Читать книгу - "Ангел-истребитель - Донн Кортес"

— Нет. Я хотел сказать, хватит выжидать. Подготовка завершена.

Моргнув, Никки избавилась от гневных слез, мешавших ей видеть, и встретила его невозмутимый взгляд.

— Хватит с тебя мертвых подруг, — сказал Джек. — Пора браться за работу.

Их было только двое. Отсутствие опыта, ограниченные финансы, минимум ресурсов. У них не было доступа к полицейским архивам, специалистам, оборудованию. Их единственное преимущество состояло в том, что они сами были преступниками, — но это преимущество было весомым.

— Убийцы, которые охотятся за проститутками, не всегда убивают их, — сказал Джек. Он работал, расширяя багажное отделение недавно купленного с рук белого фургона «Эконолин». — Иногда они просто занимаются с ними сексом.

Никки протянула ему зажимные тиски.

— Ну да, а бывает, что они сначала занимаются с ними сексом, а потом уже убивают. Или наоборот.

Джек затянул гайку на болте, только что ввернутом в пол багажного отделения.

— Едва сообразив, что ты не из полиции, убийца может проявить излишнюю самоуверенность. Скажем, намекнет о том, что собирается с тобой сделать, или похвастается тем, что сотворил с предыдущими жертвами. Справишься?

— За мои нервы можешь не беспокоиться, — ответила Никки. — Я способна, не переставая улыбаться, отсосать у самого дьявола.

— Отлично. Может, и придется…

Никки была в черном парике с кудряшками. Джек тенью следовал за нею и ее клиентами, ведя прослушивание их бесед с помощью крошечного микрофона в ее сумочке, в любую минуту готовый вмешаться. Вскоре они установили график работы: еженощно с девяти вечера до трех утра они выходили на Бульвар, где Никки меняла фальшивые ласки на настоящие доллары, а Джек стоял на страже где-нибудь неподалеку.

Прошло три месяца.

Не меньше сотни раз Джек слышал, как Никки отсасывает v клиентов. Как она занимается сексом в гостиничных номерах, в автомобилях, в пустых аллеях. Количество психов, которые ей попадались, резко подскочило, поскольку теперь она специально их выискивала; если клиент вел себя странновато, она делала все возможное, только чтобы заставить его окончательно съехать с катушек. Уже несколько раз Джек был готов вмешаться, но тревога всегда оказывалась ложной: клиент не желал заплатить сполна или перегибал палку с грубостью. Иногда Никки возвращалась домой с синяками, но никто из клиентов еще не попытался задушить ее. Она высматривала Ричарда, сутенера-притворщика, но тот, видимо, понял намек, поскольку вот уже несколько месяцев не появлялся на Бульваре.

И тогда, однажды ночью в конце марта, она повстречала Луиса.

Он подъехал в семейном автомобиле с наклейкой «Ребенок на борту» на заднем стекле. Водителю лет тридцать пять; дородный мужик с ползущими к затылку залысинами, зеленоватым цветом лица и густыми черными усами. Он лучезарно улыбался, разглядывая Никки.

— Хола, красавица! Как делишки сегодня?

— Нормально. Только одиноко что-то, да и в кармане пусто, — сказала она с такой же улыбкой.

— Тогда я, наверное, тебе помогу. Садись в тачку, прокатимся. Составь мне компанию и получишь сотню долларов.

— Предпочитаю две сотни.

— Да, прогулки по ночному городу обходятся все дороже. Но ты, сдается мне, стоишь этих денег, да?

— Есть только один способ выяснить…

Он ухмыльнулся и кивнул. Никки скользнула на пассажирское сиденье, бросив мимолетный взгляд назад. Ни детского сиденья, ни игрушек, ни фантиков от конфет.

На наклейке «Ребенок на борту» все еще красовался магазинный ценник.

— На желтых огнях лучше тормози, — сказала она, когда машина отъехала от тротуара. — Мы ведь не хотим, чтобы нас прервали, верно?

Слово «желтый» служило для Джека сигналом «Будь начеку». Услыхав, что клиент предлагает сэкономить на мотеле и поехать к нему домой, Джек понял, что у них появился вполне реальный кандидат. Он следовал за машиной, но старался держаться вне видимости: GPS-устройство в сумочке Никки позволит отыскать ее с точностью до нескольких метров.

Он последовал за ними по джорджийскому виадуку, в конце совершил плавный поворот и выехал под саму эстакаду. Здесь тянулась полоса незастроенных индустриальных участков, зажатая между китайскими кварталами и берегами бухты Фальс. Каждое лето здесь прокладывали извилистую трассу мотогонок, но в марте стальные зрительские трибуны и бетонные заграждения дожидались своего часа, составленные рядами на обнесенных колючей проволокой участках.

Почему-то Джек совсем не удивился, когда автомобиль впереди резко затормозил.

Сам он оставил фургон в квартале от него, а остаток пути проделал пешком. Джек пробирался в темноте бесшумно и быстро, готовясь к схватке с убийцей.

— Он отпирает ворота склада, — произнес ему на ухо голос Никки. — Говорит, там хранится ключ от трейлера. Я позволю запереть за нами ворота — пусть чувствует себя в полной безопасности.

Джек замер на месте.

Кусачки остались в фургоне.

Никки уже не предупредить; разработанный заранее план не изменишь. Джек поспешил назад прежним маршрутом.

Когда Джек схватил кусачки, клиент Никки уже запер ворота. Перестав беспокоиться о соблюдении тишины, Джек помчался туда со всех ног.

— Ну что, Луис, теперь ты готов размяться? — услышал Джек слова Никки. Микрофон был настолько чувствителен, что ему показалось, она стоит где-то рядом. Он слышал, как распахнулась дверь трейлера, почти видел, как Никки с Луисом поднялись внутрь…

Он не бегал в темноте с тех пор, как был ребенком, когда летней ночью стремглав пересекал широкую и пустую детскую площадку. Это было похоже на сон… и тогда нога Джека, уже оторвавшись от земли, вдруг задела за что-то твердое.

Был долгий, растянутый во времени миг падения во тьму, оборвавшийся, когда Джек со всего маху налетел лицом о стену. Темнота вспыхнула красным, но сразу же побледнела, теряя насыщенность красок.

— …Даже не знаю, Луис. — Голос Никки. Прорезав туман разлившейся в черепе боли, он вернул Джека к жизни. — Мне не очень-то нравится делать это с бисексуалами. Ты ведь можешь заразить меня чем-нибудь.

Она высмеивает его, провоцируя. Полагаясь на помощь Джека.

Он лежал в ледяной луже. Сколько же он пробыл в отключке? Правая рука успела совсем онеметь от холодной воды. Кусачек не видно — он выронил их где-то рядом, в скопище теней.

— О, чикита, я вовсе не такой. — Голос Луиса. Он не казался рассерженным. Напротив, слова звучали радостно и уверенно. Плохо. Очень плохо.

Нет-нет, это здорово. Именно этого они и ждали, на это надеялись, этого с таким трудом добивались. И как только Джек сможет подняться на ноги…

Наконец это ему удалось, но мир вдруг совершил пируэт под каким-то странным углом, и он вновь оказался на земле. Голова кружилась, словно после злоупотребления текилой. Джек расстался с содержимым желудка, стараясь производить как можно меньше шума.