Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

— Болото Сэддлуорт, Бекки, — наконец сжалился Том. — В шестидесятые Брэйди и Хиндли убили пятерых детей. Тела четырех из них были зарыты на болоте, а одну жертву так и не нашли.

— Ах да, точно. Извините, не связала, — смущенно покраснела Бекки. — Только… Разве у Роберта было время выкопать яму?

Том покачал головой.

— Сомневаюсь, — произнес он. — Или Джумбо приберегает главную новость — в доме обнаружена лопата со следами торфа?

Джумбо ответил красноречивым взглядом.

— Так я и думал.

Том встал и выпрямился, сунув руки в карманы брюк.

— Только учти, Джумбо, — даже ради расследования все болото выкачать не получится, — произнес он.

Глава 44

Сидя на пляже и глядя на играющих детей, чувствую, как внутри затеплился крошечный огонек счастья. В первый раз позволила себе быть счастливой с тех нор, как потеряла Дэна, а через два месяца — родителей.

Я просто не в состоянии была смириться с их гибелью. Помню, как кричала на приехавшего в дом полицейского инспектора. Они пытались объяснить, что произошло. Говорили, что смерть моих родителей была совершенно безболезненной. Но я чувствовала — что-то здесь не так. Этого просто не могло быть. Полицейские сказали, что в доме есть прибор для определения содержания оксида углерода в воздухе, но батарейки в нем отсутствуют. Должно быть, мой отец достал их, чтобы поменять, а потом просто забыл? Нет, это было невозможно. У папы не переводились запасы батареек всех существующих видов. И вообще, во всем, что касалось таких вещей, у него был настоящий пунктик. Я отвела инспектора в сторону и показала ящик, где они хранились. Папе даже не надо было покупать новые батарейки, так почему же он их не поменял?

Но полицейские меня не слышали. Когда опасные пары выветрились и было признано, что в доме находиться безопасно, какая-то добрая женщина-полицейский отнесла Жасмин в свободную спальню и уложила на новый развивающий коврик — подарок, который мама с папой купили ей в честь новоселья. И тут у меня зазвонил мобильный телефон. Разговаривать я просто не могла. Ни с кем. Не знала, как произнесу слова «родители погибли». Они просто застрянут у меня в горле. Инспектор взял у меня телефон и сам ответил на звонок. Не помню, что он говорил, по, когда вернул мне мобильный, произнес: «Роберт Брукс просил передать, что скоро приедет». Про Роберта я совсем забыла. Он ждал меня в квартире. Когда фургон, который папа взял напрокат, так и не приехал, Роберт посоветовал съездить к родителям самой и узнать, почему они задерживаются. Мы договорились, что я позвоню, когда буду ехать обратно.

Узнав, что о случившемся теперь знает кто-то еще, кроме полиции, я почувствовала облегчение. Казалось, с моих плеч сняли часть ноши. И я была рада, что приедет именно Роберт. Я знала его совсем недавно, однако с того дня, когда выставила квартиру на продажу, а он приехал ее смотреть, Роберт всегда был добр ко мне. Он казался мне сильным, всегда знающим, как поступить. Не могла дождаться его приезда и отчаянно жаждала поддержки.

Было такое чувство, будто Роберт добирался до дома родителей целую вечность, хотя сам потом говорил, что мчался точно гонщик. Между тем криминалисты обследовали все сверху донизу, но ничего подозрительного не нашли. Никаких признаков присутствия посторонних, и за исключением весьма сомнительного доказательства в виде вынутых батареек, ничто не указывало на то, что несчастный случай подстроен.

Приехал инженер, чтобы осмотреть бойлер. Проблему он выявил сразу. Объяснил, что вентиляционное отверстие необходимо для того, чтобы пропускать холодный свежий воздух, который вытесняет газы, поднимающиеся по дымоходу, или что-то вроде того. Тут я на какое-то время вышла из состояния зомби и принялась внимательно слушать. Я должна была понять, что произошло. Когда инженер показал старое полотенце, которым было заткнуто вентиляционное отверстие, я была просто вне себя.

— Что за бред? — кричала я снова и снова. — Папа не мог этого сделать!

Инженер просто указал на тройные стеклопакеты с теплоизоляцией, которые в доме родителей были установлены на каждом окне, а на всех дверях, даже межкомнатных, прикреплены уплотнители от сквозняков. Инженер предположил, что папа был зациклен на экономии и был готов пойти на что угодно, лишь бы сэкономить по счетам. Я вынуждена была признать, что инженер попал в точку. Папа действительно был одержим идеей не пропустить в дом ни единый сквозняк, а вентиляционное отверстие по сути своей противоречило этой цели. Но неужели папа действительно мог сделать такую глупость?

Все печально смотрели на меня. Роберт обнял меня за плечи. Помню, как с досадой сбросила его руку. В утешении я не нуждалась. Все, что мне было нужно, — чтобы кто-нибудь отнесся к моим подозрениям серьезно.

А потом выяснилось, что проблема была не только в заткнутом отверстии. Герметичность вытяжной трубы оказалась нарушена на стыке. Бойлер в доме у родителей был старый — тут возразить было нечего. Получалось, что через эту трубу происходила утечка токсичных газов. Выходило, будто мой папа сам во всем виноват.

Помню, как подогнулись колени, а потом меня окутал черный туман. Кто-то поймал меня и уложил на диван. Но я сопротивлялась забытью, потому что должна была убедить полицию — они ошибаются. Тогда я думала, что Роберта мне сам Бог послал, хотя его объятия и утешения были мне не нужны. С другой стороны, не его вина, что от полиции никакого толку. Роберт был единственным, благодаря кому я окончательно не потеряла голову. Даже посреди всего этого кошмара не забыл напомнить, что пора кормить Жасмин.

Когда у меня просто закончились аргументы и доводы, именно Роберт извинился от моего имени перед полицией. Я не хотела, чтобы он это делал, но рассудила, что криками делу не поможешь. Пришлось смириться, что доказательств у меня нет, к тому же я не представляла, кто мог злоумышлять против моих родителей, и не могла назвать возможного убийцу.

Я чувствовала — инспектору дело тоже кажется подозрительным. Слышала, как он разговаривал с криминалистами. Подошла к двери кладовки, в которой они совещались, и слышала, как инспектор просил их внимательно осмотреть все еще раз и убедиться, что в дом точно никто не проникал. С определенной натяжкой можно было предположить, что папа специально заблокировал вентиляционное отверстие, но про батарейки он никак забыть не мог. Оставалось предположить, что у него ни с того ни с сего резко изменился характер или началась ранняя болезнь Альцгеймера.

При