Читать книгу - "Секреты Лос-Анджелеса - Джеймс Эллрой"

Adios[31], придурок, – злым ветром занесло тебя в самое пекло. Бад просматривает рапорты об арестах, произведенных Лансфордом. Девятнадцать за одиннадцать лет службы – негусто. Причем все за мелкие правонарушения. Возможно ли, чтобы кто-то из арестованных затаил на него злобу и прикончил много лет спустя, да еще и пятерых невинных людей расстрелял за компанию? Все возможно, конечно, но крайне маловероятно.

Эксли все еще нет, Карлайла и Брюнинга тоже. Что-то еще было в записке Дадли: ах да, просмотреть отчеты Лансфорда.

Отчеты в архиве Голливудскою участка расставлены в алфавитном порядке, по фамилиям офицеров. Хорошо Придумано. Только вот офицера Малколма Лансфорда нет. Бад просматривает папки от А до Я, на это уходит целый час – нет Лансфорда. Странно. Неужели этот раздолбай и алкаш и отчетов не писал?

Уже почти полдень, надо перекусить. За бутербродом Бад звонит Дику. Тем временем появляются Карлайл и Брюнинг, пока они глотают кофе и включаются в работу, Бад садится на телефон и начинает обзванивать своих информаторов.

Змей Такер – ничего не знает. Жирдяй Райс, Джонни Стомп – тоже ноль. Джерри Катценбах сообщает, что всех заказали супруги Розенберг – прямо из камеры смертников. И они же снова подсадили Джерри на иглу.

Подходит архивная девица, протягивает Баду листок бумаги.

– Узнать удалось немного. О судимостях Каткарта – только то, что обеим потерпевшим было по четырнадцать лет, блондинки, во время войны работали в «Локхиде». Уверена, что не местные. В Административном отделе службы шерифа нашлось дело Каткарта с именами девяти проституток, которым он покровительствовал. Я проверила всех. Две умерли от сифилиса, три – несовершеннолетние, высланы из штата по месту жительства под надзор, еще двух найти не смогла, данные об оставшихся двух – здесь. Это вам поможет?

– Конечно, спасибо, – отвечает Бад и машет Брюнингу и Карлайлу.

Два имени в списке обведены карандашом: Джейн Ройко, прозвище Пушинка, и Синтия Бенавидес, прозвище Сладкая Синди. Последние известные адреса – Пойнсеттия и Юкка. Часто посещаемые заведения – коктейль-бары в этих районах.

Подходят подручные Дадли Смита.

– Здесь два имени, – говорит Бад. – Надо найти и допросить этих девчонок.

– Все эти проверки вероятных подозреваемых – бесполезнеж и мудянка, – говорит Карлайл. – Это – черножопые.

– Дадли сказал: надо, – значит, надо, – отвечает Брюнинг.

Бад смотрит на их галстуки. На их счету вместе – пятеро убитых. Толстяк Брюнинг, тощий Карлайл – иногда они кажутся похожими как близнецы.

– Что ж, раз Дадли сказал, значит, сделаем.

* * *

У «Кошерной кухни Эйба» парковки нет. Бад делает круг. У крыльца «Кухни» потрепанный «шеви» Дика: салон захламлен пустыми бутылками. Для условно-досрочника – нарушение номер один.

Бад находит свободное место. Доходит до «Кухни», заглядывает в окно – Стенс тянет «Манишевиц» и треплется с тремя братскими чувырлами: Ли Вакс, Собачник Перкинс, Джонни Стомп. За стойкой сгорбился коп в штатском, что-то заглатывает, а сам как заводной зыркает глазами на «преступное сообщество».

Черт, достало Бада все это! Сколько ж можно со Стен-сом нянчиться?! Плюнул, поехал назад в Голливуд.

В участке уже поджидают его – в застекленной клетушке для задержанных – Брюнинг и две уличные шмары, блондинка и рыжая. Из клетушки доносится ржание. Бад постучал по стеклу, Брюнинг вышел.

– Кто из них кто? – спрашивает Бад.

– Блондинка – Ройко. Слушай, ты, кстати, слыхал шут-про слона с большим членом?

– Что ты им сказал?

– Сказал, что это простая формальность: проверяем личность погибшего Дюка Каткарта. Они газеты читают, так что не удивились. Бад, по-моему, мы зря теряем времени. Точно тебе говорю: это ниггеры. Да им так и так вышка светит за эту мексиканскую шлюшку. Просто этот мудак Эксли хочет выслужиться, вот и нашептывает Паркеру, что дело тут нечисто, а Паркер давит на Дадли, а тот…

Бад упирается твердыми, как мрамор, пальцами в грудь Брюнинга.

– Инес Сото – не шлюха. Ниггеры это или не ниггеры – пока неизвестно. А теперь, может, вы с Карлайлом пойдете займетесь делом?

Брюнинг испаряется, на ходу поправляя галстук.

Бад заходит в клетушку. Выглядят девицы хреново: перекисная блондинка и рыжуха, крашенная хной, кричащий макияж на истасканных физиономиях.

– Значит, газеты вы сегодня читали, – говорит Бал.

– Ага, – отвечает Пушинка Ройко. – Бедный Дюк.

– По-моему, вы не слишком по нему убиваетесь.

– А чего убиваться-то? Дюки – он и есть Дюки. Ну, был то есть. Платил – с гулькин нос, но хоть не бил. Еще обожал бургеры с чили. Из-за них-то и помер, бедняга: всегда говорил, лучше чилибургеров, чем в «Ночной сове», не найти. Не повезло Дюку.

– Значит, вы верите, что это было ограбление? Синди Бенавидес кивает.

– Конечно, – отвечает Пушинка. – А что ж еще? Или вы думаете, это подстава?

– Мы пока ничего не думаем. Враги у Дюка были?

– Враги? У Дюки? Да нет, какие там враги!

– Сколько девушек у него было?

– Раньше много, а теперь только мы две и остались.

– Я слышал, раньше у него было девять девиц. Что стряслось? Конкуренты подгадили?

– Мистер, Дюки сам себе подгадил. Размазня он был. вот кто. Сам любил молоденьких, ну и вообразил, что сможет на них нажиться. А у молодых-то, известно, ветер в голове. С ними нужно построже. А Дюк построже не умел. На мужика-то мог и прикрикнуть, и кулаки в ход пустить, а вот с девчонками таял. Да теперь уж чего…

– На двух девушках много не заработаешь. Он занимался чем-то еще?

Пушинка ковыряет облупившийся лак на нолях.

– Да ничем он не занимался, болтовня одна! Носился тут с каким-то планом… У него вечно были какие-то грандиозные планы, у нашего Дюка. Сам себе голову морочил разными фантазиями. Видать, чтоб не было так обидно жить на те крохи, что мы с Синди ему добывали.

– Что за план? Он тебе что-нибудь рассказывал?

– Не-а.

Синди вытаскивает помаду – ее размазалась.

– А тебе, Синди? – поворачивается к ней Бад.

– Нет, – пищит она.

– А о врагах? Никто на него обиду не таил?

– Нет.

– А девушки? Были у него в последнее время молоденькие подружки?

– Н-нет. – Синди хватает носовой платок, промакивает губы.

– Пушинка, а ты что скажешь? Похоже это на правду?