Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

крутилась на месте, высматривая безумного маньяка. Это было бессмысленно, потому что машины не было. Но меня накрыло волной паники и страха настолько, что я не переставала вглядываться в лес, и ждала, когда кто-нибудь придет на помощь. В метре от себя я заметила биту, и мне сразу пришло в голову, что ее можно использовать как оружие, чтобы защитить себя. Я не думала об отпечатках пальцев или других уликах. Мне было страшно за свою жизнь, хотя опасения не имели смысла, ведь я знала, что тот мужчина уехал. Впрочем, страхи не исчезли вместе с ним, они остались здесь и окружили меня со всех сторон. Я чувствовала себя добычей на открытом месте, которая отчаянно высматривает везде: впереди и позади, вдали и вблизи. Едва я отворачивалась, мне каждый раз мерещилась новая опасность, угрожавшая обрушиться из глубоких теней в упущенном из вида месте. Именно это ощущение запомнилось больше всего — леденящий страх и отчаянное желание остаться живой и здоровой.

Наконец они пришли, моя сестра и другие участники вечеринки. Они высыпали из-за деревьев, в ужасе закрывая рты руками, завидев Митча, истекающего кровью на дорожном гравии, а над ним — меня, сжимающую убийственную биту и вопящую как помешанная. Прямо там и тогда я поняла, что все до единого, включая мою собственную сестру, пришли к одному и тому же выводу, потому что не побежали ему на помощь. Они просто неподвижно уставились, как люди, которые волей случая оказались на месте преступления. Меня окружали близкие люди — друзья и даже родной человек, — однако я была совершенно, мучительно одинока.

Джонатан смотрит на меня, нахмурившись, открыв рот. Мне прекрасно знакома эта реакция. Наверное, я обречена вызывать ее у окружающих.

Однако мне невыносимо наблюдать подобные чувства. Тем более сейчас и на лице Джонатана Филдинга.

Я разворачиваюсь так, чтобы не видеть его, замечаю сумочку и подтягиваю к себе. Обшариваю рукой в поисках мобильника и зарядки, которая вдруг могла там затеряться среди мусора, пересыпанного из моей обычной сумки.

— Лора… — зовет он низким и приятным голосом. Он снова стоит за моей спиной, как и раньше — до того, как я рассказала свою историю. Сильные руки кольцом обвиваются вокруг меня, в точности как в прошлый раз. Он целует меня в макушку, но не так, как Роузи торопливо чмокает Мейсона прежде, чем тот удерет прочь. Поцелуй длится достаточно долго, что я почувствовала его дыхание.

— Мне жаль, что это с тобой случилось, — шепчет он, прижимая свою щеку к моей.

Я опускаю глаза, а рука в сумке замирает. Теперь пришла моя очередь таять.

Его сердце забилось чаще. Он целует мою шею.

Таю.

Я вся горю.

— Скажи мне остановиться, и я послушаюсь… — его руки медленно, но уверенно спускаются с моей талии. Одна застыла спереди на бедре, вторая — сзади.

— Прикажи мне… — он почти умоляет. Я тяну его в это предательское место. К точке невозврата.

Беги прочь… Это всего лишь иллюзия. Теперь я знаю истину, но все равно по-прежнему остаюсь беспомощной.

Я чувствую знакомую волну. Власть над этим мужчиной.

Я непобедимая женщина.

И в то же время маленькая беспомощная девочка, которая цепляется за рукав и ждет, когда на нее посмотрят. Вот-вот они обратятся к ней и увидят ее.

Моя цель так близка, я чувствую это.

Рука по-прежнему в сумочке, но она уже не ищет зарядку. Она хочет коснуться его, этого мужчины. Я вытаскиваю ее, и металлическая молния царапает костяшки пальцев. Однако кончики задевают сухой, плотно сложенный лист. Это бумага — и меня моментально потрясает ужасная мысль. Записка?

Он схватил меня за бедра и переворачивает к себе. Он впивается в меня губами. И неожиданно мне все равно и на записку в сумочке, и на царапину от молнии, потому что теперь моя рука свободна и она устремляется под рубашку, к его телу.

Мои ладони ложатся ему на плечи, поднимаются к голове, гладят его волосы.

Беги прочь, пытаюсь сказать этой женщине. Но она не послушает. Она никогда не слушает.

Она заслуживает того, что будет дальше.

27

Роузи. Настоящее время. Суббота, 10.00 утра.

Бренстон, Коннектикут

Гейб сел напротив Роузи в той же закусочной, где она встретилась с женщиной из бара. Она быстро набрала эсэмэс мужу: Пока в Нью-Йорке. Звони, если что-то узнаешь, — а потом отключила телефон.

Роузи показала другу записки и рассказала о поездке в Нью-Йорк. Он был весь внимание и не упустил ни единой детали.

— Значит, ее парень оказался мозгоправом — тем самым, к которому она ходила? — уточнил Гейб. Такой же уставший, как и Роузи, он двумя руками сжимал керамическую чашку с кофе.

— Это было бы в ее духе — соблазнить своего психотерапевта, — вырвалось у Роузи прежде, чем она пожалела об этом. — Боже, разве это не ужасно? Как я могу говорить такое о собственной сестре, когда с ней стряслась беда?

Гейб потянулся над столом и взял ее ладонь. Его теплое пожатие утешило ее, и она вдруг подумала, что они с Джо больше не ходят за ручку.

— Роузи, ничто из того, что ты сейчас скажешь или сделаешь, не стоит осуждения. По крайней мере, моего. Это действительно в духе Лоры выкинуть что-то подобное. Она всегда стремилась к недоступным вершинам — крутым парням, которых, казалось, невозможно завоевать, пусть даже и потому, что они были последними мудаками.

— Как Митч Адлер, — выпалила Роузи.

Вопреки ее ожиданиям, Гейб даже не дрогнул:

— Да, как Митч Адлер. И этот мужчина, Кевин Броуди, тоже был недостижимой целью, как ни крути. Он был старше, женат, с детьми, и к тому же был ее психотерапевтом. Вот тебе и гора Эверест прямо под боком.

— Господи, Гейб. Я ее так и вижу перед глазами, понимаешь? Сидит в кабинете, беззащитная, но умная. Может быть, даже плачет.

— Знаю. И я вижу. Проходит мимо него чуть ближе, чем позволяют приличия. Ненароком задевает его плечо, и смотрит нежным взглядом.

Роузи вспомнила фотографию на компьютере сестры. В какой-то момент до Лоры дошло, что печаль и тоска не принесут ей желаемого. И тогда она стала сексуальной, неотразимой.

— Она сама не понимает, что делает. — сказал Гейб. — Я правда верю. Страсть переключает ее, как скорости в машине.

— А теперь он мертв, — Роузи зарыла лицо в ладонях.

Гейб, наклонившись к подруге, понизил голос:

— Подожди, уж не думаешь ли ты, что она имеет к этому отношение? Это было ограбление… — Он схватил телефон и открыл ту статью, которую ему прислала Роузи. —