Читать книгу - "Смертельная месть - Андреас Грубер"

и много людей им не встретить.

— Вы собираетесь убить меня в гавани? — в панике спросила она, задыхаясь. — Застрелить и бросить в воду?

— Замолчите наконец и не сопротивляйтесь так! — Мужчина еще крепче, до боли, вдавил ствол ей между ребер.

— Ай! — вскрикнула она, пытаясь не отставать от мужчин. Теперь ей на глаза навернулись слезы. — Пожалуйста, не надо… — воскликнула она, — я правда не буду давать показания…

— Вперед!

Быстрым шагом они прошли по бетонному пирсу мимо нескольких киосков, магазина рыболовных снастей и хижины, где можно было забронировать однодневные поездки. Ставни были уже везде опущены.

Наконец мужчины вытолкнули ее на деревянный причал, уходивший далеко в море. Доски скрипели под ногами. Слева и справа стояли яхты и прогулочные катера, а вода билась об их корпуса и деревянные опоры. «Это твой последний шанс!» Она лихорадочно искала глазами кого-нибудь, кому могла бы подать знак. Ее взгляд упал на молодую женщину с маленьким ребенком. Ища помощи, она посмотрела на женщину и уже собиралась открыть рот, когда увидела большие голубые глаза ребенка с длинными светлыми ресницами, с любопытством уставившиеся на нее. Дуло пистолета еще сильнее уперлось ей между ребер.

— Никаких глупостей, а то что-нибудь случится! — прошипел рядом с ней мужчина.

«Ты не можешь так поступить с этим малышом». Она закрыла рот, и по ее щеке скатилась слеза. У нее самой никогда не было детей, но именно страдания молодых семей в конечном счете заставили ее действовать. Из-за махинаций ее начальников, которые обогащались годами, многие из таких семей были обобраны до нитки. И в какой-то момент она не смогла больше на это смотреть. «Ты хотела раз в жизни сделать что-то хорошее — вот и получай за это!»

В конце причала стояла тяжелая моторная лодка с надстройкой обтекаемой формы. Теперь она увидела третьего мужчину на палубе. Он тоже был в возрасте, немного ниже ростом и носил пенсне и берет.

— Поторопитесь! — крикнул старик, отдавая швартовы. — Кто-то идет.

Первый из двоих прыгнул на борт.

— Стоять! Руки вверх! Не двигаться! — внезапно разнеслось по всему причалу.

Радтке замерла. В тот же момент старик в берете поспешно втащил ее по деревянным планкам на палубу.

— Не двигаться!

Раздался выстрел. Краем глаза Радтке заметила в начале причала двоих мужчин в штатском и полицейского в форме. Полицейский выстрелил в воздух.

Ее похитители одновременно вытащили из-под пиджаков оружие, прицелились и тоже выстрелили. На протяжении нескольких секунд стоял оглушительный грохот. Вот так, должно быть, на войне. Дульные вспышки, летающие щепки, орущие мужчины. На заднем плане она услышала крики женщины с ребенком.

Лодочный мотор завелся и взревел. Вода на корме вспенилась, затем старик схватил ее за волосы и столкнул вниз по трапу. Лодка встала на дыбы. Больше она ничего не видела, так как уже скатилась по ступенькам под палубу.

Выстрелы продолжали греметь, а затем в старика попали несколько раз, он потерял берет и, пошатнувшись, прислонился к деревянной обшивке.

— Полковника ранило — давай, погнали!

Когда старик рухнул с трапа и приземлился на нее, Радтке начала истерически кричать.

Последнее, что она увидела перед тем, как потерять сознание, — это много крови и пенсне в красных крапинках, а за ним — безжизненные глаза.

Часть четвертая

Вторник, 5 июня

Глава 28

Хэтти и Бен провели ночь в полицейском участке недалеко от кемпинга. Вообще-то Хэтти хотела сразу отправиться домой, но у полицейских оставалось еще много вопросов к ней, и, кроме того, должны были приехать специальные следователи из дрезденского ЛКА, чтобы допросить ее на месте. Однако самым убедительным аргументом для Хэтти стало то, что в комиссариате они с Беном защищены лучше всего — а сейчас брат был ее главной заботой.

Пока дама из социально-психологической службы снабжала Бена после завтрака чистой одеждой, принадлежностями для чистки зубов и игрушками, Хэтти ждала его в комнате. Пахло кофе. Книгу с фотоаппаратом она держала перевернутой на коленях, а сама смотрела в окно на туманное утро. Перед полицейским участком на траве лежала роса, над машинами на парковке как раз поднималось солнце. Значит, прогноз погоды оказался верным, день будет жарким и чудесным. Но не для нее и Бена.

«Почему их всех похитили?»

Шум голосов отвлек ее от размышлений. Послышались приближающиеся шаги, а затем в комнату вошел полицейский в форме и с пистолетом в кобуре.

— К тебе пришли, — всего лишь сказал он.

«Типы из ЛКА?» Хэтти подняла голову. За полицейским стоял один-единственный мужчина в свитере. В годах, короткие волосы, трехдневная щетина, помятое лицо.

— Спасибо, — сказал он грубым голосом и прошел мимо полицейского. Однако тот последовал за ним и закрыл за собой дверь, так что они остались в комнате втроем.

— Привет, Хэтти. — Пожилой мужчина пожал ей руку, и она почувствовала мозоли на его ладони.

— Вы?..

— Вальтер Пуласки, отец Ясмин. — Он сел рядом с ней на скамейку. — Сегодня утром мне звонила полиция.

Она хотела что-то сказать, но он успокаивающе поднял руку.

— Я здесь не как полицейский, а как родственник. Что бы ни случилось, я тебя не виню, ты должна это знать.

— Хорошо… спасибо.

— Ты можешь рассказать мне абсолютно все. Люди из ЛКА будут тебя сегодня еще допрашивать, но я не из ЛКА.

Хэтти покосилась на полицейского, затем взглянула на отца Ясмин.

— Но вы… работали в ЛКА, — прохрипела она.

Он кивнул.

— Теперь уже нет. Я здесь прежде всего для того, чтобы помочь тебе — и заверить тебя, что наши коллеги сделают все возможное, чтобы найти Ясмин, твою мать и отчима. — Он положил руку ей на плечо, и Хэтти внезапно разрыдалась.

Он несколько неловко обнял ее, и она проплакала у него на плече по меньшей мере минуту. Было так приятно иметь рядом знакомого человека — пусть даже и дальнего круга, — который не просто хотел задавать ей вопросы. А который мог ее утешить.

— Я… я… — всхлипывала она.

— Не торопись, — сказал Пуласки спокойным голосом.

— Мне так неловко… — наконец выдавила Хэтти, успокоившись. Затем выпрямилась и вытерла слезы.

— Я тебе кое-что скажу, — прошептал Пуласки. — Было бы неловко, если бы ты не ревела в такой ситуации. Так что можешь поплакать. — Он помолчал. — Я уже проинформирован об этом деле. К сожалению, у полиции нет ни малейшей зацепки и…

Полицейский позади Пуласки кашлянул, и Пуласки на мгновение обернулся.

— Она уже достаточно взрослая, ей следует знать.

— Как хотите, — проворчал полицейский.

— Нет никаких ценных показаний свидетелей, — продолжил Пуласки. — Никаких пригодных записей с камер