Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

и отказывался возвращаться в Великобританию. Питер приехал во Флоренцию, чтобы найти сына, прежде чем тот спустит еще больше семейных денег. Но после того как я рассказала о моей работе, Питер больше не хотел говорить ни о чем другом. Он рассказал, как недавно у него диагностировали диабет второго типа и теперь ради своего здоровья ему придется изменить все свои привычки. Болезнь не должна так сильно влиять на его жизнь. Я пыталась объяснить ему это, но он не хотел меня слушать. Сказал, что, как только найдет Тристрама и вернет его домой, ему понадобится профессионал, который сможет держать его в узде и учить правильному образу жизни. — Дженни замолкла, вспоминая свое знакомство с будущим женихом. — Во время нашей первой встречи я ничего особенного в нем не заметила, но все равно дала ему контактные данные моего агентства на случай, если он захочет нанять медсестру. Если честно, я просто проявила вежливость. Но несколько недель спустя он позвонил в агентство и попросил их прислать меня. Не знаю, почему он захотел нанять именно меня: я не была с ним особенно дружелюбна во время нашей первой встречи. Даже совсем наоборот. Но он сказал представителям агентства, что не потерпит отказа. К тому же моя клиентка к тому времени поняла, что нуждается в уходе, обеспечить который в одиночку я уже не могла. Она решила переехать в дом престарелых. Мой контракт подходил к концу. Я не стала отказываться от предложения сэра Питера. Работа есть работа.

— Когда вы начали работать на сэра Питера? — спросила Джудит.

— В прошлом феврале. Если честно, я не сразу нашла с ним общий язык. Он оказался именно таким, каким я его и представляла. После каждого приема пищи пил портвейн и закусывал сыром, называл женщин «бабенками» и больше всего любил охотиться на фазанов с другими местными землевладельцами. Все они, разумеется, были мужчинами. И он никогда не воспринимал ничего серьезно, ему все вокруг казалось забавной шуткой. Он стал моим ночным кошмаром. Не принимал таблеток, не следил за здоровьем. Именно об этом он меня когда-то предупреждал.

— Что изменилось?

— Не знаю, но, работая медсестрой в домах клиентов, я заметила, что рано или поздно они показывают свои настоящие лица. Я узнала Питера ближе и поняла, что его крики — это всего лишь крики. Под личиной уверенного в себе человека скрывался… Сложно объяснить, но мне кажется, он был вовсе не столь уверен в себе, как всем казалось.

— Отчего это, как вы считаете?

— Думаю, все дело в его деньгах. Он рос, зная, что однажды унаследует состояние. У него не было цели. А если в жизни нет сложностей, разве она того стоит? К тому же я увидела, насколько любящим он способен быть. Он обожал своих детей.

— Даже Тристрама? — спросила Джудит.

— Даже Тристрама.

— Нам так не показалось.

— Они слишком похожи друг на друга, вот в чем проблема. В них обоих чересчур много страсти, они заводятся с полуоборота. Но я видела, как сильно их ссоры расстраивали Питера. Он понимал, что их с Тристрамом отношения разрушены, но не знал, как вернуть все на круги своя.

— Если верить Эндрю Хасселби, их отношения были не просто разрушены. Сэр Питер и правда вам не говорил, что, по его мнению, Тристрам хотел его убить?

— Не говорил, и, если честно, мне сложно не чувствовать себя преданной. Возможно, если бы он только обо всем мне рассказал, я бы смогла помочь им помириться. Питер никогда ни от кого не хранил секретов, тем более — от меня. Почему он ничего мне не рассказал?

Все они услышали шум, раздавшийся со стороны ведущей на кухню двери. Джудит жестом показала всем замолчать, но больше ничего слышно не было, поэтому она велела Сьюзи продолжать говорить, а сама медленно двинулась в сторону двери.

— Вы правы, — сказала Сьюзи, пытаясь поддержать разговор. — Странно, что он не поделился с вами своими страхами.

Джудит рывком открыла дверь, и внутрь комнаты, потеряв равновесие, ввалился испуганный Тристрам.

Он выглядел и смущенным, и злым одновременно. Когда Тристрам выпрямился, Джудит заметила, что он слегка растерян. Возможно, он был вовсе не таким смышленым, каким хотел казаться.

— И часто вы подслушиваете чужие разговоры под дверями? — спросила она.

— Только когда эти двери принадлежат мне, — ответил Тристрам, вернув самообладание. — Думаю, я могу подслушивать под любой дверью в этом доме. Я пришел только для того, чтобы спросить Дженни, когда она собирается уехать.

Дженни не поняла вопроса.

— Теперь это мой дом, — сказал Тристрам. — Так когда вы съедете?

Женщины пришли в ярость.

— Ее жених умер вчера, — сказала Бекс.

— Ага, знаю. Он был моим отцом. Но теперь дом принадлежит мне, и я хочу, чтобы она уехала.

— Вы быстро оправились, — заметила Сьюзи.

— Что вы имеете в виду?

— Прошлым вечером вы были разбиты, но, кажется, довольно быстро оправились от смерти отца.

— Вы даже не представляете, что я сейчас чувствую, — пренебрежительно сказал Тристрам.

— Это не ваш дом, — твердо заявила Джудит. — Вы ничего не унаследуете до тех пор, пока завещание вашего отца не пройдет проверку в суде, а это может занять месяцы. И вообще, с чего вы взяли, что унаследовали этот дом?

— В семье Бейли наследником всегда становится старший сын. Так было всегда начиная с семнадцатого века.

— До тех пор, пока ваш отец не составил в прошлом месяце новое завещание.

— Ну да, так сказал юрист. Но завещания нет, а значит, я все еще единственный наследник.

Пока Тристрам говорил, Джудит запустила руку в сумочку и достала баночку с леденцами.

— Могу ли я задать вам вопрос? — спросила она, выбирая присыпанную сахарной пудрой лимонную сладость. — По какой именно причине отец вышвырнул вас из дома в конце ноября?

Джудит закинула конфетку в рот, прекрасно осознавая, что ее пренебрежительное отношение раздражает Тристрама.

— Разве это не очевидно? — сказал он, сжав правую руку в кулак. — Мы поссорились.

— Из-за чего?

— Я не обязан вам ничего рассказывать.

— Не обязаны, но это логичный вопрос.

— Ничего подобного.

— О чем вы с отцом спорили?

— Это вас не касается, понятно? — продолжил Тристрам. На его лице промелькнул гнев. — Наши с отцом отношения — это наше дело. И что вы вообще здесь делаете?

— Мы пришли в гости к Дженни, — ответила Сьюзи и встала рядом с Джудит, еще дальше отталкивая Тристрама от Дженни.

— Верно, — согласилась Бекс и присоединилась к импровизированной баррикаде, хотя по тому, как она спряталась за плечом Джудит, было понятно, что она ощущала себя менее уверенно, чем подруги.

— И Дженни просит вас уйти, — сказала Джудит и положила баночку