Читать книгу - "Рассказы - Ричард Мэтисон"

видя, как универсал проносится мимо бензовоза. Этот разъяренный водитель может преспокойно катить дальше, маньяк ему не опасен. Бешеный Дальнобойщик выбрал Мэнна, другие его не интересуют.

Просто наваждение какое-то. Но нет, это происходит в действительности.

Мэнн переехал на обочину. Убрал рычаг со скорости, откинулся на сиденье, глядя на грузовик. Опять разболелась голова, в висках стучал пульс, как накрытые подушкой часы.

И что же теперь делать? Он не сомневался, что, если выйдет из машины и направится к грузовику, тот отъедет и запаркуется в отдалении. Надо принять факт, что ты имеешь дело с психопатом. Мэнн вновь ощутил тремор мышц желудка. Сердце небыстро, но сильно билось о грудную клетку.

Что теперь?

Внезапно нахлынул гнев, Мэнн воткнул передачу и газанул. Колеса повизжали, прежде чем схватились за грунт; машина вильнула на асфальт. И сразу же пришел в движение грузовик. «Этот урод держал мотор на холостых!» — со страхом и ненавистью сообразил Мэнн.

Он нажал на педаль акселератора — и вдруг понял, что не проскочит. Грузовик перегородит дорогу, и Мэнн врежется в прицеп. Воображение живо нарисовало яростную вспышку и чернеющее в языках пламени тело. Он притормозил — осторожно, чтобы не потерять управление.

Решил, что скорость упала до безопасной, свернул на обочину и остановился, переведя рычаг в нейтральное положение.

Ярдах в восьмидесяти грузовик тоже съехал с дорожного полотна и стал.

Мэнн барабанил пальцами по рулевому колесу. Что дальше? Развернуться, проехать назад, найти боковую дорогу и перебраться на другую трассу до Сан-Франциско? Но где гарантия, что бензовоз не поедет следом? Мэнн зло закусил губы — с такой силой, что задергались щеки.

Нет! Он не повернет назад!

На его лице вдруг отразилась решимость. «Черта с два я просижу тут целый день!» Он включил первую скорость, вывел машину на асфальт. Увидел, как тронулся бензовоз, но сам не стал разгоняться, а пристроился за прицепом, ярдах в тридцати.

На спидометре сорок миль в час. Водитель высунул руку из окна, помахал вперед. Как это понимать? Псих взялся за ум? Решил наконец, что дело слишком далеко зашло?

«Так я тебе и поверил», — подумал Мэнн.

Повсюду горные кряжи, но дорога прямая, насколько хватает глаз. Размышляя, Мэнн постукивал пальцем по кнопке звукового сигнала. Допустим, он будет ехать за бензовозом всю дорогу до Сан-Франциско, держась близко, но так, чтобы не травиться выхлопом. Вряд ли дальнобойщик перегородит перед ним шоссе. А если съедет на обочину, якобы пропуская, Мэнн на этот трюк не купится, он тоже примет вправо. Так надежнее, хотя день обещает быть длинным и утомительным.

С другой стороны, еще одна попытка обогнать грузовик стоит риска. Несомненно, подонок именно этого и ждет, но таким огромным автомобилем управлять сложнее, чем легковушкой. Законы механики на стороне Мэнна. У бензовоза преимущество в массе, но он проигрывает в устойчивости, да к тому же у него прицеп. Если, скажем, Мэнн рванет на скорости восемьдесят миль в час и впереди будет — наверняка будет — несколько крутых подъемов, грузовик отстанет.

Хватит ли смелости долго держать эту скорость — вот вопрос. Мэнн еще никогда так не гонял. Но чем дольше он обдумывал свою затею, тем соблазнительней она выглядела. Куда привлекательней, чем альтернативный вариант.

Наконец Мэнн решился. «Давай!» — скомандовал он себе. Проверил трассу впереди, от души газанул и перескочил на встречку. Настигая грузовик, напрягся: вот сейчас тот подрежет! Но бензовоз не покинул свою полосу. Легковушка преодолела всю его огромную длину. Мэнн повернул голову и увидел трафаретную надпись на дверце кабины: «КЕЛЛЕР».

«КИЛЛЕР» — показалось ему, и он аж притормозил в страхе. Но снова прочитал фамилию, понял свою ошибку и резко вдавил педаль газа. Увидев в зеркале отражение грузовика, перестроился.

А потом его затрясло, в нем смешались облегчение и страх. Грузовик разгонялся. Намерение дальнобойщика прояснилось, и удивительным образом это благотворно сказалось на нервах Мэнна. Да вдобавок Мэнн запомнил его лицо и узнал фамилию — эти обстоятельства как будто уменьшали опасность. Прежде дальнобойщик был безликим и безымянным — не человек, а воплощенный мистический ужас. Но теперь это по крайней мере личность.

«Ладно, Келлер, — мысленно проговорил Мэнн, — поглядим, на что способен твой серебристо-красный антиквариат».

«Приступим», — подумал он и прибавил газу.

Мэнн скривился — спидометр показывал всего семьдесят четыре мили. Он все жал на газ, глядя то вперед на шоссе, то на приборную доску. Стрелка спидометра добралась до отметки восемьдесят. Пожалуй, есть чем гордиться. «Эй, Келлер! — мысленно воззвал он. — Попробуй теперь догнать, гад!»

Через несколько секунд Мэнн посмотрел в зеркало заднего вида. Да что же это?! Бензовоз сократил отрыв?! А что на спидометре? Семьдесят шесть! Проклятье! В гневе Мэнн снова утопил педаль акселератора. Должно быть не меньше восьмидесяти! От напряжения дыхание сделалось судорожным.

Он заметил справа на обочине стоящий под деревом бежевый седан. Внутри молодая пара, разговаривают. И вот они уже позади, их безмятежный мирок стремительно удаляется от мирка кошмарного, в котором нынче живет Мэнн. Они хоть заметили его, проезжавшего мимо? Вряд ли.

Он вздрогнул от неожиданности — на капот и лобовое стекло упала тень проходящей поверху эстакады. Рваный вздох, взгляд на спидометр. Восемьдесят одна миля. Что в зеркале? Грузовик догоняет или это воображение шалит? Мэнн с надеждой всмотрелся вперед: раз есть эстакада, значит поблизости должен быть населенный пункт. Черт с ней, со встречей; он остановится у полицейского участка и расскажет о случившемся. Ему обязательно поверят. С чего бы ему сворачивать с шоссе и искать полицию, не будь это правдой? И наверняка в здешних краях Келлер уже успел снискать худую славу. «Ну разумеется, мы его поймаем, — услышал Мэнн воображаемое обещание безликого полицейского. — Этот чокнутый негодяй уже давно напрашивается, и теперь он ответит за все».

Мэнн встряхнулся и посмотрел в зеркало. Грузовик и правда уже ближе! Раздраженная гримаса, взгляд на спидометр. Опять семьдесят четыре! Раззява чертов, хватит считать ворон! Застонав от злости на себя, Мэнн прибавил газу. «Даешь восемьдесят! — приказал он себе. — За тобой гонится убийца!»

Дорога здесь пересекала цветущий сад. «Сирень», — определил Мэнн. Белизна и пурпур, бесконечные ряды кустов. Возле шоссе халупа с вывеской «СВЕЖИЕ ПОЛЕВЫЕ ЦВЕТЫ». К халупе примыкает дворик, на ограде из упаковочного картона криво выведено: «ПОХОРОНЫ». Мэнну вдруг представилось, как он лежит в гробу, весь размалеванный — не человек, а гротескный манекен. Нахлынул густой цветочный запах. Рут и дети сидят в первом ряду, опустив голову. И здесь же вся родня…

Машину вдруг затрясло на плохом асфальте; что