Читать книгу - "Искатель, 2012 №5 - Елена Болотова"

Представьте себе: разбивается окно второго этажа, оттуда вылетает кресло. И это на людной улице. Хорошо, что мало жертв. Всего одна. Это «Мерседес», стоявший под окном. Кресло пробило ему крышу всеми четырьмя ножками. Теперь у машины появилось дополнительное сидячее место.

Но это еще не все! Вслед за креслом из окна выпрыгнул нормальный с виду парень, перешел улицу, сел в машину и уехал. Возможно, он очень спешил и у него не было времени выходить через дверь. Возможно! Но мы просим вас, читатели: осторожнее ходите по Москве. Теперь на вас может свалиться весь гарнитур мадам Петуховой...»

Глава 7

У Семена Ароновича было две клички, и мало кто знал обе. Иннокентий знал...

В стародавние времена, в шестидесятые и семидесятые годы, уважаемый всеми соседями житель Арбата Семен Шацкий имел добротную профессию часовщика. И не больше десяти человек определенного круга знали его как Гравера.

Началось все с баловства. Изгнанный с позором из института за джаз, широкие брюки и пятый пункт, Семен прихватил с собой студенческий билет. Этот сувенир давал скидки на проезд, на билеты в кино и другие приятные мелочи. Потом студенческий надо было продлить еще на год... за ночь работы появилась институтская печать.

В те времена осторожность не была еще основной чертой его характера. И однажды в довольно большой компании он похвастался своим студенческим билетиком... Это удивительно, но среди двадцати человек не оказалось ни одного стукача. Иначе бы Сема Шацкий в ближайшие годы не пружинки в часы вставлял, а лес валил.

Но зато в компании был тот, кто имел уже две ходки в зону. Последнюю он завершил досрочно, по собственному желанию... Этот тип ловко свернул разговор о студенческом билете, представив все как шутку, и быстро доставил к столу ящик водки... На следующий день никто не мог вспомнить вчерашнее застолье. А уж о часовщике Семене и его талантах — тем более...

Плохо помнил детали и сам Шацкий. Но вчерашний щедрый гость напомнил ему. Прямо с порога он сунул Семену бутылку пива, выждал пять минут и, когда посчитал, что мозги у будущего Гравера достаточно прояснились, заявил: «Ша, Сема! Больше глупостями не занимаешься... Вот тебе чистая трудовая книжка. Заполнишь ее для меня. Должности — кладовщик, зав. складом. Где — сам придумаешь... И побольше благодарностей вставь. Я был активным борцом с расхитителями...»

...Потом появились другие клиенты, и жизнь у Семена наладилась: жена в шубе, дети в английской спецшколе, теща на даче.

Он жировал так до начала девяностых, когда вдруг печати стали изготовлять чуть ли не в каждой подворотне, а бланки документов продавать в метро... В новые времена талант великого Гравера стал неактуальным.

Но Семен не был бы Ароновичем, если бы не подготовил себе запасной аэродром... За много лет до крушения своего основного бизнеса он начал создавать картотеку потенциальных аферистов. Вернее, не самих аферистов, а тех, кто за приличную оплату готов был сыграть роль в соответствующих постановках. Жулики высокого класса редко работают стандартно. В погоне за крупным кушем они для охмурения доверчивого лоха сочиняют спектакли с множеством действующих лиц. А где взять надежных актеров? У Семена Ароновича, в его картотеке... Вам нужен одноглазый бомж? Берите! Вам нужна блондинка тридцати лет — пожалуйста. Старик в очках и с пуделем — и такой есть. Негр с пятнистым догом — с превеликим удовольствием.

Семен Аронович заметил, что с какого-то момента старая его кличка стала забываться и появилась новая, по месту расположения его картотеки. Теперь его чаще называли Сундук...

Чем больше у людей появлялось денежных знаков, тем больше возникало аферистов, жаждущих частичного перераспределения прибыли в свою пользу.

Шацкий не успевал пополнять свою картотеку. И не уставал дивиться разнообразию растущих запросов потребителей.

Всего неделю назад старый приятель Семена Ароновича, мужчина приятной наружности по имени Иннокентий попросил героя-любовника, такого, на которого сразу могла бы запасть сорокалетняя дама. Этот простой заказ Сундук выполнил сразу.

А вчера Иннокентий потребовал медсестру в белом халате и следователя в милицейской форме... Пришлось потрудиться. Сундук подсунул заказчику детскую врачиху и участкового.

В ходе инструктажа со своими новыми сообщниками Иннокентий заметно нервничал. Сундук подвел его, прислав явных новичков. У них не было шарма, актерского задора. Они с радостью получили бы деньги, но никак не могли выучить свою роль. Путались, увиливали.

В конце концов пришлось все брать на себя. Иннокентий скомандовал своим коллегам: «Стойте у меня за спиной, делайте умные лица и кивайте головами».

...Увидев милиционера в форме, Екатерина Павленко машинально открыла дверь. Иннокентий ринулся вперед, увлекая за собой свою свиту:

— Наконец мы вас нашли, гражданка Павленко! Советую не отпираться и говорить только правду.

— А в чем, собственно, дело?

— Нет, вы только посмотрите на нее... Она еще спрашивает, в чем дело. Спрашивать здесь буду я! Вы знакомы с бандитом Сидоровым?

— Нет.

— Так. Значит, не хотим сознаваться. А у меня доказательства есть, — Иннокентий красиво швырнул на стол пачку фотографий. — Что на это скажете? Не знакома она...

—...Это случайно... Он только помог сумки донести... Я не знала, что это Сидоров.

— Отлично! Пошли первые признания... Капитан, садитесь за стол и пишите протокол. Садитесь и пишите! А вы, сестра, готовьтесь к забору крови. Анализ будем делать.

Иннокентий не ожидал, что последние фразы произведут такой эффект... Екатерина бросилась в дальний угол гостиной, забилась в огромное кресло, сжалась, пытаясь спрятать куда-нибудь свои руки.

— Зачем кровь? Не надо кровь... У меня всегда хорошие анализы.

— Голубушка вы моя, госпожа Павленко, я вам главного не сказал. У Сидорова СПИД... Проверим вас, потом вашего мужа... У вас ведь кроме Сидорова были и с мужем половые контакты?

— Да... С мужем — да, а с Сидоровым — нет.

— Ох, Екатерина! Кто же вам поверит? Поглядите на снимки: вот вы у машины, вот — у подъезда, тут он вас целует, здесь вы лежите. На диване! На этом вот диване!

— Я клянусь...

— Не имеет значения... так вот, вашего мужа на месяц кладем в больницу и начинаем проверять все его связи. Всех тащим на анализы... Он у вас общественной работой не занимается?

— Занимается! Он кандидат...

— Не важно. Раз общественник — придется сотни человек проверять... Прессе попытаемся ничего не говорить. Однако это бесполезно. Журналисты обязательно все пронюхают. Шуму будет...

Здесь Иннокентий понял, что надо сделать передышку... Милиционер склонился над листом бумаги и вместо протокола рисовал чертиков... «Медсестра», раскладывая на столе инструменты, выложила скальпель