Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

о чем она думает. Или, может быть, он просто с годами сблизился с ней. В детстве, когда они жили в лесу, они были очень близки. Первым сюда привезли Райана. До этого они жили в захудалом городишке в тысяче миль отсюда, но когда его отцу предложили работу лесничего, они перебрались сюда. Мать Райана умерла при родах, и отец постарался спрятать свое горе подальше в лесу… и утопить в алкоголе. Он позволял Райану носиться по всему лесу, и, хотя мальчик был накормлен и имел крышу над головой, никто не занимался его воспитанием, особенно когда у его отца начались запои.

Они жили тут совсем одни, пока три года спустя сюда не приехала Мелисса со своими родителями. Ее отец лишился работы водителя грузовика и больше не мог выплачивать ипотеку за дом в Эсбридже. Он нашел ветхий домик в нескольких минутах ходьбы от жилища Райана и купил этот домик на аукционе.

Увидев этот дом в первый раз, Мелисса пришла в абсолютный восторг. Ей нравились граффити на стенах, большая дыра в полу на верхнем этаже. Родители поначалу тоже подошли к этим странностям дома с энтузиазмом. Отец строил великие планы по превращению старой хижины в лучший в мире коттедж в лесу, а мать наконец оказалась среди дикой природы, с которой чувствовала такую сильную духовную связь. Она выросла недалеко от Нью-Фореста[556], и ее часто водили туда родители, идеологи нью-эйджа[557]. Потом она встретила отца Мелиссы и переехала вместе с ним в Эсбридж, но городская жизнь душила ее, и лишь лес — успокаивал. Однако месяцы шли чередой, строить коттедж становилось все труднее, и их мечта была все отдаленнее. Все чаще были вспышки гнева со стороны отца Мелиссы.

Так что однажды в разгар родительской ссоры Мелисса сбежала в лес, надеясь увидеть оленей и кроликов, но встретила там грязного мальчика ее возраста, который упражнялся в кунг-фу на поваленном дереве. Его лицо было грязным, волосы длинными, а грудь обнаженной. Мелисса решила, что в жизни не видела ничего более удивительного. Они стали настоящими друзьями, а потом сдружились и их отцы, когда родители Мелиссы пошли ее разыскивать. Годы шли, и жизнь обоих семейств становилась все труднее. Но дети находили покой в компании друг друга, пока Мелиссе не пришлось покинуть лес в год, когда ей исполнилось пятнадцать лет. Это было спустя год после ее первой встречи с Патриком.

Мелисса вновь возвратилась мыслями в этот день. Родители, как обычно, ссорились, но тот скандал зашел далеко, слишком далеко. В глазах отца появился нехороший блеск, которого она никогда раньше не видела. Он стащил Мелиссу по лестнице и ударил ее на глазах у матери со словами: «Посмотри на этот бардак, посмотри!», имея в виду последствия совместных занятий выпечкой с матерью.

В глазах матери блеснула сталь, мать повернулась к Мелиссе:

— Беги и быстро!

И Мелисса побежала. Мать всегда говорила ей: «Чтобы спрятаться, нет места лучше, чем полый ствол старого дуба.» Как будто всю жизнь готовила ее к этому моменту! Мелисса добежала до дуба и спряталась в нем. Ей казалось, она провела там несколько часов, но прошло всего двадцать минут, прежде чем ее нашла Розмари и забрала к себе домой. Потом выяснилось, что мать Мелиссы сумела спрятаться в ванной и позвонить Биллу, единственному человеку, которому доверяла здесь. Они сблизились в прошлом году, когда она снабжала его лечебными травами.

Мелисса волновалась за маму, но ей все же удалось успокоиться в теплой обстановке дома Розмари и Билла, чему помог сладкий вкус горячего шоколада, приготовленного для нее Розмари. Приятно было видеть Патрика в пижаме, стоявшего на лестнице. Потом собрались подруги Розмари — Джекки Шиллингфорд, Дебби, жена Томми Милехама Меган. Мужчин с ними не было, и даже Билл куда-то исчез. Женщины принялись расхаживать по кухне, суетиться над Мелиссой. Они обеспокоенно переглядывались между собой, а Розмари лишь нервно смотрела на темные деревья за окном. Наконец послышался звук шагов — распахнулась дверь, за которой стояли Билл… и мать Мелиссы. Ее лицо распухло от синяков, налилось кровью и осунулось, а глаза запали. Мелисса успела заметить на ее красивой ночной рубашке следы крови, прежде чем она быстро запахнула полы куртки, которую ей одолжил Билл.

Было решено, что Мелисса и ее мать останутся жить у Байеттов. Ее отец отказался пускать их обратно в свой дом — по праву это действительно был его дом, потому что он был записан на его имя — и не снял запрет, даже когда сам оттуда съехал.

С тех пор Мелисса и Райан почти не виделись. Ее затянула жизнь «Лесной рощи», а вновь они начали общаться, лишь когда на сцену вышла Дафна и Райан чаще стал появляться в городе. Но теперь все было иначе — они оба носили маски, которые навесила на них семейная жизнь. Старые раны забылись, а с ними была забыта и старая дружба.

— Мэдди говорила с Лилли? — спросила Мелисса. После расставания Мэдди почти не общалась с Льюисом, но с Лилли они остались близкими подругами.

Райан кивнул:

— Переписывалась с ней. И с Льюисом тоже.

Это хорошо, подумала Мелисса. Она больше всего боялась, что эти двое прекратят всякое общение, именно когда Льюису и нужна поддержка друзей.

— Они рассказали Мэдди о том, что случилось? — осторожно спросила она, желая выяснить, не раскрыли ли близнецы свой секрет подруге.

— Только то, что нашли отца в таком состоянии. Ты же знаешь, что дети не особенно говорят о таком.

Вообще не говорят, подумала Мелисса.

— Мэдс утром хотела зайти к Биллу и Розмари, — продолжил Билл, — но я ей сказал, что ребятам нужно побыть одним.

— Зря ты. Скажи ей — пусть зайдет. Общение пойдет им на пользу.

— Ладно, скажу, — нахмурив брови, ответил Райан и посмотрел вдаль. — Так и не выяснили, кто это сделал?

Мелисса покачала головой:

— Нет. К тебе заходила полиция? Я слышала, она заходит ко всем.

— Да. Выясняла, не видел ли я чего-нибудь… подозрительного.

— Что ты мог увидеть?! Ты живешь на другом конце леса.

Райан пожал плечами.

— Тот, кто это сделал, мог пройти через лес, — сказал он, отоходя от дерева. Он похлопал себя по бедру, приманивая собаку. — Надо держать ухо востро. Мне звонила Андреа Купер, сказала, что одно из ее деревьев, похоже, гниет. Но у меня такое чувство, что ей важнее узнать, о чем меня спрашивала полиция.

Мелисса закатила глаза:

— Не удивлена!

— Береги себя, ладно? Будет нужно поговорить —