Читать книгу - "Самый красивый кошмар - Светлана Алешина"

— Но я же вас просил, — укоризненно произнес Валерий и уже хотел было открыть дверь в кабинет Куракина, как неожиданно из нее вышел мужчина в строгом костюме.

— Николай Федорович, это к вам, — заволновалась секретарша, и я догадалась, что это и есть сам Куракин.

Николай Федорович был невысокого роста, коренастый. Голову его украшала почетная лысина, благодаря чему он выглядел старше своих лет, а ведь было ему не более тридцати. Респектабельный и деловой, он строго посмотрел на нас, потом на портфель в своих руках и пробурчал:

— Я сейчас занят.

— Николай Федорович, вы, очевидно, что-то не поняли? — удивился Валерий. — Нам с вами надо поговорить, мы специально заранее звонили вам…

— И это в ваших интересах, — добавила я.

— Сейчас не могу, — тем не менее спокойно ответил Куракин и запер дверь своего кабинета на ключ.

Наши реплики не возымели действия. Увесистую связку ключей он положил в карман своих брюк и обратился к секретарше:

— Мариночка, меня до пяти не будет.

— И что, нам тут до пяти торчать? Мы не будем вас ждать! — грубо сказал Гурьев.

— Тем лучше, — так же спокойно ответил Куракин. — Приходите завтра.

Валерий беспомощно оглянулся на меня, затем перевел взгляд на секретаршу, которая только пожала плечами. Начинать разговор в присутствии секретарши нам не хотелось. Тем временем Куракин деловито прошел к двери и вышел из кабинета. Такое спокойствие мне показалось подозрительным: или Куракин совершенно не догадывается о цели нашего прихода, или же настолько уверен в себе, что не боится ничего.

Мы ринулись следом за директором, и Валерий догнал его уже на выходе.

— Молодые люди, я же сказал, что сейчас не могу с вами говорить, — оглянувшись, отрезал Николай Федорович.

— Это касается Золотовой, — не выдержал Валерка, — вы должны…

— Я никому ничего не должен, — прервал его Куракин и вышел на улицу.

Мы же с открытыми ртами застыли на пороге офиса, беспомощно наблюдая за тем, как тот усаживается в салон своей иномарки. Разглядеть номер и марку машины я не могла, так как она стояла боком к нам.

— Костя, ты чего не едешь? — набросился на Шилова Валерий. — Он сейчас скроется.

— Догоним, — уверенно ответил Костя. — Не хватать же его на пороге собственного офиса!

Николай Федорович выехал со двора и нажал на клаксон, вроде бы прощаясь с нами. Звук сигнала иномарки оказался резким и противным, и я недовольно поморщилась. Нет, Куракин явно издевается над нами! Неужели он ничего не заподозрил, когда увидел совершенно незнакомых людей в своем офисе? Мне казалось подозрительным, что он так же спокойно отреагировал на упоминание фамилии Екатерины Николаевны. Что-то здесь не так! Неужели он настолько талантливо изобразил перед нами безразличие или ему действительно все все равно?

— Бегом в машину, — скомандовал Шилов, как только иномарка Куракина завернула за угол.

Шины Костиной «Волги» взвизгнули, и «Волга» отъехала от «Небоскреба». Куракина мы нагнали только через несколько кварталов. Приближаться к машине вплотную Костя не решался, а Николай Федорович, кажется, так и не заметил слежки. Он не прибавил скорости, послушно останавливался около каждого светофора, не выезжая вперед, плавно газовал. Шилов не упускал его из виду, прячась за другие машины, следовавшие в том же направлении.

— Ну и сука! — с ненавистью прошипел вдруг Гурьев.

— Ты про кого это? — поинтересовался Шилов.

— Про Мариночку.

— Про какую Мариночку? — ничего не понимая, донимал Гурьева Костя.

— Да секретарша эта… Забыла она, видите ли… — буркнул Валера.

— Ну ладно тебе, успокойся, — примирительным тоном проговорил Костя.

Меня же мучил вопрос: почему Николай Федорович не обратил на нас внимания? Мало того, что Валерий был настойчив, так еще и при упоминании фамилии Золотовой Куракин ничего не ответил. Такому спокойствию можно было позавидовать. Неужели такой невозмутимый человек способен затеять подобный скандал из-за помещения?

Валерий насупился и больше не произнес ни слова. Фиаско в «Небоскребе» повергло его в дурное настроение.

Когда мы выехали на Советскую, в душу закрались тревожные предчувствия: на этой улице располагался главный офис фармацевтической компании Золотовой, из-за которого и разгорелся весь скандал. Здесь же находилась фирма Валерия Яковлевича, который занимался офисными помещениями.

Когда же Николай Федорович остановился около офиса, где только сегодня утром были мы с Павликом, я чуть не вскрикнула. Валерка посмотрел на меня подозрительно, заметив, что я заволновалась еще больше.

— Что такое? Что-то вспомнила? Забыла выключить дома утюг?

— Какой утюг! Мы же сегодня были здесь со Старовойтовым у того мужика, который сдает помещения под офисы в аренду. Он владелец того злополучного здания, на который положили глаз и Золотова, и Куракин.

— Все понятно! — со знанием дела сказал Валерка. — Значит, наши подозрения оправдались. Николай Федорович не отступился от выгодного помещения, и теперь, когда бизнес Золотовой под угрозой и она не сможет платить прежнюю арендную плату, а может, и вообще откажется от дорогого помещения, он оформит договор аренды на свое имя. Ну и гадина!

Валерка уже хотел было выскочить из машины, чтобы броситься вслед Куракину, но Шилов остановил его.

— Подождем немного, — посоветовал Костя. — Пусть они поговорят, а когда выйдет, схватим Куракина.

— С Николаем Федоровичем надо говорить один на один, — сообразила я. — Владельцу помещения наверняка неизвестны обстоятельства дела, а лишние уши нам ни к чему.

— Да вы что! Сейчас Куракин обстряпает свои делишки, — не успокаивался Гурьев, нетерпеливо оглядываясь на дверь офиса Валерия Яковлевича.

— Не торопись, — опять одернул его Шилов. — Куракина мы не упустим!

* * *

Тот появился на пороге офиса уже через несколько минут — ждать долго нам не пришлось. Он медленно приближался к своей машине, не выпуская из рук портфель. Теперь он нес его, плотно прижав к груди, будто там лежали не бумаги, а деньги. Конечно, теперь же в его руках заветный договор!

Когда Куракин уже достал ключи от машины и хотел было открыть дверь, Шилов неожиданно возник позади него. Николай Федорович, видимо, почуял неладное. Подняв глаза, он увидел перед собой Валеру. Я же наблюдала за всем происходящим из салона автомобиля. Испуга в лице Николая Федоровича я не заметила, но он случайно выронил из рук портфель. Значит, все-таки испугался, хотя лицо его оставалось невозмутимым. Я еще раз позавидовала его актерским способностям.

— Молодые люди, я же вам сказал, что мне некогда… — не изменил ему спокойный тон, но Шилов оборвал его, схватив сзади за руки.