Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

— Всегда есть люди, которые хотят использовать нас, как туалетную бумагу, чтобы мы подтирали зады тех, кто испачкался. Не слишком ли это пренебрежительно по отношению к нам? Ха-ха, — рассмеялся начальник Ху.

Услышав эти слова, Цин Ни поняла, какой человек перед ней. Она была уверена, что это человек принципов. Выходя из здания полицейского участка, она позвонила председателю Ху, рассказала ему, как всё прошло, и спросила, что делать дальше.

Он сказал, что только совет по трудовому перевоспитанию может поставить точку в этом деле вынесением своего окончательного решения, основанного на фактах и законе, в противном случае, никто не сможет выступить против тех доказательств, которые приводят в документах обвинители. В конце концов, полиция — орган, обладающий только одной должностной функцией. Вдобавок, нет такого человека, который по своей воле ради другого постороннего человека будет выступать против органов власти. Напоследок председатель Ху ещё сказал, что если посмотреть на ситуацию с другой стороны, то выступать против органов власти, на которые ты не можешь повлиять, не так уж и опасно, потому что никто не выполняет работу ради этой самой власти добросовестно.

— Как сказал мне один человек из правящих кругов, власть — это самая иллюзорная вещь в мире, — пошутил в конце председатель Ху.

Начальник Ху произвёл на Цин Ни впечатление человека тщательно всё проверяющего, ответственного, не боящегося давления сверху. О его профессионализме она пока не могла судить. Председатель Ху говорил, что начальник Ху — самый главный среди нескольких тысяч полицейских города. Если же они всё-таки будут настаивать на трудовом перевоспитании для Ван Сян Янга, то Цин Ни может подать заявление на проведение дополнительного консультативного слушания. Таков новый порядок действий, описанный в ведомственном акте, выпущенном министерством общественной безопасности.

По делу директора Вана Ху Ар, выступая представителем следственных органов, искал главного судью уезда. Ван Чэнь говорил, что дело председателя суда Хао ещё не закрыто. Его освободили под залог, забрали лицензию, но он всё ещё считается председателем исполнительного суда. Он ещё не уволен, и новый судья ещё не назначен. Поэтому никто толком не понимает сложившуюся ситуацию, как и никто не может её решить. Поначалу казалось, что как только председатель суда Хао будет пойман, всё разрешится. Но теперь дело оказалось в полном тупике. Не было и речи о каком-то дальнейшем развитии, так как директор Ван и Цин Ни не могли поехать в уездный суд, потому что все считали именно их «виновными» за арест председателя Ху. К тому же, один судебный исполнитель даже во всеуслышание заявил, что обязательно разберётся с ними.

Цин Ни стало грустно от мыслей о деле директора Вана. Кто знает, чем закончится всё это?

В тот день, когда Цин Ни встретилась в офисе совета по трудовому перевоспитанию с начальником Ху, она оставила ему свою визитную карточку. Она знала, что он может позвонить, и, действительно, сегодня раздался звонок. Начальник Ху сказал, что ему в офисе неудобно разговаривать, поэтому надо договориться, где они могут встретиться. Кафе «Голубой остров» оказалось самым удобным местом.

С того момента, как Ту Ге пустился в бега за убийство человека, Цин Ни не была больше в этом кафе. Она специально принарядилась для этой встречи. К своему обычному образу серьёзной работающей женщины она добавила несколько необычных аксессуаров, потому что не хотела походить на партийного работника даже внешне.

В кафе ничего не изменилось. И посетителей, как всегда, было много. Единственное, что было по-другому, это то, что обслуживающий персонал смотрел на неё с большим почтением. Она понимала, что одна из причин, это то, что здесь все знали, какие отношения связывают её и Ту Ге. Это напомнило ей, как на неё смотрели адвокаты Ли и Чжэнь, когда узнали о её связи с Ту Ге, и особенно после того, как объявление полиции о том, что он в розыске, было расклеено по всем улицам. Люди, которые видели этого человека с грустными глазами в объявлении, начинали с почтением относиться к ней, даже так жаждущий должности в ассоциации адвокатов директор Ван.

Вспомнив о директоре Ване, она подумала, что он очень сметливый политический прихвостень, считали именно их «виновными» за арест председателя Ху. К тому же, один судебный исполнитель даже во всеуслышание заявил, что обязательно разберётся с ними.

Цин Ни стало грустно от мыслей о деле директора Вана. Кто знает, чем закончится всё это?

В тот день, когда Цин Ни встретилась в офисе совета по трудовому перевоспитанию с начальником Ху, она оставила ему свою визитную карточку. Она знала, что он может позвонить, и, действительно, сегодня раздался звонок. Начальник Ху сказал, что ему в офисе неудобно разговаривать, поэтому надо договориться, где они могут встретиться. Кафе «Голубой остров» оказалось самым удобным местом.

С того момента, как Ту Ге пустился в бега за убийство человека, Цин Ни не была больше в этом кафе. Она специально принарядилась для этой встречи. К своему обычному образу серьёзной работающей женщины она добавила несколько необычных аксессуаров, потому что не хотела походить на партийного работника даже внешне.

В кафе ничего не изменилось. И посетителей, как всегда, было много. Единственное, что было по-другому, это то, что обслуживающий персонал смотрел на неё с большим почтением. Она понимала, что одна из причин, это то, что здесь все знали, какие отношения связывают её и Ту Ге. Это напомнило ей, как на неё смотрели адвокаты Ли и Чжэнь, когда узнали о её связи с Ту Ге, и особенно после того, как объявление полиции о том, что он в розыске, было расклеено по всем улицам. Люди, которые видели этого человека с грустными глазами в объявлении, начинали с почтением относиться к ней, даже так жаждущий должности в ассоциации адвокатов директор Ван.

Вспомнив о директоре Ване, она подумала, что он очень сметливый политический прихвостень, Цин Ни считала, что директору Вану не на что жаловаться, кроме его болезней. Собой он являл набор характерных национальных особенностей среднестатистического китайца и получал от этого не так уж и мало.

Она сама же в среде юристов была белой вороной всегда. Чтобы не контактировать с управлением юстиций и налоговым управлением, она отказалась от должности руководителя юридической конторы, даже не захотела стать одним из партнёров, только чтобы жить свободно, спокойно и обеспеченно. Что больше всего нагоняло на неё тоску, так это то, как сначала директор Ван объявил ей бойкот, но потом, в появлением