Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

— Доберешься? — спросил Чарли.

— Не дрейфь, доберусь! Только не говори никому, что это видел.

Пит прополз расстояние, отделявшее его от машины, открыл дверцу, сунул голову и плечи в салон, и тут его начало рвать всей выпивкой и закуской, поглощенной им в барах за последние девять часов.

— Ради бога, Пит, рыгай в снег, а не в машину! — крикнул Пит.

Пит на мгновение остановился, поднял на Чарли мутный взор, вытер рот рукавом пиджака, а затем его обильно вывернуло на рулевую колонку.

— Теперь куда? — спросил Чарли, когда они выезжали на дорогу — после того, как Пит почистил машину снегом.

— Я свою норму знаю, — прохрипел Пит, — поехали домой. У тебя есть сигареты? — спросил он через некоторое время, уныло глядя в окно. — Сигаретку бы сейчас, и полный порядок.

— Я уж три года не курю, — соврал Чарли, хотя в бардачке лежала начатая пачка. Ему не улыбалось дышать смесью сигаретного дыма и рвоты, которой крепко провонял салон. Он опустил стекло, чтобы совсем не задохнуться.

— Окно, Чарли, — пробормотал Пит. Он сидел, закрыв глаза и сложив руки на груди. — Холодно.

— Ничего, не умрешь. — Чарли приоткрыл окно и с его стороны, устраивая сквозняк.

Несмотря на холодный ветер, обдувавший лицо Пита, он крепко спал. Когда они подъехали к дому, Чарли потратил десять минут на то, чтобы разбудить его, дабы он мог самостоятельно выбраться из машины. Чарли мог бы и сам вытащить его сонного и доставить до порога, но побрезговал, поскольку Пит был изрядно нечист.

Пит сидел, спустив ноги наружу, и медленно и глубоко дышал, готовясь к финальному броску.

— Идем, покажу тебе дом. У нас красиво. Ты давно не был. Как Бетси жопу рвала с этим ремонтом! Даже чердак переделала, чтоб я сдох. Я там прибил сто штук летучих мышей, если не сто пятьдесят.

— У вас были летучие мыши?

— Да они в каждом доме есть, если поискать. У нас ведь столица летучих мышей на Среднем Западе.

Открыв кое-как дверь, Пит поволокся в гостиную, где упал на диван, пачкая подушки липкой блевотиной.

— Уложить тебя в постель? — спросил Чарли, но Пит уже не слышал.

Чарли пустился бродить по комнате, рассматривая фотографии на стенах, дорогие безделушки Бетси и модную мебель. В углу стояла елка с крохотными старинными украшениями и — Чарли даже наклонился, чтобы рассмотреть, — настоящими свечками вместо лампочек. Ему пришло в голову, что, вопреки его былым фантазиям и несмотря на милое личико, жизнь с Бетси была бы еще ужаснее, чем с Сарабет.

В гараже стоял новенький черный «мерседес-бенц». Либо кто-то забрал Бетси и детей, либо у них с Питом было три машины, и одна из них — этот «мерседес». Заглянув в пассажирское окно, Чарли увидел, что ключи торчат в зажигании. Он вернулся на кухню и написал записку:

«Пит!

Ты облевал мою машину, поэтому я беру твою. Сделай одолжение, не мой ее, прежде чем вернуть законному владельцу. Оставь ее завтра у склада «Карсвелл рефрижирейтед» с включенным двигателем и печкой.

Чарли».

Переднее сиденье пришлось отодвинуть назад примерно на фут, да и руль был ниже привычного. В пепельнице валялись салфетки с отпечатками губной помады. Все ясно — машину водит Бетси. «Мерседес» хоть и был на четверть короче «линкольна», но оказался гораздо удобнее. Чарли включил двигатель — двигатель работал ровно. Включив радио, он поразился мощности и чистоте звука, даже на коротких волнах.

— К черту «линкольн», — пробормотал Чарли, когда дверь поднялась, и он медленно выкатился из гаража.

Увидев «линкольн», одиноко стоящий на улице, он устыдился, остановил «мерседес» и побрел по сугробам к своей старой машине. Открыв дверь, бросил прощальный взгляд в салон. Единственной ценностью в поле его зрения был автомобильный атлас, валявшийся теперь в луже засохшей блевотины. Он вынул из кармана пальто ключи, сунул в зажигание и тут вспомнил о самом главном: конверт в бардачке! Достав конверт, он положил его в нагрудный карман и, чуть не плача, вернулся к «мерседесу». Отныне его «линкольн» принадлежит истории.

Глава 9

Когда Чарли в третий раз за день прибыл на стоянку «Сладкой клетки», там было уже восемь машин, покрытых сугробами разной высоты. Он занял место рядом с черным «понтиаком». Выйдя из машины, он заметил, что из выхлопной трубы соседа валит черный дым, а сам автомобиль ходит ходуном. Боже, подумал Чарли, сначала Пит и Трина, а теперь это. Как можно трахаться в машине при таком холоде?

На сцене выступала Эми Сью, успевшая раздеться до голубых стрингов. Человек пятнадцать зрителей — некоторые, судя по одежде, явно только что из церкви — глазели, как она крутит худощавым торсом. Сидни стоял за стойкой в пальто и разговаривал с Ренатой. Разговор шел вполголоса, и, хотя вначале Чарли не мог расслышать ни слова, он сразу догадался, что для Сидни дело оборачивается не лучшим образом.

— Можно тебя на минутку, Рената? — спросил Чарли.

— Подожди, мы решаем одну проблему.

Она опять повернулась к Сидни, который от отчаяния заговорил на пол-октавы выше своего обычного тона:

— Рената, если бы не дети, а другое, то я бы послал все к черту. Но я должен их забрать, а не то моя бывшая жена опять потащит меня в суд.

— Я просто не понимаю, почему ты не пошлешь к черту эту старую суку.

— Да я посылал, но ей приспичило тащиться в «Сад богов».

— Не бабка, а потаскуха какая-то.

— Ага.

— Ладно, иди. Но считай, что следующие три выходных ты уже отгулял.

— Хорошо. Спасибо, Рената. — Сидни вышел из-за стойки. — Пока, Чарли.

— Но я не хочу пахать сегодня в баре, — сердилась Рената. — На кой черт люди заводят детей? Мало того что этим они портят жизнь себе, так еще и другим! У тебя ведь есть ребенок, Чарли?

— Двое.

— Но ты не позволяешь им портить тебе жизнь, не так ли?

— В общем, нет. Сидни передал тебе, что у меня есть для тебя кое-что?

— Нет, не успел. Он все трындел о своих детках и что ему нужно уйти пораньше. А что ты мне привез? Рождественский гостинец?

— Мы можем поговорить об этом в офисе?

— Вот как? — Она подняла бровь и крикнула: — Анита! Пойди-ка сюда. Побудь за стойкой, пока я не приду.

Вышла высокая красивая черная женщина в ярко-зеленом бикини и подозрительно нахмурилась, глядя на Ренату. Но, увидев Чарли, улыбнулась.

— Привет, адвокат, сколько лет, сколько зим! — Анита обладала настолько низким голосом,