Читать книгу - ""Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 - Леонардо Падура"

Мужчины глядели вслед Анетте, шагающей по грязной траве.

Закончив говорить по телефону, тренер протянул ей руку и поспешил предупредить, что скорее всего через минуту-другую ему снова позвонят. Анетте прервала его жалобы по поводу отсутствия на матче одного из игроков.

– Мы разыскиваем Дэвида Бовина из ЦКЭ Эст. Как я понимаю, он играет в первой команде. – Анетте перевела взгляд на поле, стараясь отвлечься от странных желтых зубов тренера. – Он владеет кое-какой информацией, касающейся расследуемого дела об убийстве, и недоступен с вечера пятницы.

– В таком случае вам известно гораздо больше, чем мне. – Тренер смачно сплюнул на дерн. – Нам его уже не хватает – с тех самых пор, как он не пришел на разминку час назад.

– У вас есть какие-нибудь идеи, где он может быть?

– Если бы они у меня были, то вон те десять ребят не канителились бы так. Так что – нет.

– Но он популярен в команде?

Тренер посмотрел на Анетте озадаченно.

– О да, конечно. Он один из наших лучших игроков. В противном случае его бы просто не взяли в команду. Ведь он из гражданских, к тому же староват. Вообще-то он должен быть в возрастной команде. Но когда я увидел, как он играет в товарищеском матче, немедленно переманил его к себе. Суперотдача. – Тренер вытряхнул из мятой пачки сигарету без фильтра и закурил.

– Вообще толковый парень, так вы считаете?

– Ну, он такой, немного ботан, знаете. Или трещит без умолку, или слова из него не вытянешь. Но он проводит в клубе кучу времени. Волонтерская работа и все в таком духе. Раз в неделю тренирует в Северной Зеландии группу детей, находящихся под социальной опекой. Не получает за это ни кроны и сам оплачивает дорогу. Ума не приложу, зачем ему это все.

– Детей под опекой?

– Детдомовцев. Их в Дании до черта, хотя никто о них особо не говорит. И они также нуждаются в физическом развитии и приятном времяпрепровождении. Бовин принимает эту тему близко к сердцу. Он ведь и сам из них, если можно так выразиться.

Телефон тренера зазвонил, и он поднял указательный палец, давая Анетте понять, что их беседа завершена. Она схватила его за рукав, прежде чем он успел убежать.

– А что вы имеете в виду, «сам из них»?

Тренер прикрыл рукой микрофон на телефоне:

– Простите, но мне придется ответить…

– Бовин что, сам был в детском доме, или как это понимать?

– Я не знаю подробностей и понятия не имею, в течение какого времени, но да, он говорил, что вырос в детском доме. – Он быстро отвернулся и продолжил говорить в телефон, поспешно удаляясь. – Да, Микаэль, я тут. Ну как, сможешь прийти?

Анетте вцепилась ему в руку, ей пришлось бежать рядом с ним трусцой.

– А где? Вы знаете, где?

Он покачал головой и прикрыл освободившейся рукой ухо. Анетте вклинилась в телефонный разговор:

– А место, где он учит детей? Где он проводит футбольные тренировки для детей? Вы знаете, где это?

Тренер опустил телефон посередине очередной фразы:

– В Северной Зеландии, черт же побери. Названия не знаю, но, кажется, где-то в Коккедале. И если вы не уберетесь в течение двух минут, я вытолкаю вас в центр поля и заставлю играть!

Анетте поторопилась удалиться.

*

Солнце обжигает веки, мир озарен красным светом. Теплый пляж, песок царапает спину. Шумят волны. Рот пересох до боли. Есть ли поблизости вода?

Эстер ди Лауренти открыла глаза. Солнечный свет ослепил ее, к горлу подступила тошнота. Откуда этот свет, разве сейчас не вечер? Она закрыла глаза, но тошнота не прошла. Осторожно дотронулась до поверхности под своей щекой, паралич кончился с окончанием сна. Сырая древесина, немного мелкого гравия, а чем пахнет? Яблоками? Морем. Эстер подняла руку и, козырьком приставив ее к глазам, осторожно их открыла. Трава, стволы деревьев в мерцающем свете, она лежит в саду или парке на садовом столе. Услышав прямо над собой птичье пение, она подняла голову. Дрозд среди темно-зеленых листьев и незрелых плодов. Она попыталась сесть, но головокружение заставило ее снова принять лежачее положение, ощутив щекой деревянную поверхность. Затем мир сомкнулся.

Когда она снова проснулась, солнце переместилось, и теперь она лежала в тени. Головокружение ослабло, но не прошло. Она осторожно села и огляделась, покачивая ногами и пытаясь вернуть им чувствительность. Кремовые шерстяные брюки были все в пятнах и пришли в полную негодность. Она еще никогда не чувствовала такой сильной жажды. Если она сейчас же чего-нибудь не выпьет, то умрет. Эстер снова огляделась. Она сидела на скамейке в большом саду, выходящем к воде. Между нею и водой располагалась площадка, выложенная брусчаткой, с закрытой деревянной песочницей, чуть дальше, у самой изгороди, стоял огромный батут, обтянутый сеткой безопасности. Повсюду росли деревья, но не было цветов. За спиной – фасад дома в строительных лесах. Ни души. Чувство нереальности происходящего посетило ее – возможно, она еще спала. Как она сюда попала?

– Ты, наверное, хочешь пить.

Эстер вздрогнула. Мрачный мужской голос раздался прямо из-за ее спины. А она думала, что одна. Она с трудом повернулась, шея болела. Солнце снова ударило в лицо, она подняла зудящую руку и прикрыла ею глаза. Рядом со скамейкой стоял мужчина и улыбался. На миг Эстер почувствовала облегчение, присутствие другого человека было само по себе успокаивающим. Он протянул ей стакан воды, она осторожно отпила.

– Получше?

Он забрал у нее стакан. Она кивнула, мозг в черепе зашатался, и, прищурившись, стала разглядывать его. Симпатичный. Куда моложе, но взрослый. Короткие волосы, небольшие залысины, светлые глаза, приветливая улыбка.

– Где я?

Его улыбка расширилась, обнажив белые зубы.

– Ты меня по-прежнему не узнаешь, правда?

У Эстер до сих пор кружилась голова. Задумавшись, она попыталась встать на ноги. Да, она уже где-то его видела. Голова была тяжелой, перед глазами все качалось. Где это было?

– Мне, наверное, пора домой. Вы не могли бы мне помочь? – Она протянула ему руку, сомневаясь, что сумеет встать без помощи.

Он взял ее руку в свою, теплую и твердую, погладил ее по тыльной стороне ладони. Он стоял вплотную к ней и держал ее слишком крепко, и чем дольше, тем неприятнее это было. Она попыталась осторожно отнять руку, но он еще крепче сжал ее и продолжал гладить. Наклонившись к ней так, что его рот оказался всего в нескольких сантиметрах от ее губ, он медленно, с усилием моргнул. Его голос был таким же теплым, насмешливым.

– Да, мама, но мы ведь уже дома.