Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

проигрывал картины того, что могло произойти между Тесаком и Александром Скалли.

— Он превратил лицо старика в котлету.

— Выглядит именно так.

— Пришел забрать дань. Это объясняет отсутствие взлома. Может, у старика не хватило денег. Может, это уже не в первый раз. Сколько приносит в наши дни канцелярский магазин? Я знаю, скоро Пасха, но вряд ли у него была большая выручка. Тесака не заботили отговорки. Он избил старика до неузнаваемости. Сделал из него пример другим магазинам в городе. Это он. Точно он. Я не сомневаюсь.

— Тогда мы его возьмем, — сказал Дон. — Но все должно быть по инструкции. Нельзя дать ему уйти из-за какой-нибудь ошибки.

— Не дадим.

В магазин вошли два медика, один из них нес под мышкой сложенный мешок для трупа. Они помахали Шону с Доном, те помахали в ответ, глядя, как медики остановились перед жертвой и разложили мешок рядом с белой простыней. Обезображенное лицо Александра Скалли выжглось в памяти Шона. Это ни разу не заурядное убийство. От него останутся шрамы.

Глава 3

Рауль Монтенез влетел в фойе отеля «Тигр» со стаканчиком кофе в одной руке и пакетом пончиков в другой. За исцарапанным и грязным пуленепробиваемым стеклом конторки дремал его босс, мистер Гуцио. Низкий полный мужчина выглядел так, словно спит уже много дней. Засаленная рубашка выбилась из штанов, три верхние пуговицы были расстегнуты и открывали черную поросль на груди. Лысый, но с отросшими бакенбардами. Пальцы как десять сосисок. Через оставленный включенным микрофон слышался громкий храп. Даже во сне его злоба ощущалась физически.

В фойе, где Рауль проводил большую часть своего рабочего дня, валялись пустые пивные бутылки, бумажки, пластиковые стаканчики и разорванные обертки презервативов. Черный линолеум был усыпан окурками. На замызганном ковре красовались новые пятна загадочного происхождения. Его ждет еще одна длинная смена.

— Ты опоздал, — рявкнул Гуцио, не открывая глаз. Скрещенные руки покоились на его необъятном пузе.

— Доброе утро, мистер Гуцио. Прошу прощения. Автобус опоздал. Впустите меня, пожалуйста.

Гуцио открыл глаза и поднял голову, разглядывая тощего иммигранта.

— Что-то автобус часто опаздывает, — рыкнул он.

— Да. Он часто опаздывает.

— Если тебе не нужна работа, я могу найти кого-нибудь другого, кто готов приходить вовремя.

— Сэр, я не виноват. Автобус опоздал. Опаздывает автобус — опаздываю я.

— На каком автобусе ты ездишь?

— На тридцать втором.

Гуцио с трудом вылез из кресла.

— Думаю, я позвоню в транспортное управление и спрошу, опаздывал ли сегодня утром тридцать второй автобус. И если опаздывал, то устрою им взбучку за то, что мой помощник каждый день задерживается.

— Хорошо. Звоните. Если вы сможете заставить их решить проблему, буду признателен.

— Но если мне скажут, что он ездил по графику, что ж, тогда нас с тобой ждет разговор, — заверил неопрятный мужчина и нажал под конторкой кнопку, открывающую дверь. — За работу.

— Спасибо.

Рауль проскользнул в дверь и поставил свой кофе и пончики, торопясь начать день.

— В B11 до сих пор тихо, — крикнул Гуцио через плечо. — Если он не спустится к тому времени, как ты закончишь с первым этажом, поднимись и скажи, чтобы сваливал. Скоро расчетный час, а у нас тут не «Мариотт». Номера надо убрать до четырех. У меня тут бизнес вообще-то.

Рауль достал из чулана швабру и ведро и поставил их у стены с остальными средствами, которые понадобятся ему днем.

— Да. Без проблем. Если он не спустится до того, как я закончу на этом этаже, я скажу ему сваливать.

* * *

Два часа он подметал, вытирал пыль и мыл полы, и первый этаж наконец стал выглядеть достаточно прилично для ночных постояльцев. Но суть в том, что этим постояльцам плевать, чистый отель или в нем горы коровьего навоза. Народ приходит сюда по одному-единственному поводу. И чистота в фойе мало что значит. Но Раулю было велено убирать, и он убирал. Каждый день.

Он вынес последний мешок с мусором через аварийный выход и выбросил его в контейнер, а когда вернулся, увидел, что Гуцио стоит в дверях своей конторки.

— Парень из B11 так и не вышел. Иди поторопи его.

— Да, сэр.

— В журнале записано, что его зовут Джонни Кэш. Очень смешно. Отмечено, что постояльцев двое. Я хочу, чтобы они оба убрались.

Вымышленные имена — обычное дело для секса в отеле, но такое Раулю еще не встречалось.

— Я скажу мистеру Кэшу уходить.

— Скажи. И поторопись. Если ты еще не заметил, знай — я не самый терпеливый человек.

Рауль поднялся по лестнице к номеру B11. На всем этаже стояла зловещая тишина. В одинокое окно в конце коридора светило солнце, и Рауль видел парящие в воздухе пылинки. Его шаги заглушал ковер, и это все вдруг напомнило Раулю, как он одинок.

Дойдя до двери, он подождал, уставившись на цифры, которые когда-то были аккуратно прибиты, а теперь висели криво, напоминая адрес интернет-сайта: B//. Бежевая краска на старой стальной двери облупилась. Золотистая ручка была вся в царапинах от многолетних попыток пьяных постояльцев вслепую попасть в замочную скважину.

Рауль поднял руку, собираясь постучать, но замер. До него дошло, что он понятия не имеет, кто спит — или ждет — внутри. В этом отеле нет табличек «Не беспокоить». Никто не знает, что происходит за множеством закрытых дверей, и, учитывая, каких клиентов привлекает «Тигр», велика вероятность, что он чему-то помешает. То, что гость остался на всю ночь, само по себе странно. Отель берет почасовую плату, и многие постояльцы платят именно так. Те, что остаются на всю ночь, платят в тройном размере, и обычно им есть что скрывать. Раулю все больше становилось не по себе.

— Мистер Кэш, освободите номер, — крикнул он, стукнув три раза. На ковер посыпались хлопья краски. Рауль чувствовал, как участилось дыхание. — Расчетный час прошел. Вы должны освободить номер.

Ответа не было. Рауль прижался ухом к двери, но ничего не услышал.

— В11, пора выезжать. Уже утро. Вы должны уйти.

По-прежнему ни звука, ни движения.

Охваченный дурным предчувствием, Рауль, не спуская глаз с двери, медленно снял с пояса джинсов большое хромированное кольцо и принялся перебирать висевшие на нем ключи. Трясущимися руками он перебирал номера, пока не наткнулся на нужный ключ.

— Мистер Кэш, это ваш последний шанс. Я вхожу. Вы должны покинуть номер.

Рауль вставил ключ в замок и повернул.

— Я вхожу, — крикнул он, голос предательски дрогнул.

Чувствуя, как горит лицо, Рауль толкнул дверь.

Тот же солнечный свет, который лился в окно в коридоре, падал в