Читать книгу - "Блондин - личность темная - Светлана Алешина"

И мысленно я тут же пообещала себе сразу заняться поиском документации Шульгина — вот только наведу справки о Земскове!

Ха! Наведу справки! Не тут-то было. Оказывается, значительно проще сказать что-то, нежели сделать. Именно к такому решению я пришла после полуторачасовой осады телефона. Я обзвонила все справочные, связалась с Ванцовым в милиции, проверила гостиницы…

Самое обидное — у нас же имелась прекрасная программа, по которой можно было определить любой адрес тарасовца по его фамилии. Но после отъезда Ларикова я чистила файлы — их скопилось слишком много — и, вероятно, стерла нужное. Программа теперь решительно отказывалась загружаться, а справиться с ней в состоянии лишь Ларчик. Ну или Пенс, который в командировке.

Человека с с фамилией Земсков в Тарасове не было. Просто не было, и все тут. Не существовало! Летом прошлого года Матвей Земсков приехал в наш город из Самары и поселился в гостинице. Но после ограбления он там не появлялся — банально исчез. Нет таких личностей в Тарасове!

Также я позвонила в Самару — там в отделении милиции пост следователя занимала моя хорошая знакомая — Анна, дама, с которой мы учились до третьего курса, а потом она перешла на юридический. В Самару Аня переехала, выйдя замуж, ее супруг был из этого города. К счастью, моя приятельница оказалась на рабочем месте и навела для меня справки.

В Самаре Земсков учился в экономическом институте, потом работал на заводе, через пару лет приехал в Тарасов — летом прошлого года. Тогда ему было двадцать семь лет.

В Самаре увлекался стрельбой из пистолета. Аня пообещала мне прислать газету с заметкой про него — кстати, завтра надо будет сходить на почту. Оперативно люди работают… И — ничего более.

Что ж, тогда можно дать работу Ларчику и заняться поиском документов Шульгина. И я набрала московский номер моего шефа.

— Слушаю, — отозвался Лариков.

— Андрюш, у тебя есть для меня немного времени? — жалобно спросила я.

— Как раз теперь есть, — ответил Лариков. — Мы пока выжидаем. Сашка, что тебе надо?

— Ларчик, миленький, разузнай, пожалуйста, о деятельности Волощенко в Москве. Волощенко Никита Викторович, шофер фирмы «Золотая луна». Мне нужно знать, с кем он встречался. — И я назвала Ларчику адрес фирмы, куда Волощенко с напарником возили грузы, сообщила и прочую информацию.

— Сашка, ты понимаешь, что это — поиск иголки в стоге сена? И вообще, чем ты там занимаешься? — удивился шеф.

— Андрей, ты ошибаешься. Круг поиска сузился. Сейчас нужны сведения относительно Волощенко, кому он сбывал драгоценности и документы. Можно поспрашивать таксистов у фирмы — там, по идее, должны быть свои машины. Волощенко приезжал в Москву чаще всего по четвергам.

— Ну ладно, я постараюсь что-то разузнать, — милостиво согласился Лариков. А у меня промелькнуло в голове, какой же душечка мой шеф! — Только не очень надейся, Саш, позвоню вечером.

С радостью согласившись, я положила трубку. А теперь можно заняться и поисками документов. С чего начать-с?

С любопытной проблемы — успел ли Ламовский отдать документы Волощенко? Судя по всему, да. Хотя кто знает? Ламовский вполне мог реализовать бумаги самостоятельно. Или оставить их себе.

В любом случае все пути ведут к Волощенко. Хотя… необходимо, пожалуй, сначала посетить соседей Владимира Ламовского.

Но планам моим не суждено было сбыться — едва я подошла к двери, как раздался звонок. Открыв, я увидела Карину. Невозможно себе представить, чтобы человек настолько изменился за один день. Она выглядела усталой, как в воду опущенной. Под глазами залегли темные тени. Девушка жалобно смотрела на меня.

— Саша, у тебя есть время?

— Конечно, входи, — предложила я спокойно. — Что произошло?

— Сашенька, ты ничего не узнала? — усаживаясь в кресло и напряженно закуривая, спросила Карина. Пальцы ее дрожали.

— Пока не очень много, прошел ведь всего один день, — словно извиняясь, сказала я. И не удержалась — прикоснулась пальцами к руке Карины, желая ее приободрить.

Девушка едва не разрыдалась и выдохнула в отчаянии:

— Саша, меня посадят! Обязательно посадят! Опять приходили из милиции, задавали вопросы… Я чувствую, мне не верят. Они прицепились к этой фотографии, как… Ну я не знаю! За что меня-то? Я же его не убивала!

— Успокойся, — мягко посоветовала я. — Все будет хорошо.

— Сашенька, я не могу! Постарайся найти этого чертова убийцу! Я скоро просто сойду с ума, понимаешь?

Еще как понимаю — находиться под следствием не самое приятное дело в мире — и обязательно постараюсь помочь. В конце концов Шульгин может и подождать со своими документами, ничего криминального не случится, а тут невиновного человека могут за решетку упечь — знаю я нашу бравую милицию.

К тому же эти два дела крепко связаны между собой. Может быть, мне даже повезет — и я раскрою оба сразу.

Тем более на убийство Волощенко следует обратить особое внимание. Вдруг Ламовский отдал ему документы, а кто-то решил этими бумагами завладеть и убил Никиту Викторовича? Пути господни неисповедимы…

Отвлекшись от размышлений о непредсказуемости труда детектива, я спокойно произнесла:

— Карина, не волнуйся. Я постараюсь все сделать как можно быстрее. И никто тебя не посадит пока — у них не хватит улик. Ведь твоих отпечатков в квартире нет. А фотография — это, извини меня, только повод для подозрений. Максимум, что в милиции могут сделать — это отправить тебя в камеру предварительного заключения. — Увидев страх на лице девушки, я стремительно продолжала: — Но они вряд ли сделают это — ведь ты раньше никогда не привлекалась к следствию, правда?

Девушка отчаянно замотала головой, судорожно вцепившись в сигарету. Я дала ей возможность успокоиться, сварила кофе и вернулась в комнату.

— Карина, — поставив перед девушкой чашку, сказала я, — хотела бы задать тебе несколько вопросов.

— Конечно, я слушаю и, если смогу, обязательно отвечу, — серьезно заявила Карина Красс.

— Тебе придется вспомнить весь вечер в кафе. Постарайся, хорошо?

— Конечно, но не думаю, что вспомню что-то новое, — пожала плечами девушка.

— Карина, вы с Волощенко сидели в «Ястребе» один-единственный раз? — спросила я для начала.

— Конечно, я же тебе говорила.

— Так вот, фотография — не монтаж, она настоящая. Значит, вас сфотографировали именно в «Ястребе». Подумай, кто-то привлек тогда твое внимание? Может быть, ты почувствовала или увидела нечто странное?

Карина задумалась, глубоко затянувшись ароматным дымом. Я не стала ей мешать и тоже закурила, поглядывая на телефон: еще, разумеется, рано для звонка Ларикова, но тем не менее…

Наконец Карина взглянула на меня.

— Знаешь, наверное, это мелочь. Но это единственное, что я могу вспомнить. Когда мы с Никитой сидели в кафе, мне стало вдруг скучно, и я рассматривала посетителей. А у меня неплохая зрительная память — это профессиональное. Я обратила внимание на одну девицу — она сидела одна, за дальним столиком и отчего-то смотрела прямо на нас. Когда я перехватила ее взгляд, девушка отвела глаза. Тогда я подумала, что она просто скучает и, как я, разглядывает посетителей, но теперь… мне кажется странным такое ее внимание. Конечно, это чепуха…