Читать книгу - "Время скорпионов - D.O.A."

На улице было тепло. Солнце через ветровое стекло ласково согревало лицо Линкса. Он бросил взгляд перед собой, затем в зеркало заднего вида. Казалось, уезжать никто не собирался. Он вновь погрузился в чтение.

Терроризм, призрак подпольных организаций. — […] Полицейские обнаружили представительства подобных организаций во многих европейских странах, в том числе в Германии, Бельгии и во Франции. Эти разветвления состоят из более или менее изолированных ячеек…

«Более или менее изолированных». На бумаге все очень просто. «Более или менее» придает явлению любительский оттенок и не учитывает сложности проникновения в организацию такого типа и требуемого на это времени.

Или опасности.

Этой ночью Шарль передал ему ориентировку, составленную командами «Алекто». Она намечала ему пункт входа и подтверждала связь с людьми, арестованными полицией за последние недели. С сегодняшнего дня количество аппаратуры наблюдения должно быть сведено к минимуму. Завтра вечером она по требованию Линкса будет полностью демонтирована. Чтобы он мог спокойно работать.

Ему следовало действовать быстро. Его объект отбывает меньше чем через два дня, первого октября в шесть тридцать. В это время будет ждать заказанное по телефону такси, чтобы отвезти его в аэропорт. Для перехвата этого звонка люди из службы внешней разведки использовали так называемый чемодан перехвата. Это устройство из израильского арсенала, способное на заданном периметре уловить, определить и перехватить все мобильные переговоры, имело вид чемоданчика среднего размера.

Не повезло Делилю с единственным звонком, сделанным им за все время.

Шарль прекрасно отдавал себе отчет в том, что сокращение времени заметно сузит для них возможность маневра, даже если агент уже с середины недели располагает определенными сведениями из досье объекта.

Линксу также было известно, что объект проживает в квартире молодой женщины, Джемили Саифи. Девушка училась в университете и состояла в ассоциации под названием «Мусульманское будущее». Эта организация, прикрываясь идеей сохранения культурных ценностей, активно призывала студентов французских учебных заведений к обращению в ислам. Члены «Мусульманского будущего» к тому же регулярно выставляли свои кандидатуры на университетских профсоюзных выборах.

Маленькая трехкомнатная квартирка мадемуазель Саифи, планом которой он располагал, находилась на четвертом этаже дома на улице Криме. Вытащить оттуда заведомо неуступчивого человека представлялось большой проблемой и, в частности, грозило рассекречиванием.

Но всего этого было недостаточно для объяснения напряженного состояния Стейнера.

Шарлю не нравилась эта операция. И дело не в формальностях. В том факте, что весь риск ложился на плечи одного агента, не было ничего необычного. Разумеется, на этот раз, в случае провала, он станет одним из величайших негодяев в Истории, зато попадет в официальный пантеон преданных мучеников Республики. Так поступает власть, когда знает, что ей придется от кого-то отвернуться. Линкс на это плевал, он не верил в такие старомодные штуки, как честь нации и родина. Он никогда ничего не делал на благо Франции. Так что не мог это благо предать. Действовать его заставляла та свобода, которую он обретал, существуя в прорехах нормальной жизни.

В отличие от него, Стейнер ориентировался на другие ценности, более «благородные». Он не решался услужливо исправлять заблуждения былых или действующих руководителей. Он не счел полезным уточнить подоплеку задания своего агента. Возможно, он ее не знал, как бы парадоксально это ни выглядело. Но в стране, где долгое время во всех политических решениях руководствовались подлостью и бесхарактерностью, только нависшая смертельная угроза всем частным интересам могла оправдать крайность мер, к применению которых готовился Линкс.

Несмотря на предоставленный Линксу карт-бланш, Шарль счел необходимым предостеречь его настойчивее, нежели обычно. Резкое упоминание о его ошибках в ходе весенней операции, закончившейся трудным объяснением на бетонированной площадке аэродрома Приштины, было всего лишь неловким способом показать свою обеспокоенность. Серьезнее, чем когда-либо прежде, Линксу следовало позаботиться о том, чтобы не оставить кому бы то ни было хоть малейшей зацепки. Они были знакомы больше десяти лет, но никогда еще Шарль не выказывал перед ним своего волнения столь явным образом.

Взгляд агента привлекло какое-то движение позади него. Со стоянки уезжала машина. Места было достаточно, чтобы припарковать «транзит». Линкс тронулся и стал выруливать, чтобы занять освободившееся пространство. Припарковавшись, он выключил аварийки, прихватил газету, закрыл пикап и спокойно ушел. Дойдя до угла улицы Леон-Жиро, он свернул в комок хирургические перчатки и бросил их в мусорный бак.

Сидя возле двоих старичков в глубине «Аль Джазира», Карим делал вид, что интересуется их игрой в домино. На самом деле он краем глаза наблюдал за действиями и передвижениями Джафара. Несколько дней назад он опять появился в поле зрения и зажил обычной жизнью, как в начале лета, до своего исчезновения. Днем он разносил буклеты. А после вечерней молитвы, если не отправлялся домой спать, встречался с неким Неззой.

Этот последний долгое время представлял для Феннека загадку. После внедрения агент многократно встречался с ним в баре или мечети. Неззу все терпели, хотя ничто в его манерах и поведении не вязалось с догмами Корана. Карим догадался, в чем дело, следя за Джафаром. Незза занимался мелкооптовой торговлей наркотой. Как показали наблюдения, жил он в девятнадцатом округе. В своем следующем рапорте Карим собирался предложить Луи развернуть вокруг дилера электронный арсенал военной разведки, если куратор не найдет возможным использование дополнительного количества квалифицированного персонала.

Джафар выглядел взвинченным. Полчаса назад он, точно фурия, ворвался в бар и, сев за уединенный столик, нервно наблюдал за входящими. С явным нетерпением.

Он кого-то ждал.

Вскоре вошел какой-то человек. Новый персонаж, Карим прежде его не встречал. Украшенное усиками квадратное лицо и раньше срока заострившиеся черты, как это бывает у людей, чрезмерно предающихся занятиям спортом. Это впечатление подтверждалось не только его внушительным ростом и комплекцией, но и походкой. Была в его движениях властная уверенность.

Незнакомец приблизился к стойке и перекинулся несколькими словами с хозяином заведения, Салахом. Тот подбородком указал на столик Джафара, куда незамедлительно направился усатый. Мужчины обменялись буквально парой слов, и вскоре обращенный вновь оказался в одиночестве.

Тот, другой, ушел, ничего не заказав.

Карим кивнул соседям и встал, чтобы пройти в туалет. Там он не задержался и тут же покинул бар через двор. На улице он занял пост в некотором отдалении, так чтобы можно было незаметно наблюдать за входом в заведение.

Джафар покинул бар и пошел пешком. Феннек последовал за ним. Он снял халат и обвязал его вокруг пояса. Нащупав в кармане очки с нулевыми стеклами и американскую бейсболку, он, как мог, изменил внешность. Главными его козырями была довольно плотная толпа субботнего вечера, в которой он мог раствориться, и заметное возбуждение обращенного, делающее его неосмотрительным.