принято играть на площадках в несколько квадратных метров, гостей ждала куда более интересная игра. По указанию князя, слуги проложили длинный маршрут через весь парк. В опускающихся сумерках воротца подсвечивались бумажными фонариками, отчего сад вокруг казался еще более волшебным. Несвицкий явно рассчитывал таким образом показать гостям самые живописные уголки сада.

Приглашенные разбились на пары, каждой из которых полагались молоток и шар, помеченный цветом. Фальк и Лидия, конечно же, составили одну команду. Гейнц и Богомольцев-Донской – другую, как и Чернов с Алеевой, Неверов и Шевцов, Козлов и Аронсон и, наконец, отец Михаил и пастор Бруммер (которым доктор присудил победу заранее, ведь с такой божественной поддержкой проиграть они не могли). Не хватало только заплутавшего Кунина (постоянные обитатели Зеленого луга от этого лишь вздохнули спокойнее) и Сидорова, оставшегося у буфета.

Маршрут крокета, проложенный слугами по указанию князя, вел гостей через самые живописные уголки усадебного парка – словно специально созданный для неторопливой прогулки и восхищенных взглядов. Сначала тропа вилась вдоль длинной аллеи вековых лип, чьи кроны уже окутывала вечерняя тень; затем сворачивала к небольшому пруду с кувшинками, где на глади воды дрожали отражения разноцветных фонариков. Оттуда, минуя клумбы с поздними розами и аккуратно подстриженные живые изгороди, игроки переходили плоский мостик над неглубоким ручьем.

Фальк и Лидия весело переговаривались, ловко управляясь с молотком и шаром, и время от времени обменивались улыбками, будто вовсе не стремились к победе, а наслаждались обществом друг друга. Гейнц и Богомольцев-Донской, напротив, подошли к игре со всей серьезностью: Гейнц тщательно рассчитывал удары, а его напарник громко комментировал каждый ход. Чернов и Алеева больше были заняты взаимными подколками, тогда как Неверов и Шевцов сосредоточенно обсуждали тактику, стараясь обойти соперников. Козлов и Аронсон азартно спорили, чей удар был точнее, а отец Михаил и пастор Бруммер сохраняли благодушное спокойствие. Князь сам принял участие в забаве, играя в паре с Федором Осокиным. «Видимо, рассчитывал пригласить Лидию, но опоздал», – злорадно подумал Фальк.

Постепенно, петляя меж воротцами, маршрут уводил гостей все дальше в глубь парка – к его дальней, уединенной части. Здесь деревья росли гуще, а тропинка становилась у́же, обрамленная папоротниками и кустами боярышника, пока не вывела гостей обратно на площадку у пруда, где уже установили столы и стулья, а слуги сновали с горячими блюдами.

Когда последний мяч пересек финишную черту, по сигналу Несвицкого уже потемневшее небо осветил салют, после которого князь пригласил гостей отужинать. Проголодавшись после игры-прогулки, все заняли свои места за столами и без лишних разговоров набросились на еду. Сперва подали легкий овощной суп с пряными травами и хрустящие пирожки с начинкой из грибов и сыра. Затем слуги внесли главные блюда: запеченного осетра с лимоном и укропом, румяных перепелов с ягодным соусом и нежную телятину с картофелем, томленным в сливках. Завершали трапезу десерты: миндальные пирожные, ягодный мусс и ромовая баба, пропитанная ароматным сиропом. Пили гости вино и шампанское из погребов князя. Стоящий перед Фальком бокал навел доктора на одну мысль:

– Константин Михайлович, примите мои искренние комплименты – и сам вечер, и трапеза просто отменные! Что за шампанское вы подаете, если не секрет? Я бы не отказался заиметь себе такое же.

– Шампанское? – переспросил его князь. – «Вдова Клико», конечно же.

Василий Оттович удовлетворенно кивнул и поблагодарил Несвицкого за ответ.

После ужина гости понемногу разбились на пары и группы, разбредясь по саду. Кто-то курил сигары, кто-то обсуждал политику, Гейнц и Богомольцев-Донской, кажется, спорили по поводу следующего спектакля. Фальк и Лидия отделились от остальных, прогуливаясь вдоль подсвеченной фонариками тропинки.

– Даже как-то не верится, что этот чудесный вечер организовал человек, которого мы подозреваем в убийстве, – заметила девушка.