Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс"

class="p1">Через проход от нее сидели два судебных исполнителя. Они сопровождали ее из больницы в Сиэтле, где Кейт провела три дня, в аэропорт. С плечом все было в порядке. Пуля прошла насквозь, ничего не задев. Они обработали рану, продезинфицировали ее и поставили ей капельницу, чтобы нейтрализовать последствия шока и отправить ее домой. Примерно неделю или больше ей придется носить руку на перевязи.

Но весь валиум и морфий в мире не могли притупить ее реальную боль.

Она раз за разом переживала ужасную сцену в ресторане, поскольку ее вынуждали все повторять следователи. Как она тупо смотрела на дыру в своем плече, потом повернулась к матери, ничего не понимая. Вид Шарон со слегка наклоненной головой, ее неподвижный, остекленевший взгляд, кровавое пятно, растекающееся по свитеру. Пережитый шок.

И вопросы. Пока Кейт была не в состоянии в них разобраться. Что бы было, если бы она туда не поехала? Если бы прислушалась к предупреждению, данному ей на реке, как умолял ее Грег? Что, если бы она просто подошла к дому на озере и постучала в дверь? Им бы все равно пришлось позволить ей повидаться с семьей. Что, если бы она не наклонилась за стаканом?

Ее мать все еще была бы жива.

Джастин и Эмили улетели домой днем раньше. Они должны были остановиться у тети, которая жила на Лонг-Айленде. Похороны состоятся в четверг. А потом? Может, на этом все кончится. Месть состоялась. Страховка уплачена.

Нашли нечто ужасное в полиэтиленовом пакете, который валялся рядом со снайперской винтовкой на крыше гостиницы, откуда в них стреляли.

Отрезанный язык. Собачий язык. На этот раз послание Меркадо было до озноба четким. «Так мы поступаем с людьми, которые распускают язык».

«Черт бы тебя побрал, папа! — Кейт закрыла глаза. — Только посмотри, что ты натворил!»

К выходу из самолета подкатили инвалидное кресло. Один из агентов взял сумку Кейт, помог ей встать и сесть в кресло и покатил ее к выходу из аэропорта. Сердце ее едва не выпрыгивало из груди от нетерпения.

Грег стоял в конце зала. Он был в джинсах и университетской куртке. Волосы спутаны, глаза на мокром месте. Он печально качал головой.

— Пух…

Кейт поднялась с кресла и прижалась к нему. Наверное, целую минуту они не отпускали друг друга. Она боялась взглянуть ему в лицо, боялась поднять голову с его плеча.

— Ох, Грег, Грег! — Она еще плотнее прижалась к нему. — Мама умерла.

— Я знаю, детка. Я знаю…

Он усадил ее в кресло. Она все еще была очень слабой. Грег наклонился и поправил перевязь.

— Я в порядке. — Агенты стояли сзади. — Скажи им, пусть уходят, Грег. Пожалуйста. Я хочу, чтобы все было так, как раньше.

— Я понимаю. — Он кивнул, наклонился и поцеловал ее.

— Зачем они это сделали? — спросила Кейт. — Что им от нас нужно?

Грег коснулся ее щеки костяшками пальцев.

— Я не знаю, но я не позволю им опять причинить тебе боль. Обещаю. Я о тебе позабочусь, Кейт. Мы переедем. Мы сделаем все, что требуется.

— Он отнял у нас все, Грег. И я даже не знаю, жив ли он.

— Это больше не имеет значения, — ответил Грег. — Я просто рад, что ты вернулась, Кейт. И что ты в безопасности. Это самое главное.

Он взялся за ручки коляски и покатил ее через терминал. На улице их ждала государственная машина. Когда они приблизились, из нее выскочили два агента. Грег поднял Кейт из коляски и посадил на заднее сиденье, агенты сели на переднее сиденье. Машина тронулась под вой сирены.

Грег улыбнулся:

— Фергус будет очень рад тебя видеть. Полагаю, ему моя стряпня уже до смерти надоела.

Кейт покачала головой:

— Тебе ведь приходилось всего лишь класть корм в миску, Грег.

— Знаю. Наверное, ему не нравится, как я это делаю.

Кейт улыбнулась, положив голову на плечо Грега. На горизонте показались очертания Манхэттена. Она возвращалась домой.

— Ты прав, — сказала она, — это действительно больше не имеет значения.

— Что именно, Пух? — спросил Грег.

— Ничего. — Кейт закрыла глаза. В его объятиях ей казалось, что все осталось на миллионы миль позади. — Скорее всего, его уже нет в живых…

Глава 55

Четверг, день, когда Кейт, Эм и Джастин должны были попрощаться с матерью, выдался дождливым и ветреным.

Служба состоялась в храме Бет Шалом, к которому принадлежали прихожане-сефарды с Шестьдесят второй улицы и вся семья Кейт. Они оповестили только несколько старых друзей, и в «Таймс» было помещено лишь краткое извещение о ее смерти. По настоянию Кейт под фамилией Рааб. Семья уехала больше года назад, многие друзья в Ларчмонте их сторонились, и Кейт не была уверена, что кто-нибудь придет.

Они выбрали для Шарон простой гроб из орехового дерева. Кейт знала, что мать бы одобрила. Раввин Чакин, седой, с тихим голосом, знал мать и отца Кейт с той поры, когда дети были маленькими.

Кейт тупо сидела в первом ряду и крепко держалась за руку Грега. Другой рукой она обнимала Эмили и Джастина. Только когда кантор запел первый гимн чистым и жалобным голосом, который заполнил весь храм, она осознала, зачем она сидит здесь. И тогда потекли слезы. Раввин начал читать нараспев:

Очисти меня иссопом, О Господи,

Омой меня, и я стану белее снега.

Отверни свое лицо от наших грехов

и зачеркни все мои прегрешения.

Сотвори во мне новое сердце,

И твердый, обновленный дух.

Все казалось таким несправедливым. Всего полтора года назад все в их жизни было идеально. Дети преуспевали и были счастливы. Они совершали фантастические путешествия и привозили с собой замечательные фотографии. Сейчас же им приходится хоронить свою мать, причем делать это потихоньку.

И теперь никто не знал, где находится их отец.

Рыдающая Эм положила голову на плечо Кейт. Она не понимала. Джастин смотрел прямо перед собой. Кейт наклонилась к ним поближе. Ей хотелось оплакивать мать, но что-то другое грызло ее изнутри. Гнев. Мать такого не заслужила. Никто из них не заслужил.

«Будь ты проклят, отец! Что ты натворил?!»

Кейт оглянулась. В ней теплилась детская надежда, что она увидит его у входа в храм. И он кинется к ним, со слезами будет просить прощения и в мгновение ока повернет все назад, и все станет по-старому. Просто щелкнет пальцами, как он когда-то делал. И они вернутся к старой жизни.

Но никто не стоял у дверей храма. Кейт увидела не менее