Читать книгу - "Тайны клуба верховой езды - Грета Фогель"

теплого запаха сена. Утирая рукавом куртки соленые, как океан, слезы, я пыталась понять, почему мне так больно. Потому что Мэттью во всем прав? Потому что все это время я вела себя глупо, как малый ребенок? Или из-за того, что меня все это время обманывали? Чувство вины за ложь испарялось само собой. Лжеца провели. Наверно, больше всего сердце сейчас надрывалось от разочарования в человеке, который оказался совсем не тем, за кого себя выдавал. Кто бы мог подумать, какая ирония! Мы друг друга стоили.

Мэттью не стал меня останавливать и не пошел за мной. Я и не ждала. Этот новый человек, настоящий Брок, уже стал мне более-менее понятен. Он даст мне время прийти в себя и поплакать, выдавить из себя все горькие чувства, включая разочарование, печаль и ощущение никчемности. Смогу ли я после всего этого принять его предложение и продолжить видеться? Пойти с ним на свидание? Узнать его реального, без розовых очков и идеализации? Я не знала ответа на этот вопрос. Если сумею простить себя и перестать ненавидеть, то да.

Телефон в кармане завибрировал, и я поскорее глянула на дисплей. Мне ужасно хотелось, чтобы сообщение было от Мэттью. С извинениями, с теплыми словами. Но на экране высветилось: «Анна, это великолепная идея! В каком формате ты бы хотела провести мероприятие?» Я пообещала никуда не лезть, значит, и экспертиза почерка больше не нужна. К черту конкурс экопроектов, пусть с этим разбирается полиция. Они же там все такие квалифицированные и умные.

«Да так, есть пара мыслей. Сделайте ярмарку-распродажу с аттракционами».

Банальное предложение, вторичная идея… но я все равно в этом не буду участвовать. Какая мне разница.

Впрочем, Линде моя задумка все равно очень понравилась. Ну, хоть кому-то! И только здравый смысл отозвался: «Конечно, она рада, ей же предложили способ, как она и ее приятели смогут сэкономить свои богатейские деньги».

Жалко, что в Мексику не получится съездить. Больше всего на свете мне хотелось сбежать и все забыть, а по возвращении домой обнаружить, что сестра просто ждет меня. Выбраться с ней в кафе, болтать обо всем и ни о чем сразу. Рассказать про понравившегося мужчину. Сообщить, что я наконец-то могу любить снова.

В бохо-магазин, как его обозвал Мэттью, я тоже пока не вернусь. Запрусь дома и буду пить свой горячий шоколад, пока попа не слипнется.

Глава 10

Следующая неделя оказалась похожа на ад. Вернувшись в бабушкину квартиру, я проплакала весь вечер и даже не смогла заставить себя поесть. В большом конверте, помимо длинного письма, оказалась краска для волос, как раз под мой натуральный тон. От меня требовалось чертовски много, и меня предупредили, через что придется пройти в ближайшие несколько дней. Но это все еще было лучше, чем сесть в тюрьму. Я проснулась с высокой температурой, сломленная и разбитая. По иронии Мэттью предлагал объяснить отказ от запланированной поездки как раз плохим самочувствием. Так что, когда приехала полиция, она застала рядом со мной еще и доктора. Я соврала, что плохо чувствовала себя еще и до отъезда, но температура поднялась только с утра. По симптомам мое состояние очень напоминало очередной штамм гриппа, недавно разгулявшийся по стране, и мои показания не вызвали вопросов. Видимо, платье для вечера у матери мэра оказалось слишком легким, а я просто не заметила, что замерзла и как меня кто-то обкашлял. Вопреки возмущению врача, детективы потащили меня в участок – тот самый, уже успевший стать родным. Я и хотела, и боялась столкнуться с Мэттью, но при этом не знала, как буду вести себя с ним, если увижу. Но мы не пересеклись. Шагая по коридору в комнату с непрозрачным стеклом, я не приметила среди сотрудников участка знакомых волос, похожих по цвету на стог сена. Разговаривал со мной сам шеф полиции. Глядя на мои красные от жара щеки и мутные глаза, он быстро свернул процедуру допроса и вскоре отпустил меня домой.

«Тебя не станут задерживать, против тебя нет никаких улик. Сначала побеседуют с родителями, но те подтвердят, что у вас с Анной были доверительные отношения без ссор и конфликтов. Не пугайся формулировки „Не покидайте пока город“ – она стандартная. Когда полиция опросит всех остальных знакомых и соседей, то поймет, что ты непричастна. Однако из списка подозреваемых тебя пока не уберут», – гласила одна из строчек письма Мэттью. Вот так и завершилось моя служба в полиции: вчера я была детективом, пусть и ненастоящим, а сегодня – подозреваемым. Ужасный карьерный рост, если честно, минус пять баллов из пяти. Всю неделю меня навещали родители и как в детстве готовили суп и другую еду, а я их утешала и поддерживала, зная, что Брок и команда полицейских делают все возможное, чтобы отыскать мою сестру. Возможно, Мэттью даже удалось убедить начальство не закрывать дело и связать исчезновение Анны с расследованием, которое она вела. Это было бы логично. Еще пару раз ко мне домой приезжали сотрудники полиции, чтобы уточнить какие-то детали, но в участок больше не забирали. Брок в письме, которое еще в воскресенье вечером превратилось в пепел в бабушкином камине, обещал, что так оно и будет. Сам он тоже не объявлялся и всего один раз написал, спрашивая про самочувствие, и предлагал перенести встречу с воскресенья на другой день, пока я полностью не поправлюсь. Кто-то из коллег, вероятно, передал, что я заболела.

Иногда я садилась и по старой привычке пыталась понять, какую роль во всем происходящем сыграла Четверка Апокалипсиса, какую – Лана и ее друзья – дети всадников, а какую – сам мэр. В температурном бреду мне снились записки, шифры и убийца, чьего лица я не помнила после пробуждения.

В пятницу вечером мне позвонила Линда, приглашая на закрытый благотворительный вечер от колледжа. Я уже шла на поправку, и мне надоело валяться в кровати. После столь активного образа жизни было сложно вернуться к серым будням. Несколько секунд я колебалась, принять ли предложение, а потом подумала, что общение мне совсем не помешает. Я не собиралась ничего расследовать или лезть не в свое дело. На вечере соберется много народа, и я буду на виду. Если бы кто-то хотел мне навредить, он бы уже это сделал. И потом, на всех этих собраниях всегда такие восхитительные закуски.

Я приняла ванну и