Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

тяжелое время, что она могла выйти из сложившейся ситуации, что для этого нужно время и терпение; сейчас Сильви хотелось только все бросить, бежать от любой ответственности, исчезнуть навсегда. Ее посещали мысли о самоубийстве, особенно на рассвете, когда она не могла заснуть. Зачем жить? Естественно, для сына. Но разве этого достаточно? Дмитрию нужен только его отец. Она не смогла, не сумела… Но при этом она точно знала, что любит его, но никак не могла доказать ему это. Вновь у нее перед глазами всплывал образ белокурого растрепанного малыша, который радостно лепетал, стоя на четвереньках. Он был такой красивый! И что от всего этого осталось? Будь на то его воля, он бы уже давно навсегда обосновался у отца. Нико, мужчина ее жизни, ушел от нее. Он ее никогда по-настоящему не любил. Он мог тысячу раз уже забрать у нее сына, но он этого не сделал. Как всегда, играл роль благородного героя. Подозревал ли он о ее состоянии? Ответ — нет, иначе он уже был бы тут, старался бы ей помочь и защитить Дмитрия. Да, черт возьми, она все ему сейчас выскажет! За что щадить его? А ей так нужна рука помощи, его рука…

* * *

Пять утра. Он переступил порог кабинета, он очень спешил, и это чувство не имело никакого отношения к срочности дела, которым он занимался. Он думал о Каролин. И он увидел ее: Каролин спала в старом кожаном кресле. Охранник же сидел за столом и читал журнал. Нико знаком отослал его, но попросил далеко не отлучаться. Каролин спала и не слышала их перешептываний. Он наклонился, аромат ее кожи ударил ему в голову — секунда, и он уже целовал ее шею… Она, не просыпаясь, обняла его. Ее рот искал его губы. Сердце Нико бешено забилось, желание было нестерпимым. Он в смущении отодвинулся и тут же встретил ее живой взгляд. Она все поняла… Каролин потянулась, как будто хотела полностью проснуться, и он захотел ее еще больше. Она просто притягивала его к себе.

Тишину разорвал телефонный звонок. Звонит Аня Сирски, сообщил ему стандартист. Мать? В такой ранний час?

— Нико, прости, что я беспокою, но я очень взволнована.

— Что случилось? Что-то серьезное?

— Нет, успокойся. Но… Мне только что звонил твой сын.

— Дмитрий?

— Насколько мне известно, у тебя пока один сын… Его волнует Сильви. Вот уже несколько дней, как она просто не в себе. Ему кажется, что она больна. Ему нужно было кому-то это сказать.

— Почему он ничего не сказал мне?

— Ты всегда ее защищаешь. Он боялся, что ты не поверишь, решишь, что они, как всегда, пререкаются. Он утверждает, что она принимает всякие таблетки, много таблеток. Она часто плачет и почти совсем с ним не разговаривает.

— Черт возьми!

— Черт не черт, но он должен с сегодняшнего вечера жить у тебя. Не тяни, перехвати его сегодня утром, раз уж ты просил, чтобы он не ходил в коллеж до конца недели.

— Но у меня нет времени, понимаешь?.. И я не могу оставить его в таком положении…

— Знаешь, я не уверена, что Сильви будет сейчас в силах им заниматься. Тебе стоило бы проверить. Ситуация для него не из лучших, и он может страдать от этого больше, чем ты думаешь. А я больше всего хочу защитить своего внука. Ведь тебе будет неприятно, если с ним что-нибудь случится?

— Хорошо, я займусь этим.

— Если хочешь, это могу сделать я. Я у твоей сестры, мы можем съездить за Дмитрием.

— Нет, никуда не надо ездить. Я разберусь сам. Это мое дело.

— И отлично. Главное, держи меня в курсе, я буду волноваться.

* * *

Правду они узнают, это вопрос времени. И его жизнь будет выставлена на всеобщее обозрение, а ведь все эти годы ему удавалось скрывать свое прошлое. Как это могло случиться? Ему бы нужно было догадаться, что такой момент наступит. Он повинен в грехе гордыни, поверил, что никто ничего не заподозрит до его последнего вздоха. Что он чувствовал? Трудно сказать. Он как будто провалился в какую-то бездонную пустоту, ледяной холод сковал его тело и душу: неужели он снова окажется один, как это уже случилось в то утро, которое навсегда запечатлелось у него в мозгу. Испытывал он и облегчение: не надо будет больше притворяться, играть в того, кем он якобы стал — уверенным, знающим. Ему не придется больше лгать, и он избавится от прошлого окончательно. Он ждал, ждал, забившись в кресло у себя в кабинете, ждал, как будут разворачиваться события. Зачем что-то делать? Он чувствовал, что не может ничего предотвратить, он мог только сидеть и ждать, сидеть и ждать. Зазвонит телефон. Он снимет трубку. «Вас хочет видеть дивизионный комиссар Сирски. Он может войти?» — скажет секретарь.

* * *

Прошло тридцать лет, разве можно надеяться найти всех свидетелей по делу Бриара? Профессор психиатрии, который лечил Арно, умер. К счастью, в больнице Эври сохранились архивы, и Кривен направил туда своих людей. Теперь он перелистывал медицинскую карту. Врач подчеркивал «редчайший» характер преступления. «Я не уверен, — писал он в самом начале, — что будет возможно найти хоть один прецедент матереубийства в международных медицинских журналах. За сорок лет практики я встречал только пять или шесть детей-преступников, но никогда — при подобных обстоятельствах. Несовершеннолетние преступники чаще всего подростки». Затем шел психологический портрет ребенка и заключение: «Я поражен удивительной зрелостью маленького Арно. Об этом свидетельствует и большое количество нанесенных им ударов ножом. Что же касается его матери, то, возможно, находясь в депрессии, она бы покончила с собой после убийства своего сына. Лечение Арно должно помочь ему избавиться от чувства вины. Его необходимо оставить в покое и помочь ему забыть эту историю. Его надо выслушивать, но психологическая помощь должна носить чрезвычайно тактичный характер и ни в коем случае не принимать вид допросов. Ребенку и так задавали их слишком много, и он этим травмирован. Невозможно ничего сказать о его психическом состоянии в будущем. Ни депрессия, ни суицид не исключаются, но может быть, все и обойдется. Самое лучшее будет, если он сможет забыть, — писал в заключении профессор, — но на это уйдет много времени».

— Давид?

Он поднял голову. Перед ним стояла Амели, второй номер его группы, молодая женщина, подававшая большие надежды.

— Слушаю. Есть что-то новое?

— Я нашла юридический отчет. Как и было сказано в статье, прокуратура Эври сочла происшедшее законной защитой и решила не