Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

или иначе, во всем виноват Дэннис. Напрасно он отнял у них деньги.

Проезжая неподалеку от дома Доры, Чарли вдруг развернулся посреди улицы и поехал к ней. Она жила в двухэтажном дуплексе в двух кварталах от больницы. Он оставил машину перед входом и поднялся на крыльцо.

В голубоватом свете уличного фонаря, проникавшего сквозь стекло в темную гостиную, была видна маленькая, скупо украшенная елка и разложенные вокруг подарки. Прижавшись щекой к дверному стеклу, Чарли постоял с минуту, не решаясь позвонить. Потом отступил к перилам и задумался. А что он ей скажет?

Может быть, ее и дома нет? Он спустился по ступеням и на цыпочках прокрался к гаражу. В гараже стояли две машины, и одна из них — старый желтый «битл» — принадлежала Доре.

Чарли вернулся на крыльцо и снова застыл в нерешительности, нацелив палец на кнопку звонка. Прошло еще несколько минут, прежде чем он, наконец, позвонил. Время было половина четвертого утра, Рождество, и он понятия не имел, зачем пришел и что ей скажет.

Когда наверху зажегся свет, Чарли был готов броситься наутек. Ощупав карманы брюк в поисках расчески, он, конечно, ничего не нашел и быстро пригладил волосы руками. Затем ее ноги в шлепанцах появились на лестнице, и он скорее сунул руки в карманы пальто. Она спустилась, пересекла гостиную, не зажигая свет. Затем на крыльце вспыхнула лампочка, и он сощурился, прикрывая рукой глаза и вглядываясь в ее лицо. Дверь открылась. Это была не Дора.

— Чарли? — удивилась Лори, соседка Доры. У нее были красные, опухшие глаза.

— Извини. Я тебя разбудил?

— Нет. Я вернулась после смены всего час назад и все равно не могла уснуть.

Он натянуто улыбнулся.

— Ждала Санту, так, что ли?

Она не улыбнулась в ответ, но посторонилась и знаком пригласила войти. В гостиной было жутко холодно, даже по сравнению с улицей. Лори зажгла торшер.

— Я приехал, чтобы повидать Дору. Она спит?

— Она здесь больше не живет.

— Но я видел ее машину в гараже.

— Она продала машину мне и уехала. Теперь у меня новая соседка, из Литвы. Идем в столовую, я включу там обогреватель. — Лори поманила его за собой в глубь дома.

— Куда же она уехала?

— В Техас, пару месяцев назад. Форт-Ворт.

Лори опустилась на колени перед маленьким дешевым обогревателем и включила его на полную мощность. Затем закрыла дверь.

— Она ничего мне не сказала.

— Ты перестал ей звонить, Чарли.

— Да, извини.

— Не надо передо мной извиняться. Хочешь выпить горячего?

— Не откажусь.

— У меня только кофе. Со спиртным я завязала.

— Да? Я не против, если ты составишь мне компанию.

Она молча пошла в кухню и закрыла за собой дверь. Чарли сидел за круглым голым столом, пока спираль обогревателя раскалялась докрасна, и рассматривал маленькую, печально известную комнату. На полке стояли два больших иллюстрированных альбома, подаренных им Доре, а на стене до сих пор висел другой подарок — плакат в пастельных тонах, где была изображена индийская женщина, мнущая кукурузу. Этот он купил ей на прошлое Рождество в маленьком унылом магазине сувениров, который вскоре закрылся. Тогда у него создалось впечатление, что Доре очень понравилось.

Из кухни доносилось гудение микроволновки.

— Молоко? Сахар? — спросила Лори, просунув голову в дверь.

— Нет, спасибо.

Звякнул колокольчик, и десять секунд спустя появилась Лори с двумя большими кружками.

— Извини, кофе растворимый. — Она плюхнулась на стул. — С Рождеством тебя.

— Ага, с Рождеством. Ты поедешь завтра навестить родных?

— Куда? В Индиану? — Она сделала крохотный глоток, пробуя горячий кофе. — А ты поедешь к детям?

— Я ездил сегодня. — Чарли поднес чашку к губам, глотнул едкой обжигающей жидкости и поспешно выплюнул обратно.

Лори смотрела на него с любопытством, склонив голову набок и прищурившись.

— Может быть, ты сошелся со своей бывшей?

— Нет, я заскочил ненадолго и уехал.

— Я спрашиваю потому, что у Доры были такие подозрения.

— Нет. Но мне очень жаль. — Он потупился, не выдержав ее пристального взгляда.

— Ты о чем?

— Мне жаль, что я обидел Дору.

— Чарли, ты настолько занят своей особой, что это даже не смешно, — фыркнула она.

— В смысле?

— Не хочется ранить твое самолюбие, Чарли, но Дора совершенно не расстроилась. Ну, может быть, совсем чуть-чуть. В общем, ей было плевать. Она ведь всегда знала, что это у вас ненадолго.

— Вот как?

— А ты хотел услышать, что разбил ей сердце? — Лори откинулась на спинку стула. — Да она еще с тобой не закончила, а уж начала встречаться с одним интерном. Даже он не смог удержать ее здесь, а ты и подавно не смог бы. Так что не беспокойся, греха на тебе нет.

— Какое облегчение, — пробормотал Чарли, чувствуя странную тяжесть в груди.

— Это я не для того, чтобы уязвить тебя. Ну да ладно, как жизнь, работа?

— Все как обычно.

— Выяснилось, куда исчезла та женщина? Дора говорила, что ты ее хорошо знал.

— Послушай, мне, наверное, пора. Хочу успеть к шести на утреннюю службу.

— Да, и меня захвати! — расхохоталась Лори.

У двери Чарли клюнул ее в щеку.

— Приятно было снова увидеться, Чарли. Извини, что я сегодня в таком паршивом настроении. И кофе у меня сегодня дерьмовый.

— Спасибо за гостеприимство. Мне тоже было очень приятно.

— Послушай, может, позвонишь мне как-нибудь? Обещаю, что обойдемся без сложностей.

— Да, может, и позвоню. — Он открыл дверь и шагнул на крыльцо.

— Буду ждать. С Рождеством. — Лори заперла за ним дверь.

Когда Чарли спускался с крыльца, из окна на соседней половине дуплекса на него смотрела другая женщина, широко открыв глаза от гнева и удивления и крепко сжав челюсти. На ее напряженном лице играл отсвет огоньков рождественской елки.

Вернувшись на шоссе, Чарли сначала ехал на запад, а потом свернул на боковую дорогу, ведущую в клуб «Мидас». Сейчас клуб производил жуткое впечатление — темное, с виду заброшенное здание, единственное на всю округу в радиусе полумили. Он сидел в машине и перебирал ключи, пока не нашел ключ с меткой «MASS». На входной двери белел тетрадный листок. Объявление гласило, что клуб будет закрыт на период рождественских праздников, дабы служащие могли провести это время дома с семьей.

Внутри было холодно, тихо, тянуло плесенью. Когда Чарли включил свет в фойе, пластиковый Санта заговорщически подмигнул ему со стены.

— Есть тут кто-нибудь? — крикнул Чарли.

Ответа не было. Он уже собрался уходить, но тут обратил внимание, что наследил на полу. Где же он мог вляпаться? Облокотившись на стойку, он снял левый ботинок и внимательно осмотрел подошву.