Читать книгу - "Горячий айсберг 2011 - Александр Рявкин"

– Жаль, что наш проект сорвался. Утечка информации явно была с нашей стороны…

Надир-шах взял Влада-Абдуллу под руку, отвел к окну.

– Эту информацию упустил сотрудник вашего посольства на одной из официальных встреч, кажется, по случаю Дня независимости России. – Он покачал головой. – Его фамилия Швыдкий, а имя Эдвард. Наша разведка установила…

– Швыдкий?! – не смог скрыть удивления Родин.

– А вы считаете, что он не способен? – по-своему расценил удивление Абдуллы главком.

Родин никого из посольских чиновников не знал и по понятным причинам, с ними не общался. Эдик Швыдкий… Неужели совпадение?

– Я склонен доверять вашей разведке, господин главнокомандующий, – ответил он.

– Буду рад снова видеть вас в нашей стране и продолжить сотрудничество, – сказал на прощание главком, и Родин, вежливо поблагодарив его, ушел.

Теперь Родина уже ничего не удерживало на земле Халифатской Республики. Срочным образом был переделан контракт с казанской фирмой «Корнет», с поправкой, что срок его действия истек и по формальному признаку он и уволился. Менее суток оставалось до отлета чартерного рейса. Но как заноза торчала фамилия Швыдкого, названная главкомом ВВС. И Родин решился, остановил такси, назвал адрес: «Посольство России». Этот двухэтажный дворец за зеленым забором, естественно, знал каждый таксист. Через пятнадцать минут были на месте. Сотрудник охраны внимательно изучил загранпаспорт Влада-Абдуллы и поинтересовался целью визита.

– Мне нужно встретиться с Эдуардом Швыдким, – ответил Родин.

Сотрудник хотел связаться по телефону, но Родин сказал, что сам его найдет, и тот, еще раз глянув в паспорт, коротко бросил:

– Проходите.

Родин вошел в здание и огляделся. Посредине огромного холла бил фонтан, а в бассейне плавали красные рыбки. Убранство и оформление соответствовало дворцу: смесь викторианского и арабского стилей. «Кучеряво живут!» – подумал он и заглянул в одну дверь. Там сидела томная девица, листавшая журнал. Заметив его, она подняла голову, и в ее взгляде прочиталось: «Что нужно здесь этому арабу?»

– Простите, вы не скажете, в каком кабинете Эдик Швыдкий?

Хмыкнув, девица пропищала:

– В десятом!

Пока Родин учился в своей закрытой академии, он по-разному представлял встречи с однокурсниками родного училища. В академии порекомендовали обрубить все контакты с бывшими однокашниками. Но «бурса» незабываема! И вот сейчас – первая встреча, и с какой «подкладкой»! Не постучав, Родин вошел в кабинет. Да, тот самый Эдик сидел за компьютером и что-то сосредоточенно печатал. Он пополнел, стал респектабельным, носил шикарные очки. Дочитав фразу, поднял взгляд на вошедшего, снял очки, прищурился и, наконец, узнал.

– Родин?! Ты? Откуда свалился? – Изумлению не было предела. – Вот уж не ожидал встретить однокурсничка. Ты куда-то исчез, никто не знал, где ты. И вдруг в Африке объявился…

Родин молчал. Эдик привстал, потом снова сел в кресло.

– Ну, садись, рассказывай, в каком ты качестве? Выпить хочешь? Вискарь со льдом – лучшее средство от местной заразы. Чего молчишь? Все помнишь тот случай?..

– Уже забыл… – наконец ответил Родин. – Другое о тебе напомнило. Нежданно-негаданно. Скажи, Эдик, за сколько баксов ты слил америкосам информацию о переговорах по продаже «сушек»?

– Каких еще сушек?

– Ну не тех же, которые бабушки на базаре продают. Ты знаешь, о чем я говорю: фронтовой истребитель «Су-27».

– Да ты чего! Да я откуда… Я вообще по роду, по деятельности в отделе экономического мониторинга…

– У меня очень мало времени, тем более для спора с тобой. Ты был гнидой, им и остался. – Родин шагнул к столу. – Я не дипломат! – И резко ударил Швыдкого в лицо, тот рухнул на пол, опрокинув кресло. – Все, что могу…

На следующее утро, без проводов, Родин благополучно улетел на родину. Под крылом осталась столица Халифатской Республики, потом потянулась рыжая, в морщинках барханов пустыня, десятки раз облетанная на вертолетах, вековую тишину которой содрогали лишь учебные пуски противотанковых ракет… Влад вдруг почувствовал щемящую тоску, будто оставил в Республике что-то очень дорогое, близкое, необходимое… Впрочем, действительно оставил, ведь сердце не обманешь. И еще долго ему будут сниться шумные улицы, базары, смуглые люди, сверкающие белоснежными улыбками, дым кальяна, дворцы, минареты. И пустыня за бортом грохочущего вертолета.