Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

просто исключительную работу. — Он кивнул обоим сотрудникам, которых Ира видела впервые. Они сидели ближе всего к Штойеру, у самого конца стола. Отражающийся от стены свет проектора наложил на их лица красно-синие цветные пятна. Из-за этого они чем-то напомнили Ире персонажей мультфильма. Она назвала их Том и Джерри.

— А что же насчет Леони? — спросила она. — В этом направлении вы не работали?

— Так. — Штойер закатил глаза, разозленный тем, что его речь прервали. — Мне казалось, что уже все предельно четко вам объяснил. Вы в этой ситуации, возможно, цепляетесь за жизнь после смерти…

Том и Джерри нерешительно рассмеялись.

— …Однако мы не будем терять драгоценное время на поиски умершей.

Сыщики с готовностью закивали и улыбнулись шире. Ира переименовала их в Задницу и Мешок с дерьмом.

— Но почему же тогда…

Рука Гетца на ее колене заставила умолкнуть. Действительно, Штойер оставит мокрое пятно от того, что Дизель выяснил об инсценированной аварии. Она мотнула головой, когда руководитель операции удивленно поднял брови.

— Прекрасно, если у фрау Замин больше нет квалифицированных возражений, я могу наконец продолжать.

Гетц задержал свою руку немного дольше, чем было необходимо, потом нежно сжал Ирино колено и убрал руку.

Штойер нажал на кнопку дальней связи. Фотография Яна уменьшилась и съехала в левый верхний угол, освободив место для еще семи фотографий.

— Это заложники. Вот этот, — Штойер указал инфракрасной указкой на курьера Манфреда Штука, — стал первой жертвой. Кроме того, не считая сотрудников радио, это, вероятно, был единственный настоящий заложник в группе посетителей. — Последние слова он подчеркнул многозначительным взглядом.

— А что же остальные? — поинтересовался Гетц.

— Все они, предположительно, являются прикрытием.

Штойер начал перечисление, при этом он, помогая себе, на каждом пункте загибал пальцы.

— Все безработные. Но у всех одно и то же образование: актер. Все знают друг друга по площадке «Шайнбар» — месту выступления артистов в Кройцеберге. И самое интересное: все вступили в «Клуб радиослушателей» «Сто один и пять» лишь несколько недель назад. Вот этот, — Штойер указал на фотографию склонного к полноте полулысого человека, — Теодор Вильденау. Он держится на плаву ремонтом компьютеров. Мы предполагаем, что он манипулировал с банком данных, чтобы сегодня все одновременно смогли принять участие в передаче.

— А что это означает для нашей работы? — спросил, похоже, изумленный фон Херцберг.

— То, что нам приходится иметь дело с блефом. Надувательством. Инсценировкой. Ян Май и заложники заодно.

— Вы это предполагаете? — громко спросила Ира, правда, это больше походило на утверждение.

— Да. И для такого предположения у нас более чем достаточно оснований. Все заложники имели раньше хотя бы непрямой контакт с преступником. Ян Май долгое время обслуживал владельца «Шайнбар». Последующие контакты подтверждает и то, что три недели назад Май снял несколько банковских вкладов. Всего было взято двести тысяч евро наличными. Четверо заложников. Значит, получилось бы по пятьдесят тысяч на каждого.

— Минуточку, эти четверо имеют судимости? — в первый раз взял слово Гетц.

— Не стоит и говорить. — Свет проектора призрачно вспыхивал на лице Штойера, в то время как он ходил взад-вперед перед столом. — Парочку заловили первого мая на демонстрации с камнями в руках. Беременная охотно курит травку за рулем. Но, кроме предупреждений, ничего не зарегистрировано.

Ира застонала. Неужели это всерьез?

— Минутку, — прервала она его, — вы серьезно хотите нам внушить, что четверо до тех пор неприметных берлинцев вдруг стали опасными преступниками лишь потому, что Ян Май предложил каждому из них по пятьдесят тысяч евро?

Штойер кивнул.

— Мои выводы основаны вот на чем: Май — сумасшедший, но не общественно опасный. Он уговорил наивную и погрязшую в долгах труппу актеров помочь ему. Они поверили ему, что Леони жива. Поскольку наши уклоняющиеся от работы друзья плохого мнения о государстве, то принимают теорию заговора Яна. Но, возможно, они хотят только денег. Неважно. Поскольку он обещает им, что ход событий будет ненасильственным и он выложит по пятьдесят тысяч евро на нос, все решено. Они играют те роли, о которых мечтали, и изображают заложников.

— А как в эту картину вписывается водитель UPS? — снова включился фон Херцберг.

— Совсем никак. Но именно это и является дополнительным доказательством правильности нашего предположения, поскольку данные компьютеров показывают, что Манфред Штук первоначально не должен был принимать участие в передаче. Он был приглашен лишь в последнюю секунду и то лишь по недосмотру. Вообще-то Штук должен был только получить билеты в кино. Помощники перепутали бланки анкет и выдали неправильный выигрыш.

Ира точно знала, что сейчас происходит в бюрократическом мозгу Штойера. Он убеждает не только команду, но и себя самого. С каждым словом он сам все больше верил в те предположения, которые до этого лишь обдумывал за письменным столом.

— Возможно, Ян впал в панику, увидев постороннего. Тот не участвовал в сговоре. И ему пришлось нейтрализовать единственного человека, который мог все испортить. Впрочем, его коллеги из UPS сообщили, что Штук был вспыльчив и помешан на оружии. И он с первой же минуты угрожал планам преступника.

— Это должно означать, что Ян на самом деле опасен для общества, — вставила Ира. — Так что нам нельзя недооценивать ни его, ни угрожающее положение.

Штойер небрежно кивнул и глянул на Иру, как на муху, попавшую к нему в кофе.

— Но есть и другой возможный вариант. Даже еще более вероятный: Штук вовсе не мертв. Возможно, по радио мы слышали только спектакль. Ведь свидетелей его смерти нет.

«Как же, — подумала Ира, — моя дочь».

— А что подтверждает это предположение? — спросил Херцберг.

— Мы проверили переписку Яна по е-мейл за последние месяцы. Он купил в испанском военном магазине оружия и взрывчатки. Среди прочего — оглушающий пистолет. Очень возможно, что он лучший актер из них. Не без причин он отвел Штука в соседнее помещение.

— Возражение! — произнес Гетц и встал. Ира ужаснулась, глянув на его рассерженное лицо. Она еще никогда не видела его в таком бешенстве. — При всем уважении к вам, это всего лишь догадки, а не факты. А что, если между заложниками нет никаких связей? Если они по чистому совпадению оказались в неудачное время в неудачном месте? Так же, как Штук. Как говорят, любой человек на Земле знаком с любым другим максимум через шесть звеньев. Вполне естественно, если собравшиеся в одном помещении четыре человека из семи имеют общих знакомых. Один мой друг, например, играет в покер с берлинским наркобароном. И что, значит, я являюсь членом организованной преступности?

Штойер хотел что-то сказать, но Гетц даже не позволил ему вставить слово.

— Несмотря на эту оценку,