Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

— Я с тобой не играю, — медленно и осторожно сказал он, как будто ему требовалось сформулировать каждое слово, прежде чем произнести. — Детектив Карпентер не приходил сюда. У меня нет флэшки.

— А, значит, это была флэшка.

Молниеносным движением Шон достал пистолет и приставил его к голове Рокко. Взвел курок и наклонился. Рокко был готов заорать, но не успел, Шон зажал ему рот ладонью, так что получился задушенный звук, слишком тихий, чтобы услышали соседи.

— Хватит врать, — сказал Шон. Он часто дышал и дрожал из-за адреналина. — Я понимаю, что ты хочешь сохранить секрет моего напарника, но дело важнее тебя, и мне нужны ответы.

Рокко закивал.

— Сейчас я уберу руку. Но если ты закричишь, я тебя прикончу.

Рокко снова настойчиво закивал.

Шон освободил его рот, и Рокко в панике сложился пополам, по лицу бежали слезы.

— Скажи, что он тебе дал.

— У меня ничего нет! Дон пришел и попросил расшифровать файл. Я уже отдал его обратно. Клянусь, у меня его нет. Клянусь!

— Ты видел, что там было?

Рокко набрал воздуха в грудь:

— Да ладно, чувак! Не заставляй меня это делать.

Шон сильнее прижал пистолет к виску Рокко:

— Ты видел, что там было?!

— Фотки! Тебя с какой-то цыпочкой. Я ее не знаю. Никогда не видел.

— Ты сделал копию?

— Нет!

— Что еще?

— GPS координаты катера. Они показывали маршрут какого-то катера в пять или шесть мест.

— Чей катер?

— Я не знаю. Там не было указано.

— Чей катер?

— Клянусь, я не знаю, чей это катер. Поверь мне. Гавань Пеннс-Лэндинг. Это все, что я знаю. Флэшка у детектива Карпентера. Это все, что я знаю!

Наконец Шон убрал пистолет и выпрямился.

— Я тебе верю. Но не могу оставить ниточек. Все уже и так слишком вышло из-под контроля.

— Что ты имеешь ввиду? О чем ты говоришь?

— Мне надо все уладить.

— Нет! Нет! Я ничего не скажу. Не скажу!

Шон покачал головой, хватая со стола ножницы:

— Мне жаль.

Глава 54

Солнце вставало над горизонтом, Лиам стоял около запертых ворот, отделяющих посетителей от аттракционов. Со своего наблюдательного пункта он видел всех, кто шел по дорожке. Если появится полиция, то у него есть маршрут, который поможет ему сбежать незамеченным по маленькому переулку, ведущему на улицы. Деревянная дорожка в Пойнт-Плезант была пуста. Было еще рано, и с Атлантики дул холодный ветер. Большую часть пляжа скрывал туман, но Лиам все равно слышал волны, одна за другой набегавшие на песок.

Дон подходил медленно, смотря по сторонам. Руки он держал в карманах плаща, огромный воротник поднял, чтобы защититься от ветра. Он поднялся по пандусу, ведущему от дороги на настил, и остановился.

Лиам выждал несколько минут, чтобы удостовериться, что Дон один, и вышел вперед, чтобы Дон его увидел.

— Сюда.

Дон подошел к нему, и они зашли в темный проулок. Здесь звуки океана были приглушенными, а ветер казался легким бризом.

— Ты один? — спросил Лиам.

— Ты же так написал в сообщении, верно? — Дон достал телефон и прочел: — «Надо поговорить. Я невиновен. Встретимся на дорожке в Пойнт-Плезант. Приходи один. Без Шона. Вопрос жизни и смерти. Лиам».

Потом Дон посмотрел на беглеца и сказал, что так связываться с ним было опасно.

— Я все еще не до конца уверен, что могу тебе доверять.

— Понимаю. Я на твоем месте чувствовал бы то же самое. Твой поступок говорит о доверии, учитывая, что я могу завалить тебя прямо сейчас и стать всеобщим героем.

— Интересно, почему ты этого не делаешь.

— Потому что я знаю, что ты не убивал Керри. И девушку в Делавэре. И других.

— Каких других?

— Вот именно.

Лиам высматривал на лице Дона малейшие признаки сомнений, но не нашел.

— Почему ты так уверен, что я невиновен?

— Я кое-что узнал.

Дон показал маленький белый конверт. Открыл его и зажал между указательным и большим пальцем кусочек желтого поролона.

— Что это?

— Это ответ на вопрос, который мне никогда не хотелось бы задавать. Еще один недостающий кусочек пазла. Может стать частью твоей карточки «Освобождение из тюрьмы»[424], — интригующе произнес Дон, на мгновение оглянулся, а потом повернулся обратно. — У меня никак в голове не укладывалось, что ты можешь быть виновен в том, что я видел на фотографиях с места преступления в «Тигре», но когда ты заподозрил, что я мог ее убить, я испугался. Не знаю почему, правда. Наверное, меня возмутило, что человек, которому я так абсолютно доверяю, смог подумать, что я способен на что-то подобное. Я решил, что мне может потребоваться очистить свое имя, поэтому начал собственное расследование. В одиночку. Я не знал, могу ли доверять Шону. Подумал, что он всегда встанет на твою сторону, и если ты меня подозреваешь, то мне надо заранее подготовиться, чтобы оправдаться.

— Ты нашел то, что искал?

— Я сделал две копии с компьютера Керри на две отдельные флэшки. Шон знал только про одну, которую он уничтожил. Я обнаружил кое-что на той, что оставил себе.

Лиам молчал.

— У меня есть запасной ключ от дома твоего брата и его машины. Всегда был. Вчера я шпионил, пытаясь найти что-нибудь, что придало бы смысл происходящему. Я подождал, пока Шон уйдет, и обыскал дом, но ничего не нашел. Когда он был в участке, я заглянул в его машину. Все это было лишь чутье. Но в этом и смысл полицейской чуйки. Обычно она не просто так.

— Что ты нашел?

— Ты знал, что на пассажирском сиденье рядом с дверью дырка?

— Нет.

— Это поролон оттуда. Я попросил Джейн сверить его с материалом, который был под ногтями Керри. И он совпал.

Мир Лиама поглотила темнота. Исчез шум волн, плещущих у берега. Чайки над головой. Солнце, висящее в небе. Остановилось дыхание. Ему казалось, что он задыхается. Что снова тонет в маминой ванне.

— Это Шон, — сказал Лиам.

Шон знал про них с Керри. Шон знал про бумажные цветы, которые мама разложила для них в тот день, когда пыталась убить. Шон умел делать цветы из бумаги и знал, что их мама обрезала волосы. Он знал все. Все. В голове отдавались слова брата.

«Эти цветы меня напугали. Кто-то что-то знает».

Дон убрал поролон обратно в конверт.

— Керри узнала то, что твой брат очень старался скрыть. Тяжело это говорить. У Шона был роман с Ванессой.

Ошарашенный Лиам привалился к стене. Все, что он знал о своей жизни, рассыпалось на глазах.

— Ты уверен?

— Да. Больше