Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

— она ведь научилась читать и писать только в девять лет. Блестяще сдать экзамены она не надеялась, но рассчитывала, что наберет достаточно баллов и сможет поступить в колледж. И уедет отсюда.

— Это грустно, да?

Дэйна подняла глаза:

— Что?

Оказывается, мистер Локхарт обращался к ней.

— Ну, история об этих детях. Все эти убийства, вражда между семьями.

— Э-э-э… ну да.

Что-то стукнуло в голову сзади. Дэйна потрогала волосы. Жвачка прилипла точно под заколкой.

— Можно ли сказать, что драма не утратила своей актуальности до сих пор? Что молчите? Тогда ваше задание на следующий раз, если кто-то удосужится его выполнить, — сравнить отношения между подростками в наши дни и проблемы, с которыми сталкиваются герои «Ромео и Джульетты». Понятно?

После урока она догнала Макса:

— Тебе что поставили?

— Пару, — сказал он, не глядя на нее.

Она вздохнула.

— Ты не принес еды?

— He-а. Вчера был у папы. Мы ели готовую лапшу.

— Хочешь, купим чипсов?

— Я не голоден. Пока. — Макс ускорил шаг.

— Эй, подожди. В чем дело?

Они вышли на улицу. Воздух был такой холодный, что у Дэйны перехватило дыхание.

— Почему ты злишься?

Макс повернулся к ней:

— А ты не знаешь?

— Нет. — Она схватила его за руку, но он вырвался.

Мимо прошла компания парней, каждый счел своим долгом пихнуть их. Один из парней предложил трахнуть ее прямо сейчас и загоготал довольно.

— Вот в чем дело, ясно? — яростно сказал Макс.

— В чем?

После всего, что произошло за последние несколько месяцев, после всех этих часов, которые они провели вместе, болтая, заполняя анкеты для конкурсов вместо уроков химии, сидя у канала, бросая камни в воду, после вечеров, когда они покупали конфеты и объедались ими, пока не начинал болеть живот, она считала, что он не может так обращаться с ней. И они же целовались.

— Просто мы ведь так и не сделаем этого, да?

Внутри у нее снова разгорелся огонь.

— Я же сказала, что хочу, помнишь?

— Да, но ты никогда не показываешь этого. Откуда мне знать, так ли это до сих пор. — Макс нервно провел рукой по волосам. — Получается, они все правы. Я просто долбаный лузер.

— Так что, получается, ты хочешь переспать со мной, только чтобы доказать всем, что ты не лузер? Может, ты еще фотки собираешься повесить на фейсбук? — Желание уступило место гневу.

— Дэйна… — Макс остановился. — Другие тут ни при чем. Ты мне очень нравишься, просто… не знаю…

— Сейчас, — решительно произнесла Дэйна. Школьный двор почти опустел. — Давай сделаем это сейчас.

Лицо Макса мгновенно изменилось. Будто повернули выключатель. Скулы — она всегда думала, что они очень красивые, — выступили еще резче, отчего выражение лица сделалось угрожающим. Дэйна судорожно вздохнула. Она любит его. И сделает все, что он хочет. Ведь иначе она его потеряет.

— Давай сделаем это. Сейчас. В подвале.

Наверное, и в ней повернули выключатель, потому что вдруг она осознала, что тянет Макса за собой обратно в школу. Они собирались пойти на химию, но теперь ничего на свете не имело значения, лишь ее желание доказать Максу, как сильно она его любит. Она не позволит, чтобы они, как Ромео и Джульетта, расстались из-за других людей.

Они сбежали по лестнице, она потянула его к двери в бойлерную рядом со стопкой ведер и швабрами. Даже в темноте она видела, как блестят глаза Макса.

— Молчи, — сказала она. — Все будет хорошо.

На чехлах для мебели, которые они расстелили на полу, остался мусор после прошлого раза. Чем-то воняло, наверное, остатками паштета — Макс заметил жестянку в углу.

Неужели они займутся сексом сейчас, здесь? Он никогда не мог до конца понять Дэйну. Иногда ему казалось, что она дразнит его, а иногда она была такой холодной и отстраненной. В ней он видел свое отражение.

— Макс…

Она мягко нажала на его плечи, и он опустился на колени. Цементный пол обжег холодом даже через джинсы.

— Я не понимаю тебя, Дэйна Рэй.

Она его дразнит, ведь все это опять закончится ничем. Сколько раз уже она плакала у него на плече или засыпала в хижине, положив голову ему на колени?

— Мы ведь встречаемся, верно? — Она сняла рюкзак с его плеча и бросила рядом со своим.

Макс хотел ее — она была такая изящная и хорошенькая под всеми этими черными тенями и подводкой, — но какая пропасть между желанием и реальностью.

Может быть, завтра ее уже не будет?

— Конечно, встречаемся. — Неужели это действительно случится? — Слушай, извини, что я сорвался. Это все из-за тех козлов.

— Теперь ты со мной. Все будет хорошо.

Макс почувствовал, что внутри всколыхнулось то, чему он обычно не позволял выйти на поверхность. Желание было столь мощным, что причинило ему физическую боль.

— Дэйна…

Он хотел провести пальцами по ее щеке, но она поймала его ладонь и поцеловала. Боже, подумал он. Боже мой. Это происходит. Это не поцелуй украдкой в парке или торопливое объятие во время большой перемены. Дэйна хочет заняться с ним любовью.

Любовью.

Даже если больше ничего не будет, лишь того, что она поцеловала его руку, уже достаточно.

У него закружилась голова. А через мгновение обнаружил, что ладонь лежит на ее груди. Через тонкую ткань он ощущал жар ее тела. Оба застыли. Разве может быть момент прекраснее, подумал он. И вдруг ее взгляд скользнул вниз.

— Это не то, что ты думаешь, — пробормотал он и тут же возненавидел себя.

— Надеюсь, именно то. — Ее уверенный смешок заставил его спросить себя, делала ли она это раньше. Думать об этом не хотелось.

Больше они не разговаривали. По крайней мере, Макс не мог припомнить слов. Дэйна стянула с него школьный блейзер. Ее лицо было так близко, ее дыхание щекотало кожу. Должен ли и он снять с нее что-нибудь? Ее пальцы принялись расстегивать пуговицы на его рубашке. Макс знал, что он худой. Может, ей не нравятся скелеты. Как бы он хотел выглядеть как мужчина, а не мальчишка. Может, схватить свои вещи и убежать, пока не поздно?

Дэйна поцеловала его грудь. Поцелуй проник прямо до самого сердца.

Осторожно, но уверенно она потянула его вниз, на ледяной пол. Он весь дрожал — от предвкушения и страха. Конечно, он все испортит, в этом можно не сомневаться, но, похоже, пути назад больше нет. Он пожалел, что не занялся этим в первый раз с кем-нибудь, к кому был бы равнодушен, для практики.

Макс понял, что брюки расстегнуты, но Дэйна отодвинулась. Он открыл глаза. Их взгляды встретились,