Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

Дома походили друг на друга как две капли воды, все шестиэтажные с фасадами из серого бетона. С тремя подъездами каждый, с прямоугольными дверьми из стекла и металла. Кто-то испачкал каракулями стену по соседству, а на тротуаре валялись окурки. Долговязый юнец с длинными волосами и в потертых джинсах прошел мимо и одарил ее непонятным взглядом.

На лестнице пахло плесенью, а серо-зеленый цвет стен усиливал ощущение безликости. Сесилия испытала разочарование. Старая люминесцентная лампа в лифте мигала.

— Четвертый этаж, — сказал папа. — Ты любила нажимать на кнопки, когда была маленькой. Помнишь?

Она молча кивнула, надеялась еще, что ей не придется встречаться с женщиной по имени Анки.

Но тщетно, как оказалось.

Как только папа открыл дверь, Сесилия ее увидела, она стояла там. Блондинка, с большими кольцами в ушах, в джинсовой рубашке поверх комбинации. В спортивных брюках, немного приспущенных на бедра, уже загорелая, хотя было только начало мая.

— Боже, как здорово, что ты наконец здесь! — воскликнула она и бросилась на шею Сесилии. — Крилле так много рассказывал о тебе!

Крилле? Уж не о ее ли папе она говорила?

Папа обнял Анки, прижал к себе.

— Я так рад, что вы наконец смогли встретиться, — сказал он голосом, который она снова не узнала.

Сесилия опустилась на кровать в маленькой гостевой комнате, где мебель явно подбиралась исключительно для нее. Анки показывала и объясняла, но голос ее доносился словно издалека. Сесилия сидела на клетчатом покрывале и рассеянно смотрела по сторонам. Да, окно действительно выходило во двор. Там снаружи играли дети, их радостный смех эхом отдавался на четвертом этаже. Даже если солнечные лучи попадали внутрь, квадратная комната со светло-желтыми обоями выглядела довольно мрачной. Она никогда не чувствовала себя столь неуютно. Почему папа не рассказал ей, что у него появилась женщина? Она жила в его квартире и они уже обручились? Она смотрела на свои руки, лежащие на коленях. Ощущение нереальности происходящего росло. Анки болтала безостановочно, выражала восторг по поводу того, что Сесилия проведет с ними выходные, сказала, что она, пожалуй, смогла бы подружиться с ее племянницей, жившей в Сёдермальме, которой было семнадцать лет. Сесилия изо всех сил старалась не показаться невежливой, но ей нестерпимо хотелось плакать.

С опросом жены Хенрика Дальмана Аманды пришлось подождать до следующего дня. Известие о смерти мужа настолько потрясло ее, что ночь она провела в неврологическом отделении больницы Висбю. Кнутас решил пообщаться с ней в домашней обстановке, в надежде тем самым облегчить для нее разговор. Бедная женщина только что потеряла мужа, и в довершение всего, при крайне неприятных обстоятельствах.

Комиссар пешком прогулялся до виллы семейства Дальман, которая находилась у ботанического сада в ближней к воде части города. Было прекрасное утро. Он прошел под широкой аркой расположенных с восточной стороны ворот, солнце ласкало подновленные фасады домов, на мощенных булыжником улицах царила тишина, изредка нарушаемая шумом шагов редких прохожих. Кошка вылизывала лапы, развалившись на каменной лестнице. Он пересек площадь Стура с помпезными руинами средневековой церкви Святой Катарины и миновал роскошный кафедральный собор. Его двери стояли открытыми, из них лилась органная музыка. Возможно, кантор устроил репетицию перед концертом. Скоро он добрался до переулка Святого Улофа и быстро нашел дом Дальмана. Покрашенный в белый цвет, он стоял на углу улицы у самых руин церкви Святого Улофа, возвышавшихся за оградой Ботана, как в народе называли ботанический сад Висбю. Кнутас закрыл глаза на секунду и вдохнул полной грудью пропитанный ароматами цветов и растений воздух, насладился пением птиц, прятавшихся в листве.

Через открывавшуюся внутрь калитку с тыльной стороны дома он попал в сад, поднялся на маленькое крыльцо, позвонил в дверь. Прошла минута, прежде чем она открылась, но Кнутас не стал нажимать на звонок снова. Он меньше всего хотел причинить лишнее беспокойство несчастной вдове.

Аманда Дальман была одета в черные юбку и блузку, ее длинные, густые, слегка волнистые волосы свободно лежали на плечах. Она имела красивые правильные черты, на бледном лице яркими пятнами выделялись большие карие глаза. Аманда даже не пыталась сегодня накраситься и явно недавно плакала. Подошел черный лабрадор и дружелюбно помахал хвостом, не ведая, какая трагедия обрушилась на семью. Кнутас ласково погладил собаку. Он представился и для начала выразил соболезнования.

Аманда Дальман провела его в гостиную с большим диваном и камином. Об убранстве дома, без сомнения, позаботились люди, обладавшие как деньгами, так и вкусом.

— Хочешь кофе? — спросила она слабым голосом.

— Нет, спасибо. Я только что пил. Немного воды, пожалуй.

Аманда Дальман ушла и сразу же вернулась с графином и двумя стаканами. Села в кресло напротив комиссара.

— Я постараюсь не занять много времени, — сказал Кнутас, достав диктофон из сумки, включив его и протараторив обычные вводные фразы. — Насколько я понимаю, вы с Хенриком прожили вместе три года и у вас есть дочь Инез двух лет, все правильно?

— Да.

— Ничего особенного не произошло между вами за последнее время?

— Нет, все было как обычно, — сказала она и всхлипнула. — От этого еще тяжелей.

— Ты не замечала ничего странного в Хенрике? Никаких перемен? Новых знакомых?

— Я не заметила ничего необычного. Он не рассказывал ни о каком новом знакомом. Это просто ужасно.

У нее из глаз полились слезы, она взяла бумажную салфетку из пачки, лежавшей на столе.

— Ты можешь описать ваши отношения?

— Они фантастические. Мы по-настоящему любим друг друга. Любили… — поправилась она. — Хенрик был моей самой большой любовью. Мы подумывали о втором ребенке.

Аманда Дальман разрыдалась. Кнутас не знал, стоит ли ему встать и попытаться утешить ее. Он решил немного подождать.

— Расскажи, как у вас обычно проходил день.

— Просто замечательно, уже с самого начала. С Хенриком все было легко и весело, даже прибираться и выносить мусор. — Ее голос начал терять силу. — Произошедшее стало шоком для меня, я не понимаю…

— Ты не знаешь, у твоего мужа была другая женщина?

— Я не замечала ничего такого. Конечно, обращала внимание, что он порой засматривался на какую-нибудь красотку, проходившую мимо, но у меня и мысли не возникало, что он станет флиртовать с кем-то или затеет интрижку на стороне. Казалось, ему вполне хватало меня.

Нижняя губа Аманды Дальман задрожала, и она потянулась за новой бумажной салфеткой. Кнутас долго набирался смелости, прежде чем продолжил:

— Я прошу извинения за столь бестактный вопрос, но это важно для расследования. Как у вас обстояло дело с сексуальной жизнью?

Женщина, сидевшая по