Читать книгу - "Любовницы по наследству - Вячеслав Школьный"

— В общем то это дело молодое, — улыбнулся я, облегчённо отходя от стены, следуя за ней в зал и снова садясь на диван. — Он ведь с девушкой, а не с плохой компанией. Вероника из благополучной обеспеченной семьи, не наркоманка, дурного влияния на него не окажет.

— Это только немного и успокаивает. — Алла открыла стоящую на столе декоративную узорчатую коробку и вытащила из неё длинную чёрную сигарету. — Не будете возражать, если я закурю?

— Ради Бога, пожалуйста, — развёл руками я. — Правда, признаться, табачный дым не перевариваю еще больше, чем лекарства.

— Тогда не буду курить. — Она решительно положила сигарету обратно и, засунув руки в карманы халата, задумчиво прошлась по комнате. — Знаете, Андрей… Мне как-то не совсем ловко об этом говорить, но почему-то очень не хочется, чтобы вы отсюда сегодня уходили.

Я предполагал, что начавшийся между нами непринужденный разговор может придти только к такому финалу, но почему-то не думал, что этот финал наступит так скоро, поэтому последняя фраза не была для меня совсем уж неожиданной.

— Трудно всё время жить одной. — Щёки женщины несколько виновато покраснели, а глаза принялись лихорадочно бегать по настенным полотнам. — И уж совсем не каждый день можно встретить человека, тем более, молодого привлекательного мужчину, хорошо разбирающегося в житейских проблемах, с которым бы можно было вот так просто по душам поговорить.

Это уже она хватанула лишнего. В чём, в чём, а в житейских проблемах я был абсолютным профаном, и совсем не стеснялся во время разговора с кем бы то ни было в этом признаться. Не надо далеко ходить, — взять хотя бы текущий случай, — мне ведь просто хотелось что-то умное женщине сказать, посочувствовать ей, дать дельный совет, но язык во рту вроде бы как прилип к гортани, — совсем не хотел поворачиваться, подлец, да и в голову подходящая фраза никак не приходила.

Зато собеседница моя распалилась как неожиданный пожар на нефтебазе. Она уже перешла самый сложный рубеж, прорвала рамки стеснительности и теперь вполне уверенно брала всю ситуацию под свой контроль.

— Вы только не примите меня за ту непутёвую женщину, которая начинает заигрывать с каждым вошедшим к ней в квартиру мужчиной. Нет, я не такая. Если бы всё было так просто, то я бы сейчас имела достойного мужа, — слава Богу, было из кого выбирать. Но, увы, Андрей, моё несчастье основано именно на моём глупом характере. Из множества мужчин, которых я встречала в жизни, мне нравились лишь единицы, и каждый из них был именно в том положении, которое никак не давало ему возможности стать моим законным мужем. Словно по злой иронии судьбы вокруг меня получался какой-то замкнутый круг, в результате чего я разочаровалась во всём. И вот тут появился Юрий — свободный, разведённый, с приятной внешностью, хорошими манерами, и всего на пять лет от меня младший. Если он был вашим близким другом, то вам должно быть наверняка известно о романе, который был между нами. Мне, в отличии от кого бы то ни было, не зачем это скрывать. Зачем? Я — женщина свободная, поэтому имела полное право быть счастливой, хотя бы какое-то время. Обязанности сохранять кому-то глупую верность у меня нет, вы это понимаете?

Я молча кивнул головой.

— Мы с ним были счастливы, хотя и виделись всего раз в неделю. Пускай он имел других любовниц, я не ревновала его к ним, — меня это вполне устраивало. По сравнению с прошлыми годами одиночества последние месяцы жизни мне казались самой настоящей сказкой… И вот теперь его нет. — На глазах Аллы несдержанно выступили слёзы. — Словно какой-то злой рок летает надо мною. Только нашёлся мужчина, дающий хоть какие-то надежды на будущее…

Она села рядом со мной на диван и без стеснения зарыдала. Ее женской выдержки хватило ненадолго.

— Ну, перестаньте, не стоит так расстраиваться. — Я бережно обнял её за плечи и ласково погладил ладонью по всё ещё мокрой голове. — Всё в вашей жизни образуется, вы же сами только сегодня мне говорили, что всё у вас еще впереди.

— Извините, я не должна была так раскисать. — Алла постепенно прекратила всхлипывать и вытерла слёзы носовым платком. — Пожалуйста, не уходите сегодня никуда, побудьте со мной.

— Хорошо, побуду, — сочувственно пообещал я. Хотя, признаться, уходить отсюда в данный момент мне не хотелось никак. Обычно женщины, вызывающие жалость своими слезами, не являлись для меня привлекательными. Но с Аллой был случай какой-то особый. Её рыдания, наоборот, зажгли во мне какую-то искру симпатии, которая с каждой секундой разгоралась всё сильнее и сильнее, пока не превратилась в грозное бушующее пламя. Тут уж ничего не скажешь, — женщине без лишних сложностей удалось сделать то, что она хотела.

Алла немного успокоилась, вскочила с дивана и быстро убежала в ванную. Я хорошо слышал через открытую дверь, как журчала вода в умывальнике, раздражая меня каждой своей каплей. Одна минута ожидания показалась мне целой вечностью.

Тело, не слушаясь голоса разума, рывком поднялось в полный рост, и ноги стремительно понесли его на звук журчащей воды.

Мы столкнулись нос к носу в коридоре. Глаза Аллы были уже сухими, но всё ещё опухшими от слёз.

— Вы всё-таки собрались уходить? — в дрожащем голосе женщины послышалась нотка разочарования.

— Нет, ни в коем случае, — уверенно ответил я.

Руки сами по себе импульсивно потянулись к поясу её халата. Через мгновение он, словно содранная шкура медведя, медленно сполз на пол.

Алла никак не пыталась скрыть свою наготу. Совсем даже наоборот. Она демонстративно отвела плечи слегка назад, добившись тем самым, чтобы её упругая грудь при этом чуть-чуть увеличилась и своим колыханием заставила всю мою кожу затрепетать. Бархатная белизна и идеально правильные линии её тела приковали себе мой ошеломлённый взгляд, не давая ему возможности отойти куда-либо в сторону. Стыдливо прикрыв ладонью находящийся между роскошными бёдрами аккуратно подстриженный треугольник волос, женщина решительно шагнула ко мне.

Мои руки самопроизвольно обхватили ее дрожащие плечи и покрепче прижали их к своей груди. Кожа женщины оказалась теплой и гладкой, такой, от которой любой нормальный мужик не в силах был оторваться ни на секунду. Не помню, как мы с ней дошли до широкой двуспальной кровати, стоящей посреди ее полутемной спальни, но упали мы на нее, крепко заключая друг друга в объятиях. И ни о каких жизненных проблемах речи между нами быть больше не могло…

Как ни странно, но в эту ночь никакого мысленного прощения у своей любимой Татьяны я уже не просил.