Читать книгу - "Игра на опережение - Фридрих Незнанский"

— Но я не просил вас о помощи. — Никодимов отложил ручку.

— И кассета вам тоже не нужна? Не хотите, как хотите, мы никого не принуждаем. Но через какое-то время уже не сможем вам помочь, понимаете?

Никодимов вытер пот со лба, хотел что-то сказать, но в этот момент в кабинет вошел Самоха.

— Это наш стенографист, — представил его Денис в том же жестком тоне. — Если вам проще рассказывать, чем записывать, — рассказывайте…

— Да о чем?

Денис выключил видеомагнитофон и склонился, приблизившись к его посиневшему лицу.

— Обо всем, что у вас творится на телефонном узле. Все, что знаете о несанкционированных прослушиваниях граждан, доверившихся вам и вашему ведомству. Напоминаю: к нам обратился гражданин, которого прослушивают с вашего узла. Решил сначала к нам, поскольку речь идет о его частной жизни, а уж потом, если мы что-то подтвердим, он пойдет в прокуратуру. Но, может быть, вы как раз не против прокуратуры? Может быть, у вас совесть чиста, и пусть себе обращается? Тогда я так ему и передам.

Последнюю фразу Денис произнес громко, и Никодимов вздрогнул, оглянулся на Самоху. Тот строго нахмурился.

— Но я туда недавно был назначен…

— После того, как посадили за взятки вашего предшественника, я в курсе… — нетерпеливо прервал его Денис.

— Я совсем немного там проработал.

— Немного — это сколько?

— Четыре месяца…

— Мало работали, но уже много знаете, не так ли? — сказал Самоха.

Никодимов снова беспокойно оглянулся на грозного Самоху.

— Коля, ладно, спасибо, ты свободен… Значит, вам есть что рассказать? — сощурился Грязнов, склонившись к посетителю. — Пишите, Иван Степанович, — ласково добавил он, поскольку испытывал сейчас облегчение после удавшегося блефа. — И ничего, и никого, пожалуйста, не забудьте. Чтоб все как на духу. Вы поняли меня?

— Извините, — негромко и неуверенно сказал Никодимов, делая еще одну слабую попытку освободиться от его напора. — Но по статье четырнадцатой закона Российской Федерации о связи мы обязаны в соответствии с законодательством оказывать содействие и предоставлять правоохранительным органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, возможность проведения оперативно-розыскных мероприятий на сетях связи…

— Наизусть помните, поди, всю ночь учили, перед тем как сюда явиться? — насмешливо спросил сыщик. — Там же сказано: в соответствии с законодательством. А о чем оно нам говорит? Похоже, вы не все статьи в этом законе прочитали… — Денис достал с полки толстый сборник законов и открыл по закладке нужную страницу. — Вот, например, статья тридцать вторая… Читаю: «Прослушивание телефонных переговоров, ознакомление с сообщениями электросвязи, задержка, осмотр и выемка почтовых отправлений и документальной корреспонденции, получение сведений о них, а также ограничения тайны связи допускаются только на основании судебного решения». Вам предъявили такое решение суда? Покажите!

Никодимов растерянно молчал.

— Вот и подумайте хорошенько над всем этим. Стоит ли покрывать тех, кто вас подставляет? А я вас пока оставлю. Я буду здесь рядом, недалеко. Позовете, когда закончите. И учтите, наша охрана следит за вами через мониторы…

И, выйдя из кабинета, прижался спиной к двери.

— Фу-у… — Он прикрыл глаза. Потом снова открыл их, встретившись взглядом с Самохой, прошептал: — Я, если честно, сначала решил, что все, провал… Никогда еще не видел столь честных глаз у негодяев.

— Ну ты как бульдог, — покачал тот головой. — Вцепишься, и уже тебя не оторвешь… Какой-то он весь испуганный и зажатый, тебе не кажется? И на вора непохож…

— Наверняка подставная фигура. Зиц-председатель, помнишь такого из «Золотого теленка»? Прежнего посадили за взятки, этого припугнули, и теперь те же дела творятся за его спиной.

— Ты на этом взял его на пушку? — негромко спросил Самоха. — На взятках?

— Это проще всего… — небрежно отмахнулся Денис. — Взятки… К такому обвинению такие зиц-председатели всегда готовы. Попробуй докажи! Поэтому я, по примеру одного уроженца славного города Симбирска, пошел другим путем. Сначала проверил его на вшивость, вижу, что колется, и поставил вопрос ребром. И он сразу слинял…

Никодимов писал около часа. Все, что он записал, Денис читал не больше пяти минут, найдя и отметив для себя нужные фамилии. Все сходилось, в том числе по хронологии событий.

Неужели я, какой-то частный детектив, нагнал на этого дядю столько страху? — думал он. Больше, чем эти ребята из органов госбезопасности?

— Вы мне точно поможете? — спросил Никодимов.

— Не сомневайтесь. Сейчас идите домой или на работу, еще раз все хорошо продумайте, и, если вы согласны, завтра же подпишем с вами договор на разумных условиях.

— Я могу от вас позвонить на работу?

— Ну конечно! — пожал плечами Денис и впервые сочувственно посмотрел ему в глаза. — Странный вопрос. Вы могли вообще не приходить. Но, если вы не против, я вас еще раз приглашу для заключения договора. А сейчас возвращайтесь на работу и никому ни слова о том, где вы были и что здесь написали.

— Но я уже сказал на работе, что иду в частное агентство «Глория»… А у нас многие про вас слышали и считают, что здесь работают порядочные люди…

— И они не ошиблись! — подтвердил Грязнов, — Скажете коллективу, если спросят: речь шла о том старом деле о взятках, за которые уже сидит прежний начальник, и всплыли неизвестные прежде обстоятельства, о которых вы ничего не знаете. Для понта, то есть для вашего прикрытия, мы потом пригласим сюда для разговора парочку ваших работников. Повторяю, это в ваших же интересах. И никаких адвокатов. Вы поняли меня?

Сыщик склонился к Ивану Степановичу через стол:

— Поскольку вы здесь все чистосердечно описали, то с этого момента лучшего адвоката, чем я, частный сыщик Денис Грязнов, вы не найдете. И очень вам советую, Иван Степанович! Уходите с этой работы, пока вас окончательно не запутали и не втянули в преступные махинации.

Тот послушно кивнул.

— Но не раньше, чем мы закончим это дело… — удовлетворенно сказал Денис, опустившись в кресло. — Кстати, вас могут припугнуть разоблачением во взятках, которых вы не брали. Это блеф, и не более того. А уж мы со своей стороны постараемся отделить мух от котлет. Взятки — это взятки, а несанкционированное прослушивание без судебного решения — уже из другой оперы.

— Меня могут судить?

— Возможно. Но не обязательно. Если вообще дойдет до суда. Если там вы поможете разоблачить незаконную акцию правоохранительных органов, это будет принято во внимание.

Грязнов постучал карандашом по столешнице, раздумывая.

— Значит, только Бородина и его соседа Слепцова в течение последней недели прослушивали на вашем узле и прослушивают до сих пор?