Читать книгу - ""Зарубежные детектив 2026-27". Компиляция. Книги 1-11 - Салла Симукка"

– Вкусы меняются по мере того, как мы становимся старше. Когда-то я заворачивала брюссельскую капусту в платок и прятала в карман, а теперь люблю.

– Это вряд ли одно и то же.

– Я не диетолог, но полагаю, что пристрастия может вызвать дисбаланс и недостаток гормонов. Организм знает, что ему требуется. Клубника – здоровый выбор, тут не о чем беспокоиться.

– Но… слушать «АББУ»!

– А вот это уже предмет для беспокойства. – Ванесса подмигнула, давая понять, что шутит. Затем положила планшет с зажимом и ручку перед собой на стол. – Простите, Дженна, наше время закончилось. Я вижу, что вы встревожены, и отношусь к этому серьезно. Конспектируйте свои мысли, записывайте все, что покажется странным, и приносите на следующей неделе. Будем разбираться вместе. А пока, пожалуйста, постарайтесь успокоиться.

Ванесса поднялась, и я поняла, что не найду у нее ответов, за которыми пришла. Она мне не поверила. Но со мной что-то происходило, и я собиралась выяснить, что именно.

Я уже собиралась выйти за дверь, когда она бросила:

– Дженна, отпустите Калли.

Я хотела спросить: «А что, если это Калли меня не отпускает?» – но промолчала. В затылок мне повеяло ледяным холодом.

Глава 19

Выйдя из кабинета Ванессы, я погрузилась в свои мысли. Ванесса мне не поверила. Но теперь я и сама в себе сомневалась. Вчера вечером, читая заметки очередного реципиента, я была уверена, что тело способно хранить память, но теперь задумалась: ведь, как сказала Ванесса, мы все принимаем одни и те же лекарства. Не могут ли они вызывать одинаковые побочные эффекты? Я ступила с тротуара на мостовую, и тут же раздался автомобильный гудок и скрип тормозов. Я застыла на месте. Разъяренный водитель высунулся из окна и, обозвав меня безмозглой дурой, объехал и умчался прочь. Откуда-то взявшаяся женщина среднего возраста увлекла меня обратно на тротуар.

– Вы в порядке, дорогая? – спросила она и при этом продолжала держать за руку. Меня охватила паника – ощущение, что мою свободу ограничили, настигло, как удар кулаком. Неужели раньше нечто подобное испытала Калли? Или я брежу? Я вырвала руку, но дыхание не восстанавливалось – воздуха не хватало. Свет слепил глаза, звуки оглушали. Терзало единственное желание – убежать. Я почувствовала себя одинокой. Совершенно, безнадежно, безвозвратно одинокой. Существовало всего одно место, куда я стремилась.

Машина Сэма стояла у дома его матери. С тех пор, как мы разъехались, он жил здесь. Я поднялась на мысочки у садовых ворот, ухватила пальцами холодный металлический запор, но открыть не смогла. После того как мы с Сэмом расстались, мы с Кэти не виделись, и я не знала, какой мне окажут прием.

Стук в стекло привлек мое внимание. Из окна спальни мне махал Гарри, брат Сэма по матери, и неловкость оттого, что меня засекли, сменилось облегчением, что мне не надо сразу возвращаться домой.

Отворилась передняя дверь. На Сэме были брюки от костюма и белая рубашка с закатанными рукавами, а галстук, насколько я его знаю, он запихал в карман пиджака. Видимо, недавно вернулся домой, иначе бы переоделся в футболку и джинсы. Большой палец ноги глядел из дыры в черном носке, и я испытала тянущее чувство печали, понимая, что, если бы обстоятельства сложились иначе, я была бы его женой, ухаживала бы за ним и штопала бы ему носки. Выругав себя за романтические бредни, я постаралась не распускать нюни. В жизни ничего не штопала.

– Привет, – поздоровался Сэм.

– Пришла вернуть тебе куртку. Знаю, что это твоя любимая. – Я вертела в пальцах шнурок, на который она затягивалась на поясе, но не делала попытки ее снять.

– Не хочешь зайти поздороваться с мамой?

Я поколебалась, но мне так сильно не хватало хотя бы видимости нормальной жизни, пусть даже на час, что согласилась, и, как только переступила порог, в мои объятия торпедой влетел Гарри. Я оперлась подбородком о его макушку и вдохнула аромат его шампуня – лимон с лаймом.

– Я по тебе скучал, Дженна.

– Я тоже по тебе скучала.

– Тогда ты должна была к нам приходить.

– Должна. Вот такая я глупая. – Я отошла на шаг и скорчила ему гримасу.

Гарри хихикнул. Ему всего семь. Он результат непродолжительных отношений Кэти с мужчиной моложе ее, который не хотел иметь ничего общего ни с ней, ни с ребенком.

На кухне Кэти, стоя на коленях, поворачивала регулятор духовки и нажимала на кнопку электроподжига. Зашумело пламя. Когда она поднялась и повернулась ко мне, внутри у меня все похолодело. Я напряглась, ожидая ее реакции. На лице Кэти лежала печать усталости, вокруг глаз пролегли морщинки, которых несколько месяцев назад не было, но она, похоже, искренне обрадовалась моему приходу.

– Останешься на ужин? – Тон у нее был такой, словно мы расстались только вчера.

– С удовольствием.

– Тогда засучивай рукава. – Она улыбнулась, и все пошло как в прежние времена. Гарри разливал по стаканам апельсиновый сквош. Кэти рылась в холодильнике, извлекая наугад пакеты с тем, из чего можно приготовить еду. Смайлики из картофеля, сосиски в тесте. Сэм открывал банку с тушеной фасолью. А я держала над миской с горячей водой замороженный шоколадный торт, надеясь, что так он оттает чуть быстрее. Из радио, неизменно настроенного на станцию «Хиты восьмидесятых», неслась композиция «Голоден, как волк» группы «Дюран Дюран». Когда мы с трудом уместились за крохотным кухонным столом, мне пришло в голову, что, оказавшись в этом доме, я ни разу не вспомнила о Калли. И ощутила укол совести оттого, что это было для меня облегчением.

За едой мы болтали, а после того, как съели торт по краям – в середине все еще был лед, – Сэм принялся мыть посуду, а Гарри, сообщив, что теперь собирает «Лего Звездные войны», бросился за ними наверх.