Читать книгу - "Бригада. Книга 13. Поцелуй Фемиды - Александр Белов"

Финал этого странного союза был внезапным и совсем не интеллигентным. Попросту выражаясь, Наденька кинула своего друга на большие деньги и под ритмы восточной музыки растворилась в пряных ароматах Арабских Эмиратов. Для Кабана в том мире места не нашлось. А про его коварную и прекрасную подругу до него долетали разные слухи. По одной из версий, Надежда нашла себе богатого покровителя. Согласно другому источнику, оказалась и вовсе в гареме…

Во всей этой истории присутствовала некая загадка, элемент арабской сказки. И, по ложа руку на сердце, Кабан так до конца и не поверил, что когда-то взаправду мог держать этакое чудо в своих трепетных объятиях…

Регулярно, примерно один раз в месяц, на него нападало странное чувство сосущей тоски. И тогда он шел в кабак, мрачно напивался, изучал на предмет возможного интимного общения весь женский контингент заведения и приходил к неутешительному выводу: ни одна из посетительниц и близко не могла сравниться с его единственной Надеждой… Тогда Кабан напивался еще сильнее, и просаживал немалые деньги, вновь и вновь требуя поставить или исполнить замечательную песню, в которой есть такие слова: «Ах, какая женщина! Мне б такую…»

Возвращался в свою холостяцкую квартиру после таких вот наплывов он, как правило, в одиночестве. Но во сне к нему обязательно приходила Надежда. Немыслимо красивая, с голым животом и в синих, либо красных искрящихся штанах. И тут начиналось такое… Будь Кабан чуть менее легкомысленным человеком, он бы давно испугался за свой рассудок. Он собственно и испугался, но к этому времени дело зашло уже слишком далеко

XV

— В натуре, Док, «Камасутра» отдыхает! — возбужденно рассказывал новый пациент модному доктору-психоаналитику.

— И как часто вас посещают подобные видения? — стараясь скрыть зевоту, спрашивал его Станислав Маркович Вонсовский, которого в три часа ночи удерживала на посту исключительно клятва Гиппократа и интерес к необычному клиническому случаю.

— Когда полная луна! Раз в месяц, — с готовностью отвечал Кабан. Потом вдруг осекся и спросил. — Док, а может я того… мутант? Может, я в бабу мутирую? У них тоже раз в месяц бывают заморочки…

Доктор оставил без внимания столь дилетантское предположение и глубоко задумался. Со слов пациента выходила странная и захватывающая картина. Строго ежемесячно к парню является бывшая, супруга в образе Шахразады. Налицо удивительный архетип, поскольку можно было бы поклясться, что жемчужины арабского эпоса под названием «Тысяча и одна ночь» пациент никогда не читал. Фантом жены не только не отказывается от интимной близости, как это нередко делают живые жены, уверенные в прочности отношений, но даже наоборот ини-циирует затейливые любовные игры.

— Ваша супруга была разговорчивой?

— Да, в общем… Не закрывала рта.

— А видение, вы говорите, молчит?

— Ну, то есть почти что молчит… — Кабан неожиданно смутился. — То есть охи там всякие, вздохи… Иной раз назовет меня этим, как его? Вепрем… В общем, вы меня понимаете.

— А… вам не кажется, что это замечательно?

— Не понял, Док. Что «замечательно»?

— Женщина. Любящая, страстная, да к тому же молчит, ни в чем не упрекает…

— В общем, в сравнении с живой бабой, пожалуй, и неплохо, — согласился, подумав, Кабан. Он мучительно пытался понять, куда клонит этот доктор.

Доктор тоже размышлял, рисуя в блокноте силуэты женских, фигур. Странный случай, даже, можно сказать, уникальный в его практике. Подавляющее большинство его пациентов выглядят совсем иначе: это страждущие люди, агрессивные или подавленные, и в любом случае несчастные, погруженные в пучину разлада с самими собою. Собственно, вся авторская методика доктора Вонсовского, если изложить ее в двух словах, сводилась к приведению в норму «системы удовлетворения».

Эта система, «встроенная» в головной мозг каждого человека, по тем или иным причинам часто оказывается зашлакованной, замусоренной, либо разбалансированной внешними обстоятельствами. В каждом отдельном случае Станислав Маркович применял свой комплекс лечения, включающий по обстоятельствам элементы психоанализа, различные методики массажа и даже лекарственное средство под условным названием «Бальзам Бонсовского», находящееся в настоящий момент в мучительной стадии патентования.

Но этот случай был просто, что называется, из ряда вон. Пациент выглядел просто счастливым, гармоничным человеком. Кстати сказать, доктор вспомнил этого парня, им доводилось встречаться в прошлой жизни. Этот Ромео — бандюган и скотина, каких поискать. В своем теперешнем обличье, после травмы, он выглядит гораздо лучше прежнего. Да и для общества такой член куда предпочтительней…

— Я могу сделать так, что подобные видения перестанут вас беспокоить, — сказал наконец доктор с упором на слове «могу». — Небольшой курс рефлексотерапии, успокоительный сбор плюс некоторые рекомендации касательно вашего образа жизни.

— Не понял?… — Кабан привстал с кушетки, не зная, куда девать босые ступни, трогательно выглядывающие из-под нежно-голубого трикотажа кальсон.

Доктор подал ему плед и продолжил:

— Во-первых, учитывая характер вашей травмы, полный отказ от алкоголя. Щадящая диета. Прохладный душ перед сном. А главное, необходимо упорядочить личную жизнь. Завести постоянную подругу, а еще лучше, жениться.

— Не, доктор. Не проходит, — решительно замотал головой Кабан. — Надька не позволит. Клянусь вам, как только я с бабой, она из-под кровати, шельма, выглядывает и говорит, что, значит, эта баба — полное дерьмо. Я гляжу и вижу: она права…

— Так, стало быть, ваш фантом все-таки разговаривает? — заинтересовался доктор.

— Нет, молчит, — пациент наморщил лоб, пытаясь выразить то, что выражению в принципе не поддается. — Но как бы внушает.

— Ну что ж, решение за вами. Будем избавляться от образа жены, или…?

Кабан потупился, ответ давался ему нелегко:

— Да нет. Пусть приходит. Только пусть перестанет мною командовать…

Пациент оглянулся на клетку с притихшими попугаями и, понизив голос, изложил главную причину своего беспокойства:

— Она меня, доктор, подбивает на всякую ерунду.

— Вы имеете в виду эротические игры?

— Да нет. Это как раз нормально. Только каждый раз после того, как… Ну, вы понимаете. Она говорит… Блин! Не говорит, а внушает, что я должен…

— Что? — заинтригованный доктор обратился в слух.

— Короче, что я должен делиться с бедными.

— В каком смысле «делиться»?

— А в прямом. Сначала, на фиг, деньги — все, что были в кошельке! — типа нищим возле церкви раздать. Ну, пошел, раздал. Это в прошлом месяце было, — Кабан глубоко вздохнул. — Вчера вот, блин, домашний кинотеатр отвез в ночлежку… Вот я и думаю, что-то будет? А ну как заставит джип отдать. Я ведь не мальчик — пешком ходить.