Читать книгу - ""Зарубежные детектив 2026-27". Компиляция. Книги 1-11 - Салла Симукка"

– А как же университет?

– Она не сможет туда поступить. Ей запретили сдавать выпускные экзамены.

– Господи! – Я была потрясена.

– Не могу в это поверить. – Эсме нервно покусывала губу. – У меня такое чувство, что я по-настоящему ее не знала.

– Мы и не знали, – сказала Чарли. – Посмотри, что она сделала Грейс.

– И продолжает делать. Я сегодня получила еще одно письмо.

– Стерва, – выпалила Чарли.

– Это точно, – согласилась я, но, заметив Эбби, всхлипывающую в углу в окружении заинтересованных «друзей», охотящихся за информацией о ее беспутной сестре, невольно ее пожалела.

Было большим облегчением не видеть каждый день Шиван. Слухов было полно. Она была членом организованной преступной шайки. Ее отец был мафиози. Мой одноклассник Стивен Браун сказал, что Шиван предложила ему купить у нее ноутбук за сто фунтов. Он не мог позволить себе новый, но понятия не имел, что у нее краденый. В это я верила. У Шиван не было работы, как у нас, остальных. Я по воскресеньям работала в кофейне, Чарли сидела с маленькими детьми, а Эсме помогала матери доставлять любовные романы издательства «Эйвон». Родители Шиван не хотели, чтобы она отвлекалась от учебы. Для чего ей так понадобились деньги?

Вероятнее всего, на канцелярские принадлежности. Письма приходили почти каждый день, и я была усталой и раздражительной. Чарли хотела начать поиски своего отца, но я старалась не запускать учебу, мое внимание распылялось. Мы пытались делать намеки Лекси: притворялись, что видели шоу Джереми Кайла, где девушка требовала, чтобы мать рассказала ей, кто был ее биологическим отцом, состряпали историю о некоей девочке из школы, которая только что нашла своего отца. Но Лекси лишь закуривала очередную сигарету, наливала себе очередную рюмку и пропускала все это мимо ушей.

Как-то в пятницу мы через парк шли домой из школы. На качелях сидела одинокая фигура, светлые локоны спиралями выбивались из-под ярко-желтой шапки с кисточкой. Шиван.

– Пойдем по другой дороге, – потянула я Чарли за руку.

– Я не собираюсь от нее прятаться. – Чарли направилась к ней, хрустя по мерзлой траве, тяжелое дыхание облачками вылетало у нее изо рта. – Ой! Воровка.

Я напряглась, ожидая, что Шиван сейчас взорвется, но, когда она обернулась, я резко втянула в себя ледяной воздух и закашлялась. Глаза у Шиван покраснели, бледное лицо было в пятнах.

– Я ничего не крала.

Чарли тяжело уставилась на Шиван:

– Я тебе верю.

– Спасибо. – Шиван протянула ей руку, но Чарли ударила по ней.

– Я верю тебе так же, как верю, что ты не посылала писем Грейс.

– Я…

– Брось. Тебя засекла камера видеонаблюдения. Что, понадобились деньги на марки? Ты жалкое ничтожество. Дэн любит Грейс. Он не станет смотреть на такую дрянь, как ты.

Шиван шмыгнула и вытерла нос тыльной стороной перчатки.

– Пожалуйста. Мы ведь когда-то дружили.

– Дури нас больше. – Чарли ухватила меня за запястье. – Пошли, Грейс. Нас ждут остальные.

– Позвольте мне с вами. – Шиван с мольбой стиснула руки. – Родители меня ненавидят. Даже Эбби не желает со мной разговаривать.

– Отвали, Шиван. – Голос у Чарли был резок, но когда мы шли прочь, я заметила у нее на глазах слезы.

Глава 27

Настоящее

Не могу поверить: мне надо идти домой и сообщить Дэну, что я, скорее всего, потеряла работу. Моя «Фиеста» стоит на стоянке «Только для сотрудников», и я, опустив голову, прошмыгиваю к водительской двери с ключом в руке. Бросаю сумку на пассажирское сиденье, сажусь в машину и запираю дверцы. Мне не по себе – где-то есть человек, который явно меня ненавидит. Грег? А может, тот человек, который меня преследует?

Мне не впервой иметь врага. Уношусь мыслями в те времена, когда мне было восемнадцать. Вспоминаю, чем это кончилось, и хочется плакать. Я звоню маме. Может быть, когда я вслух произнесу эти слова, все покажется не так уж плохо и мне будет легче повторить их Дэну. Слышатся бесконечные длинные гудки, и я жду, когда включится голосовая почта, но тут мама отзывается.

– Привет, Грейс. – Она тяжело и хрипло дышит. – Как ты?

– А ты как? У тебя такой голос, будто ты бежала.

– Приехала дочь Оливера со своими детьми. Мы играем в прятки. Ты хотела мне что-то сказать?

Меня пронзает ревность. Она никогда не играла со мной, пока я росла, а вот теперь играет с внуками Оливера. Хотя я понимаю почему, все равно мне больно.

– Ничего важного. – Я сглатываю комок, чтобы голос не надломился. – Возвращайся к детям. Позвоню на следующей неделе.

Я стискиваю зубы и завожу мотор, подскакивая, когда машину наводняет звук. Это я прибавила громкости сегодня утром, когда местная радиостанция передавала подборку хитов восьмидесятых. Песня группы «Электрик лайт окестра» «Мистер голубое небо» разносится по салону, и я вырубаю стерео и прислоняюсь лбом к рулю. В голове звучит папин голос: «Эй, эй, настал прекрасный новый день». Если бы он был здесь, то выслушал бы меня. Стоит тишина, нарушаемая только звуком моего прерывистого дыхания, и я жалею, что не могу навечно остаться в машине, как в коконе.

В окно стучит Лин, я поднимаю голову, улыбаюсь и киваю: все, мол, нормально – и задним ходом выезжаю со стоянки. Еду домой, и если есть на дороге какие-то другие машины, то я их не замечаю. Колеса крутятся и крутятся, неся меня вперед, и слишком скоро я оказываюсь дома.

Не успеваю я закрыть за собой входную дверь, как на меня обрушивается звук повышенных голосов. Я кидаю ключи в емкость для всякой всячины на телефонном столике и громко кричу: «Привет!»