Читать книгу - "А этот пусть живет... - Валерий Ефремов"

Он подошел к кабине «скорой». Водитель и врач сидели, пристегнутые ремнями, на своих местах с совершенно отсутствующим выражением на лицах. Они были то ли в шоке, то ли без сознания — ясно, что помощи от них не дождешься.

Нужна хотя бы автомобильная «аптечка», в джипе она, наверно, есть, но не лезть же за ней обратно…

Самой ближней к месту происшествия машиной оказалась красная «Феррари», к ней Советник и направился. Он сразу узнал эту парочку из «Сакли»: качок в черной майке и модельная девица без бюстгальтера в сарафане в крупный синий горошек, уже успевшая привести себя в порядок, стояли возле спортивной иномарки и жадно, во все глаза, смотрели на «пейзаж после битвы», который, конечно, того стоил.

На миг ему показалось неудобным просить их об одолжении после инцидента в шашлычной, но, с другой стороны, лично он в нем не участвовал, и Окунь, подойдя к молодым людям поближе, несколько сбоку, произнес:

— Простите, у вас бинта в «аптечке» не найдется?

Оба они, увлеченные зрелищем, которое чаще встречается в кино и по телевизору, нежели в реальной жизни, от неожиданности вздрогнули, а девушка еще и охнула, когда увидела лицо Окуня, но его, окровавленного, похоже, не опознала.

— Секунду! У меня кое-что в сумочке есть. — Она залезла в машину и, вынув на свет божий лейкопластырь, вату и какую-то прозрачную белесую мазь, призывно махнула Советнику рукой: — Садитесь сюда.

Орудуя, как опытная медсестра, она быстро обработала все ранки и ссадины на коже Окуня. Когда процедура была завершена, он подумал, что теперь следует заняться Гангутом, и обнаружил его стоящим рядом с «Феррари».

— И меня тоже, девушка. — Бригадир произнес это отнюдь не с просительной интонацией, а даже как-то злобно.

Модель в сарафане, подняв на него глаза, мгновенно узнала своего обидчика, но вид Гангута был столь ужасен, что она решила не проявлять никаких эмоций. Девушка лишь коротко взглянула на своего кавалера, но тот все никак не мог оторваться от происходящего на месте катастрофы действа и, облокотясь на капот, не обращал никакого внимания, что творилось за его спиной.

Она молча, не поднимая глаз, аккуратно подмазала и перевязала пострадавшего, после чего исподлобья поочередно посмотрела на обоих раненых мужиков в надежде, что, произнеся дежурные слова благодарности, они осчастливят ее своим скорым уходом.

— Всё, закончила? — спросил бригадир.

— Да, — кивнула она. — Вы в полном порядке.

— Тогда ты свободна, — объявил он.

— Как это? — Лицо девушки покрылось малиновыми пятнами величиной с крупный синий горошек на ее сарафане.

— Экая ты бестолковая! Вали отсюда, тебе сказали, — строго произнес бригадир. — Целый день тебе приходится повторять одно и тоже.

— Вадим! — негромко позвала она.

— Подожди, Аля, — отмахнулся качок. — Смотри, врача со «скорой» никак откачать не могут.

Их диалог на том и закончился, поскольку Гангут двумя движениями выбросил девушку из машины в кювет и повернул ключ в замке зажигания.

Окунь, похвалив в душе инициативу подельника, тут же уселся рядом с ним в кабину.

Вадим, услышавший гул мотора и одновременно отчаянный визг из придорожной канавы своей девушки, мгновенно развернулся. Увидев, что произошло, он налег всем телом на капот, будто хотел удержать угоняемую машину на месте, используя для этого всю свою физическую мощь. Но, как только Гангут резко нажал на педаль газа и одновременно сцепления, отчего машина издала чрезвычайно устрашающий звук, Вадим отлетел в сторону.

В тот же момент «Феррари» лихо выскочила на встречную полосу и, обогнув скопище людей и машин на месте катастрофы, скрылась из виду.

— Моя!.. Моя машина! — взревел качок, выскочив на середину шоссе и потрясая при этом кулаками.

— Вадим! — всхлипывая, позвала его девушка, пытаясь выкарабкаться на дорогу и протягивая к нему руку в ожидании помощи.

Он потрясенно посмотрел на нее и только повторил:

— Моя машина!

Видимо, из-за охватившего его глубочайшего горя парень был не в состоянии ни произнести других слов, ни произвести какое-либо позитивное действие — лишь, хватая воздух ртом, тыкал пальцем в ту сторону, где сгинула с глаз долой красная «Феррари».

Аля, выбравшись наконец из кювета, похоже, в полной мере разделяла горечь этой утраты, несмотря на то, что ей и самой было несладко. Она подошла к своему кавалеру, нежно положила руку ему на плечо и решительно заявила:

— Надо их догнать!

— Да! — вскинулся Вадим. — И немедленно!

Они дружно бросились к стоявшей позади них машине.

Удача им на этот раз улыбнулась — в салоне автомобиля они никого не заметили, а в замке зажигания торчал ключ. Без какого-либо раздумья парочка водрузилась на передние сиденья, и погоня за угнанной «Феррари» началась.

Только расстреляв все патроны из обоих пистолетов, Огонек прекратил пальбу и коротко приказал Топору:

— Гони!

Но гнать было особенно и некуда. Впереди двигалась все та же плотная масса машин, а выезжать на встречную полосу при таком сильном движении выглядело самоубийством.

— Не стоит суетиться, — попытался успокоить Топор своего шефа, — нас преследовать некому. «Мерс» в кювете вместе со своими пассажирами, и им, похоже, хана. А менты пока сюда доберутся, пока снимут свидетельские показания…

Этот рыжий, с детскими веснушками, боевик, несмотря на свою внешность простоватого деревенского коваля, какими их показывают в старых фильмах, был самым настоящим мозговым центром в команде Огонька. Все ее операции продумывал именно он, занимаясь также техническим обеспечением подразделения ликвидаторов. Автомобили, средства связи, взрывные устройства, оружие — за все это совершенно необходимое в их работе снаряжение отвечал именно Топор.

И он был единственным боевиком, к чьему мнению Огонек не только прислушивался, но и сам спрашивал у него совета.

Вот и сейчас возникла ситуация, когда главному телохранителю Прохора, видимо, потребуется помощь Топора, потому как совершенно неожиданно для самого себя, автоматически отреагировав на убийство своего боевика Килы, Огонек только что ликвидировал, как он думал, Советника и Гангута и теперь пребывал в совершенной растерянности, не зная, что же предпринять дальше.

Команда Огонька, за исключением опять-таки Топора, тоже выглядела абсолютно подавленной. Произошло нечто такое, чего они не понимали. Их шеф вдруг стал преследовать какой-то неизвестный «мерс» и вступил с ним в перестрелку, в результате которой погиб Кила. Погиб, по сути, ни с того ни с сего. И, конечно, это еще не предел неприятностям, поскольку скрыться с места событий из-за перегрузки на дороге невозможно, а значит, в любой момент они могут попасть в руки ментов.

Топор, который тоже не понимал поведения Огонька, не терял, однако, обычного для него присутствия духа и поспешил подбодрить братанов: